Капер
Шрифт:
«Страшно довольная компания нас покидает», – подумал Редер. Однако в голове у него сидели неловкие сомнения, связанные с неохотой капитана авианосца давать истребителю добро на прекращение поиска. «Не вспомнит ли он, что заподозрил здесь что-то неладное, когда мы войдем в дело? – задумался коммандер. – Возможно, и вспомнит. Но пока что план работает идеально, – ободрил он себя. – Мокаки определенно занесут атаку на их маленькую флотилию на счет пиратов».
Следовательно, и все последующие атаки они должны были заносить на тот же счет.
«Знай капитан авианосца про бункер, – утешил себя Редер, – он нипочем
Мокаки несколько часов слонялись по полю боя, вынуждая Редера задумываться, что именно они надеются там найти. Быть может, они ожидали, что пираты вернутся и позлорадствуют, глядя на место своего преступления? Или они подсчитывали крутящиеся обломки? Какое-то время они молчали, так может статься, у них там проходило молитвенное собрание?
Наконец, заведя последний боевой гимн, что жутко ревел и дребезжал в честь павших, тактическая группа мокаков покинула систему Хаос.
– Вы заметили? – спросил Редер. – Они даже не попытались связаться со своим аванпостом.
– Возможно, там дисциплинарный пост, – предположила Сара. – В таком случае им это было бы не к лицу.
– Возможно, – отозвался Питер, неуверенно кивая и пожимая плечами. – В этом подразделении к наказаниям и впрямь серьезно относятся.
Он выждал еще пятнадцать минут, а когда ничего не произошло, приказал:
– Ладно, врубайте энергию.
Один из техников запустил генератор, и свет снова загорелся. Но теперь должна была пройти еще пара часов, прежде чем они смогли бы снять шлемы и вдохнуть скверную атмосферу, нагнетаемую воздушными насосами базы, а еще несколько часов после этого было бы слишком холодно, чтобы избавляться от скафандров. Впрочем, до тринадцати ноль-ноль они бы и в скафандрах прекрасно поспали.
– Славную работенку мы сегодня проделали, – сказал Питер, оглядывая лица членов своего маленького отряда. Позади них простирался тоннель полого астероида, где аккуратно стояли по местам «спиды». – Теперь это место очищено и готово к работе. А в ближайшие тридцать суток работы должна быть масса. – Он сделал паузу.
– Мы все сражались с пиратами. До войны Космический Отряд в основном только этим и занимался. Все они полные ублюдки, и мы только оказываем мокакам услугу, выводя их из строя. Если все пройдет как надо, то по окончании этого задания мы лишим нашего врага важного источника ресурсов, а также дадим пиратам хороший повод дважды подумать, прежде чем атаковать корабль Содружества на потребу мокакам.
Действуя с этой базы, мы можем ощутимо приблизить конец войны. Важно, чтобы каждый из нас четко об этом помнил. Мы каждый день должны будем выкладываться на все сто процентов; даже когда мимо ничего не идет, мы должны быть максимально готовы. Мы не можем прервать вахту ни на секунду, ибо наше задание имеет предельную важность.
Питаться мы будем готовыми продуктами. – В наушниках у Питера раздались стоны, и он улыбнулся, честно соглашаясь с общим недовольством. – У нас будет очень мало досуга и совсем никакого уединения. Так что давайте не действовать друг другу на нервы. Твердо держась дисциплины, мы никогда не потеряем из вида нашу цель. А когда тридцать
– Помните, люди, что на борту этого авианосца нет сейчас ни одного человека, который с радостью не поменялся бы местом с любым из вас. Потому что мы делаем великое дело! – Тут Питер выдержал паузу, а затем улыбнулся. – Повести, которые вы расскажете про это задание вашим детям, заставят их всю жизнь вами гордиться. – Он оглядел всех собравшихся, и комок подступил к его горлу. «Держись, коммандер», – приказал он себе. – Так что, давайте, люди, историю делать, – закончил Питер и отключил интерком, а в ушах у него звенели крики восторга.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Айя Вишневская и Алонсо Барак увлеченно гоняли свою мишень. Мишень уворачивалась и виляла, пытаясь воспользоваться преимуществом высокой концентрации железоникелевых астероидов, чтобы убраться из совмещенных огневых конусов двух смертоносных машин – но безуспешно. «Спиды» Космического Отряда также отслеживали коммуникационные каналы пирата, его друзьям ровным счетом ничего не уходило, зато двое пилотов могли смаковать каждое слово.
– Какой у него обширный словарь, – подивилась Айя. – Знаешь, я даже краснею.
– К счастью, у него не очень хороший корабль, – отозвался Алонсо.
Никто из них не желал называть эту штуковину «спидом» Хотя, если по-честному, предназначение у нее было примерно такое же: одноместное маленькое суденышко с мощным мотором для обычного космоса и тяжелым вооружением. Пират все уворачивался, по-прежнему безостановочно матерясь; он уже исполнил все маневры, на какие был способен его ублюдочный «спид»
– Твоя очередь, – со сдержанной любезностью протянул Барак.
– Благодарю, – отозвалась Айя, приступая к финальной части концерта по заявкам. Пульсирующая звездочка окружила импульс на экране ее бортового компьютера, и из главного орудия «спида» полетел субнормальный пучок частиц. Щиты пиратского судна тут же запылали огнем; приборы сообщили Айе, что даже этот легкий, почти любовный хлопок практически перегрузил вражескую защиту.
– Сдаюсь! – заверещал пират.
«А он не такой дурак, – подумала Айя. – Наверное, говорит себе. „Эти люди воюют как содруги, а значит, это точно Космический Отряд“. Все знали, что Космическому Отряду предполагается брать пленных. Не было никакого смысла умирать, когда самое худшее, что могло тебя ожидать, это небольшое тюремное заключение.
– Открой свой компьютер, – спокойно приказала Вишневская. – Передавай…
Ее бортовой компьютер немного помигал, а затем выдал сообщение: «Враг отрезан от управления. Система подчинена вашему контролю. Дальнейшие инструкции?»
– Вы добрые ребята, – радостно заметил пират, и в голосе у него прозвучало облегчение человека, только что спасшегося от верной смерти.
Тем же спокойным, лишенным всяких эмоций тоном Айя отбрила его самыми грязными выражениями, какие Редер, прислушивавшийся к их переговорам с базы, в своей жизни слышал. Брови его удивленно подскочили. Все это было так непохоже на его бывшую партнершу по эскадрилье, которая всегда держалась как настоящая леди. Вежливость запрещала Питеру спрашивать, в чем тут дело, но гневная страстность Айи застала его врасплох.