Капитан
Шрифт:
Увы! Господин де Лантерн оказался весьма злопамятной личностью: очевидно, он не забыл урока, преподанного ему Коголеном. Так что несчастному не удалось утолить терзавший его голод. Результат встречи с Лантерном был просто плачевным: к мукам голода прибавились еще и муки унижения.
– Я должен отправиться в Орлеан к моему хозяину, – заявил Коголену Лантерн. – Извините, что так быстро вас покидаю. До скорого, монсеньор!
И он оставил вконец расстроенного Коголена посреди улицы. Никогда еще бедолаге не подходило так его прозвище – «Незадача». Однако фортуна все же улыбнулась ему, причем
Какого-то незнакомца привлекла живописная наружность Коголена. Он быстро набросал его портрет, а потом, желая вознаградить натурщика, вручил Коголену экю. Коголен принял деньги со слезами благодарности, что, однако, не помешало ему тут же отправиться в ближайший кабачок.
Наконец-то он наелся! Коголен был наверху блаженства. Привалившись к стене, он сонно озирался по сторонам. Внезапно взгляд Коголена остановился на трех подмастерьях булочника, заканчивавших свою трапезу.
Он не очень хорошо слышал их разговор, но, насколько можно было понять по обрывкам фраз, долетавшим до Коголена, эти люди собирались бросить свое почтенное ремесло и стать бродячими комедиантами. Их звали Тюрлюпен, Готье-Гаргий и Толстый Гийом.
Хозяин, почувствовавший добычу, предложил начинающим актерам устраивать представления в его амбаре – разумеется, за солидный процент с их выручки. Все были довольны, кроме Тюрлюпена.
– Это еще не все! – горланил он, стуча стаканом по столу. – Нам не хватает одного человека. Ему ни чего не надо будет говорить. От него потребуется только одно: умение сносить побои. Никто из нас на эту роль не годится…
Услышав эти слова, Коголен встал и подошел к соседнему столу. Растянув в улыбке рот до ушей, он произнес:
– Сударь, я отлично умею это делать!
– Правда, приятель? – обрадовался Тюрлюпен.
– Несколько дней назад я получил хороший урок, – мрачно заявил Коголен. – В своей жизни я перепробовал много занятий: ни одно из них мне не подходит. Думаю, я как раз тот, кто вам нужен. Прошу обеспечить меня в качестве аванса жильем и пропитанием.
И тут же бывшему слуге шевалье де Капестана представился случай продемонстрировать свои таланты…
Последнее, что помнил шевалье де Капестан, – это то, как его, прикованного к железной плите, опускают в бездонную черную дыру, он должен вот-вот рухнуть во мрак… В этот момент шевалье потерял сознание. Очнулся он в постели. Оглядевшись по сторонам, Капестан решил, что находится в хорошей гостинице. Действительно, комната была обставлена роскошно. Напротив кровати шевалье заметил два окна. Вдруг Капестан вздрогнул: он испытывал то особое чувство, которое появляется, когда снова видишь что-то волнующее, чего не видел долгие годы.
В это время к его кровати подошли двое мужчин. Первый был весь в черном, второй – весь в белом. Первый был узкоплечим, тощим, бледным и носил очки. Второй был маленьким, толстым, с круглым багровым лицом. Вместе они составляли какую-то совершенно фантасмагорическую пару.
– Кто вы? – спросил изумленный шевалье. – И где я?
– Тише! – ответил человек в черном и взял его за руку.
– Молчите! – добавил человек в белом.
– Значит, я нахожусь в сумасшедшем
– Он полностью пришел в себя, – произнес человек в черном. – Еще несколько маленьких кровопусканий – и все будет в порядке!
– Пускать мне кровь! – возмущенно вскричал шевалье. – Ах ты негодяй! Теперь-то мне понятно, почему я чувствую такую слабость! Мерзавец, ты воспользовался моим сном, чтобы выкачать из меня добрую пинту крови!
Тем временем лекарь – ибо это был он – уже вытащил свой ланцет. Однако поведение шевалье заставило врачевателя изменить свои намерения. Бедняга поспешно устремился к двери, но, прежде чем выскочить наружу, обернулся и крикнул:
– Все-таки я пущу вам кровь, клянусь докторским колпаком!
– Мерзавец! Подлец! Я прирежу тебя, как цыпленка! – продолжал бушевать больной.
Что же касается человека в белом, то он, проводив лекаря до двери, подошел к кровати и спросил:
– Кстати, по поводу цыпленка, сударь. Не желаете ли отведать жирного каплуна?
– С удовольствием! – обрадовался шевалье. – Вот вы, приятель, говорите дело! Кто этот негодяй, который только что выскочил отсюда?
– А, это один знаменитый доктор, – небрежно махнул рукой человек в белом.
– А сами вы кто, любезный? – осведомился Капестан.
– Мэтр Горжу, хозяин гостиницы «Три короля», к вашим услугам, – с поклоном ответил человечек.
– Дорогой Горжу, я с радостью принимаю ваше предложение. Только не забудьте присовокупить к вашему каплуну пару бутылок анжуйского, – распорядился шевалье.
Хозяин исчез и тут же появился снова. За ним следовал мальчик, который нес небольшой и уже накрытый столик. Поставив его около кровати, мальчик помог шевалье подняться с постели и одеться. У Капестана довольно сильно кружилась голова. Закрыв дверь, мэтр Горжу принялся ему прислуживать со всей предупредительностью, на которую только был способен. По мере того, как каплун уменьшался в размерах, а вино из бутылок исчезало, к нашему искателю приключений возвращалась его прежняя сила.
– Итак, мой дорогой хозяин, – произнес насытившийся шевалье, устраиваясь поудобнее в превосходном кресле, – теперь расскажите мне, как я сюда попал и сколько времени здесь нахожусь; объясните, почему я нашел у изголовья этот великолепный костюм, который сейчас на мне, и эту прекрасную шпагу, с которой не стыдно показаться и в Милане. И самое главное – растолкуйте мне, благодаря какому волшебству я очутился в роскошной комнате, которая находится в одной из самых превосходных гостиниц Парижа?
– Сударь, – ответил хозяин, – вы здесь уже неделю. Пять дней и пять ночей вы были между жизнью и смертью. Позавчера лихорадка наконец прошла. Вчера вы уже спали, как сурок, и вот теперь, слава Богу, совсем здоровы: вы можете вставать, ходить, ну, в общем…
– В общем, могу убраться отсюда, не так ли? – закончил за хозяина шевалье.
– О сударь! – оскорбился трактирщик. – За комнату заплачено вперед – за целый месяц! И за еду, и за доктора тоже.
– Ладно, ладно! – улыбнулся Капестан. – Скажите, кто меня сюда доставил? – осведомился он.