Капкан

Сью Стейси

– Что у тебя там?
– из комнаты послышался приглушенный подушкой голос Леси. Я вышла из ванной и предстала перед ней при полной красе.

– Сама посмотри.

Девушка приоткрыла глаза и оценила мое великолепие.

– Да, ты права, это отстой. Это Лера вчера?

– Да. Она таки оставила мне подарок на память.

– Попробуй тональником.

– Мне кажется, это не поможет, - скептически заметила я.

– Ну, может, чуть-чуть поможет...

– Ладно, досыпай, - вздохнула я, подметив усилия,

которые приходилось прилагать девушке, чтобы не закрыть глаза снова, - а я пойду маскироваться.

Я снова вернулась в ванную, принимаясь за свой утренний туалет. Как я ни старалась, синяк замазать не удалось, вместо этого все мое лицо выглядела как маска из папье-маше. Плюнув на все это, я смыла тональник и снова покосилась на свое отражение. Кажется, в таких моментах советуют думать о лучшем. Ну что ж, я и правда выгляжу лучше создания Франкенштейна, так что не следует отчаиваться.

Чтобы хоть как-то улучшить картину я распустила свои заметно отросшие за последнее время волосы и зачесала челку набок. Теперь я была похожа на эмо, с этой дурацкой косой челкой, закрывающий один глаз. Ну и к черту, зато синяка не видно.

Из-за долгой возни с внешним видом я опоздала на утреннюю тренировку. Когда я вошла в зал, Болотов лежал на мате в дальнем углу и что-то читал. В этот раз это была не папка, а простая книга.

– Ты опаздываешь, - недовольно заметил он, поднимаясь на ноги, - из-за этого мы задержимся на десять минут, которые придется отнять от твоего завтрака. Сегодня работаем с манекенами, отрабатываем удары. Не глядя на меня, мужчина пошел к "снарядам".

Я молча взяла эластичные бинты и стала заматывать костяшки пальцев. Если начать спорить, то можно потерять уже не десять минут от завтрака, а уже все двадцать.

Я подошла к манекену в глубине зала. Мужчина стоял рядом с ним, сложив руки на груди.

– Итак, где у человека сердце?

– Сердце?
– Я искренне удивилась его вопросу.
– Слева.

– Ты не поняла, покажи.

Я протянула руку и легонько ударила в левую часть груди манекена.

– Примерно здесь.

Он кивнул, соглашаясь, и тут в его руках показался нож. Мужчина протянул мне его.

– Я думала, мы отрабатываем удары.
– Удивилась я, смотря на его руку.

– Удары ножом.

Я скептически посмотрела на свои замотанные руки.

– Да, это лишнее.

Согласился он, проследив за моим взглядом. Недовольная я сорвала эластичный бинт и взяла из его рук нож.

– Ну, и что дальше?
– недовольно спросила я.

– Ударь этим ножом его в сердце.

Я напряглась, непонимающе смотря в его глаза. Они не выражали никаких эмоций, были холодные и равнодушные. Он явно говорил серьезно.

– У манекена нет сердца, - сухо заметила я.

– Ударь туда, где оно, по-твоему, находится.

Я посмотрела на свою "жертву". Это был не один из тех манекенов,

на котором я обычно отрабатывала свои силовые удары. Он несколько отличался и, если честно, был уже не просто деревяшкой, а напоминал человека. Возможно, даже этот фактор останавливал меня. Болотов смотрел на меня недовольно, ему не нравилось, что я опять мешкаю.

– Ну же.

Вздохнув, я, не прилагая особых усилий, ткнула манекен в левую сторону груди, и ничего не произошло. Нож встретил весьма твердое препятствие и словно бы отскочил обратно.

– Это удар? Ладно, отойди.

Мужчина подвинул меня и встал напротив "жертвы", забрав у меня нож, он начал говорить.

– Твоя главная ошибка, растерянность, сосредоточься, нельзя бить наугад. Во-первых, при неравном бое могут мешать ребра, поэтому бить надо слегка снизу вверх, чтобы попасть между ними и достать сердце. К тому же, нужно прилагать силу, без этого лезвие просто не доберется до цели. Вот так.

Мужчина наглядно размахнулся и с силой вогнал нож в грудь манекена.

Я сама не знаю, что со мной произошло в этот момент, наверное, это было слишком разыгравшееся воображение. Когда я увидела его ожесточенное лицо и руки безжалостно и, казалось бы, с удовольствием вгоняющие нож в это "тело", по спине пробежался холодный пот. Моя голова закружилась, и перед глазами невольно промелькнули картины перерезанного горла, кровь, точно такое же холодное и расчетливое лицо. Манекен уже не казался мне таким уж безжизненным, я представила, что он мог быть живым существом. Голова закружилась еще сильнее, я сделала пару шагов назад и оперлась спиной о стену, чтобы не упасть вниз. Закрыв глаза, я сделала пару медленных вздохов.

– Лена, что случилось?

В этом голосе не было никаких стальных ноток, я даже расслышала там беспокойство.

– Ты в порядке?

Когда я почувствовала, как ко мне прикасаются его руки, я не выдержала. Завизжав, вздрогнула, отталкивая их, и дернулась вправо, желая быть как можно дальше от этого тирана и убийцы. Мне казалось, что его руки до локтей в крови, и теперь он пытается коснуться меня ими.

– Не трогай меня, не трогай меня...
– шептала я, открывая глаза.

Виктор стоял в шаге от меня. Еще никогда я не видела на его лице такого недоумения. Он искренне не понимал, что происходит и даже боялся. Неужели этот страх был из-за меня. Удивительно, всего секунду назад на этом лице не было никаких эмоций, но сейчас они сменялись со скоростью света. Еще никогда я не видела у него такого буйства эмоций.

– Лена, - спокойно и вкрадчиво обратился он ко мне - Спокойно, скажи, что случилось?

Я автоматически провела рукой по лицу вверх, забирая волосы в горсть. На лице мужчины отразилось удивление, и я слишком поздно осознала, что он увидел мой синяк, из-за маскировки которого я даже опоздала на тренировку.