Капкан
Шрифт:
– Нету сапог у девчонки, – твердила растрёпанная мать ученицы.
– И сапог, и тетрадей, – поддержал жену сердобольный папаша. «А пьёте-то с какой радости?» – хотелось спросить Андрею, но он сдержался и, только пригрозив административной комиссией, недовольный, выскочил на свежий воздух.
Удивительный сон приснился Ветлицкому: они с Кирой на каком-то острове нежатся под лучами тропического светила, купаются в тёплом море, а потом вроде бы отправляются в ресторан. Столик заставлен изысканными блюдами, звучит мягкая блюзовая музыка, но Андрей понимает, что это сон,
Любитель красивой жизни резко просыпается, не понимая, к чему бы всё это. Слегка кружится голова, и приходит сознание того, что ничего странного не произошло, а вот Кирочку встретить бы совсем неплохо, но его мечты осуществляются только через неделю. К тому времени предвыборная кампания уже перевалила через свой экватор. Соперники прямо зашвыряли друг друга горами компроматов, по вечерам развлекая сидящих у телевизоров обывателей похлеще, чем участники КВН. Правда, полковник Орлов стоял как бы слегка в сторонке. Человек в республике новый, он заявил о себе ещё на выборах в Государственную думу. Комовские законники попробовали было затеять возню вокруг его имени, но шумиха только помогла Алексею Ивановичу, теперь же сторонники существующей власти поджали хвост. Орлов на Комова тоже не задирался, против последнего работало само время – народ нищал на глазах: безработица и преступность брали людей за горло, а тут ещё Левашов намекнул в телевыступлении о каких-то неучтённых деньгах, и обыватели сделали стойку. На что Андрей был далёк от политики и то завернул к Сунцовой. Та, выслушав, усмехнулась:
– Брось горячку пороть, да и зачем тебе, Ветлицкий, про такое знать. Тут не тебе чета пробует бодаться, да пока…
– Понимаю, намекаешь про чужие сани, а сама жён новых русских в своих заметках бросилась защищать: и живут-то они серо, и валюту потратить не на что. Жди, пока муж за границу вывезет, – съехидничал орловский электорат, но Магда удар выдержала, хотя слегка огрызнулась:
– А ты у Левашовой спроси: каково ей? Думаешь, если в манто да на новеньком лимузине раскатывает – и всё? Кстати, она уже на «мерс» пересела, можешь посмотреть в окно, значит, Кирочка где-то здесь, в редакции…
Ветлицкий вышел от Сунцовой слегка смущённый. Он мечтал о встрече с женой бизнесмена, а когда появилась возможность увидеться, понял: не всё так просто.
Пока размышлял, как поступить, в коридоре нос к носу столкнулся с Германом и тот потащил к себе.
– Вот, – ткнул он своему новому знакомому газету, – тут про Гайдара дискуссию продолжаем, как он в Гражданскую здешних богатеев громил.
– Читал, – на всякий случай подстраховался Ветлицкий, поинтересовавшись, как там насчёт сапрыкинских средств на книги.
– Да куражится Гриша.
– Неохота капиталами делиться?
– Я его за язык не тянул, – заоправдывался Старцев и, видя, что собеседник собирается уходить, добавил: – Обещал – значит, сделает, а ты заходи ещё, поболтаем о смысле жизни.
«Точно, как маленький, всё красных с белыми примирить не может, в каких-то смыслах запутался», – думал Андрей, осторожно минуя дверь, за которой его могла поджидать Светлана, впрочем,
– Прыгай быстрее, – толкнула она дверцу изнутри, – а то ко мне тут уже напрашивались! – И едва Андрей успел плюхнуться на сиденье, как Левашова моментально прибавила газу. Послушный автомобиль легко, словно прыгнув, сразу одолел половину квартала.
– Вот и хорошо, что успели смыться, – Кира улыбнулась, – а то от крыльца Светка Куксова семафорила. Не заметил?
При упоминании о Светлане необязательный поклонник своей прежней журналистской симпатии затушевался и отвернулся к окну, вроде бы стараясь разглядеть ту, которая должна была им махать от редакционного входа, а сам соображал, случайно он встретился с Кирой или та поджидала Андрея нарочно?
Пока ехали по городу, водительница иномарки помалкивала: кажется, она ещё недостаточно освоилась за рулём новой машины, – зато за городом современная амазонка так придавила акселератор, что Ветлицкий забеспокоился.
– Можешь пристегнуться, – озорно посоветовала Левашова, – а то выпорхнешь из салона. Вы, стихоплёты, народ ненадёжный.
«Точно Светка ей обо мне разболтала», – с тоской подумал «ветреный» пассажир, а вслух признался – скорей всего, хотел просто о чём-нибудь нейтральном высказаться, но вышло нечто другое:
– Я всё время думал о нашей встрече.
Получилось напыщенно и не очень-то искренне, но Кира неожиданно сбавила скорость и посмотрела на сидящего рядом.
– Вот как? Очень приятно слышать.
– Даже сон про нас видел, – совсем распоясался новоявленный кавалер.
– Надеюсь, приятный?
– Ещё бы, вдвоём на берегу лазурного моря. Прямо Капри или Борнео.
– Я была на Бали. Там островитяне о нервах не имеют понятая, всё им до лампочки, – охотно отозвалась соседка, а подъехав к месту, где они прошлый раз останавливались, спросила: – К протоке съезжать не будем?
– Да она замёрзла.
– Тогда приглашаю тебя в гости, на дачу. Не возражаешь?
Неосторожный ловелас понимал, что оказался в глупейшем положении: если прикинуть, что мужу этой дамочки минут пятнадцать неторопливой езды от города, то в интереснейшем же положении может он оказаться, – и, кажется, Кира его поняла.
– Об Альберте подумал? – спросила она, впрочем ничуть не оставляя своего решения, потому что машина уже проскочила Отрадное и выехала к дальним дачам. – О муже не беспокойся, знаю, что делаю. У него выступление на ТВ, а потом небольшой мальчишник в ресторане часиков до четырёх утра.
– Какие же рестораны до стольких работают?
– Рестораны, сауны и массажные кабинеты для таких ребят не закрываются круглосуточно!
Скорей всего, Левашова специально провоцировала своего соседа и, кажется, достигла желаемого: городское прошлое и пединститутский спортклуб, где учили сбивать парой крепких хуков и не таких, как муженёк этой дамы, к имеющейся досаде добавили уверенности, но женщина снова снисходительно улыбнулась:
– Не комплексуй, сражаться ни с кем не придётся.