Карандаш

Чэндлер Раймонд

Я взял деньги и спрятал в карман. "Мои беды только начинаются", сказал Икки - и, черт возьми, он был прав.

На автостанции "Голливуд" я взял такси и вернулся к себе в контору. Посмотрел почту; в ящике не было ничего - только маленький неподписанный пакетик. В нем лежал свежезаточенный карандаш, гангстерский знак смерти.

Не стоило принимать это близко к сердцу. Если они действительно хотели бы прикончить меня, то не стали бы предупреждать. Это просто рекомендация: с Икки пора завязывать. "Когда

мы берем кого-то на карандаш, ему приходится несладко", - вот что означало это послание.

Домой, на Юкка-авеню идти не хотелось, и я решил заночевать на Пойнтер-стрит. Револьвер под подушкой мешал уснуть, поэтому, поерзав полчаса, я переложил его в правую руку.

Проснулся, когда солнце уже светило вовсю. Перехватил чего-то в забегаловке на углу и вернулся в свою нору, где уселся возле окна. Около половины девятого из дома напротив вышел человек, которого я видел накануне, с небольшим портфелем в руках. Тотчас же из синей машины, стоявшей у обочины, выскочили двое. Оба были одинакового роста, в костюмах и низко надвинутых на лбы шляпах. Они выхватили револьверы.

– Эй, Икки, - крикнул один.

Человек обернулся.

– Прощай, Икки, - сказал другой.

Раздались выстрелы, человек рухнул на асфальт, двое попрыгали в машину и умчались прочь. В тот же момент из переулка вывернул большой лимузин, который поехал перед машиной убийц. Мгновение, и обе тачки скрылись вдали.

Они застрелили не того.

Я вышел на улицу, сел в прокатную машину и поехал в контору. Там было пусто.

Я набрал номер офиса шерифа и спросил Берни Оулза.

– Привет, Берни, это Марлоу. У меня проблемы.

– Твоя контора на прежнем месте?

– Да.

– Я заеду.

Он приехал через минут двадцать.

– Ну, выкладывай.

Я рассказал ему все, как было. Он посоветовал не волноваться:

– Раз они грохнули не того, на какое-то время притихнут.

Потом принесли телеграмму. "Еду Флэгстар Мотель Мирадор кажется пасут немедленно приезжай".

Я позвонил Энн, она посоветовала пересидеть какое-то время у нее, - и тут позвонили в дверь.

За дверью стоял элегантно одетый человек средних лет с приветливой и лукавой улыбкой. Кремовый фланелевый костюм был скроен безупречно. Закурив сигарету с золотым фильтром и выпустив луб дыма, он взглянул на меня.

– Филип Марлоу?Я кивнул в ответ.

– Меня зовут Фостер Граймз, я из Лас-Вегаса, управляющий "Ранчо Эсперанца". Я слышал, вы имели какие-то дела с Икки Россеном.

– Может, вы зайдете?

Он прошел мимо меня в кабинет и вальяжно расположился в кресле. Внешность его ничего мне не говорила - этакий везунчик, который хочет выглядеть ковбоем. По выговору - из Нью-Йорка или Балтимора.

– Мистер Марлоу, где теперь Икки?

– Не знаю, мистер Граймз.

–

Чего ради вы с ним связались?

– Ради денег, конечно.

– И как далеко это зашло?

– Я помог ему уехать из города. Кто вы такой, я не знаю, но в офисе шерифа уже обо всем знают. Вы не того прикончили.

– Ребята поторопились. Нам вот что нужно, - он вытащил тысячную и аккуратно положил на стол.
– Найдите Икки и скажите ему: пусть возвращается, все будет в порядке. Если вы это сделаете, получите еще одну такую же. Если нет - вашему клиенту конец.

– А если я вас по носу щелкну этой купюрой?

– Это будет не слишком умно, - он вытащил "кольт-вудсмен" с глушителем - такая пушка укладывает человека с первого выстрела; лицо его при этом совершенно не изменилось.
– В случае чего я из Вегаса не выезжал, а вот вас найдут мертвым в собственном кабинете. Положите руки на стол и подумайте как следует. Я хорошо стреляю.

Я поднял со стола карандаш, повертел его в руках и снова бросил на стол; карандаш покатился. Граймз переложил пистолет в левую руку и взял его.

– Его прислали мне сегодня утром, - сказал я.
– Ни записки, ни адреса. Думаете, мистер Граймз, я не знаю, что это значит?

Он нахмурился и положил карандаш на стол. Но прежде чем ему удалось снова взять пистолет в правую руку, я опустил под стол свою и положил палец на спусковой крючок своего сорок пятого калибра.

– Посмотрите под стол, мистер Граймз. Пистолет надежно закреплен и нацелен прямо на вас. Даже если вы убьете меня с первого выстрела, мой сработает от конвульсивного сжатия руки. Сорок пятый калибр отбрасывает человека на шесть футов назад, сейчас об этом даже школьники знают.

– Похоже на ничью, - сказал Граймз. Потом опустил "кольт" и улыбнулся.
– Чистая работа, Марлоу. Вы бы нам пригодились. Может, вы все-таки разыщете Икки?

– Скажите, Граймз, - поинтересовался я, - почему вы ко мне привязались?

– Дело Ларсена, помните? Вы запихнули одного из наших прямиком в газовую камеру. Мы такого не забываем.

– Забирайте свои деньги и двигайте отсюда подобру-поздорову. Может, я и сделаю по-вашему, но мне нужно подумать.

– Я в Вегасе, Марлоу. "Ранчо Эсперанца".

Он кивнул мне и вышел.

Я задумался. Икки к ним не вернется, это точно. Но у меня была другая причина согласиться на предложение Граймза.

* * *

В Финикс я приехал вечером и остановился в мотеле на окраине. Стояла страшная жара. Я побрился, принял душ, поужинал и направился во "Флэгстар". В ресторане мотеля Икки объедался черной форелью.

Я уселся напротив. Мое появление, похоже, удивило его.

– Ну, что там?
– спросил он с набитым ртом.

– Ты газеты читаешь?