Карантин
Шрифт:
Она покачала головой.
— Во-первых, потому что я достаточно умен, чтобы нанять к себе на службу и выслушивать таких, как вы. И во-вторых, потому что я достаточно умен, чтобы уметь вас не слушать. Самое жесткое решение обычно и является самым необходимым. И это решение принято. А вы сейчас свободны. Уходите.
Ванесса растерянно посмотрела на Мюррея, затем снова на президента. Мюррей даже подумал, что она вот-вот заплачет.
Она
— Вы… Вы хотите, чтобы мы покинули кабинет? — все же спросила она.
— Нет, — сказал Гутьеррес. — Речь идет только о вас, Ванесса. С Мюрреем мне еще нужно кое-что обсудить.
Она снова посмотрела сначала на Лонгуорта, потом на Гутьерреса, который ответил ей безучастным взглядом.
Ванесса Колберн быстро встала и вышла из Овального кабинета. Когда за ней закрылась дверь, в воздухе повисла гробовая тишина.
— Как там с прогнозом погоды? — какое-то время спустя спросил Гутьеррес. — Удастся ли обнаружить этот спутник-невидимку?
— Пока нет сведений, — ответил Мюррей. — Но мы задействовали много ресурсов, сэр. Пытаемся вычислить его возможное местоположение. Надеемся, что скоро что-нибудь найдем.
Гутьеррес медленно кивнул. О спутнике он спросил как бы невзначай.
Мюррей терпеливо ждал.
— А правильно ли я поступаю? — спросил, наконец, Гутьеррес. Каменное выражение на его лице исчезло, и теперь Мюррей увидел там боль и нерешительность. — Мюррей, скажите прямо. Вы ведь давно этим занимаетесь, не так ли?
— Да, господин президент.
— Правильно ли я поступаю, обрекая ту женщину на смерть?
— Я не решаю, что правильно, а что нет. Это делаете вы, сэр. Я лишь даю вам информацию, чтобы принимать решения, а потом требовать их выполнения.
— Понимаю. Неужели весь этот абсурд позволяет вам нормально засыпать ночью?
— Нет, сэр, — ответил Мюррей. — Но если принять парочку таблеток успокоительного, то можно заснуть.
Гутьеррес откинулся в кресле. Он допил виски, затем с таким грохотом поставил бокал на стол, что оттуда выскочил кубик льда и скользнул на пол. Мюррей подошел к подставке, на которой стояла бутылка, и налил президенту двойную порцию.
— Если вас это как-нибудь утешит, я очень горжусь тем, что принятое решение далось вам так непросто. До вас я служил еще пяти президентам. И некоторые принимали подобные решения не моргнув глазом.
Гутьеррес пристально посмотрел на Лонгуорта, затем поднял бокал и подмигнул.
— Спасибо, Мюррей. Теперь постарайтесь сделать так, чтобы все прошло как нужно.
— Слушаюсь, господин президент, — ответил Мюррей и покинул Овальный кабинет.
Маргарет зашла в центр управления, что для человека в биозащитном костюме было
В центр управления зашел Кларенс.
— Дозвонился до Мюррея? — спросила она. — Согласен ли он на немедленную операцию?
Отто молча посмотрел на Дью, потом на нее.
— В чем проблема? — насторожилась Маргарет. — Давайте, ребята, не тяните кота за хвост. Времени в обрез.
Дью уставился в пол. Кларенс выглядел озадаченным.
— Ты не будешь оперировать, — тихо сказал он.
— О чем ты говоришь? Мы же должны это сделать!
— Уже нет, — проговорил Кларенс.
Монтойя молча уставилась на него. В голове вдруг вспыхнула одна мысль, но она постаралась ее отогнать. Ей не хотелось верить своим ушам.
— Ты… Кларенс, наверное, шутишь. Уж не хочешь ли ты сказать, что мы позволим этим тварям выползти из тела женщины?
— У нас приказ, — ответил он.
Кларенс знал, что ответит Мюррей. Именно поэтому он настоял, чтобы повременили с операцией. Если бы он периодически не напоминал ей о том, что нужно держать начальство в курсе, Бернадетт Смит уже лежала бы на операционном столе…
Услышав последнюю фразу, Маргарет не в силах была себя сдерживать. Раньше ей как-то удавалось сохранять самообладание, но сейчас… Сейчас она была просто в ярости.
— Нет! Мы позволим умереть этой женщине! — Сделав два шага вперед, она принялась тыкать пальцем в широкую грудь Отто. Она, возможно, накричала бы и на Дью, но от такого хладнокровного киллера, как он, вполне можно было ожидать подобный ответ. Но от Кларенса? Человека, которого любила, с кем спала в одной постели? — У той женщины есть десятилетний сын, он только что лишился отца и двух сестер. Я могу спасти Бернадетт! Мы ее прооперируем прямо сейчас, негодяи! Вы слышите меня? Прямо сейчас!
Кларенс нахмурился и покачал головой.
— Мы не можем, Маргарет.
— Я для тебя теперь — доктор Монтойя, ублюдок! Как врач я давала клятву защищать человеческую жизнь.
— Но у нас приказ, — упрямо говорил Кларенс.
— Приказ? От кого? От этого скользкого ублюдка Мюррея Лонгуорта? От Огдена? От него, что ли? — Маргарет указала на Дью, который по-прежнему стоял, опустив глаза в пол. — Кто еще может приказать мне не помогать бедной женщине?
— Президент, — спокойно ответил Кларенс. — Приказ получен сверху. Выше просто некуда. Это распоряжение высшего должностного лица государства.