Каратель
Шрифт:
– Замечательно. Теперь даже вырубать не придется, – прокаркал Адидас, кивая стоявшим рядом бандитам. – А вот и наш Старик, – перевел он взгляд на приближавшегося угрюмого лохматого типа в черной спецовке. – Ну, что скажешь?
– Тащите их в яму, – коротко ответил похожий на привидение человек. – Там, в двадцати метрах. Сами увидите, других рядом нет…
– Обоих? – лениво уточнил коротышка, уже выволакивая из «Фольксвагена» труп Бориса. На помощь подоспел Болт, и вместе они сбросили истерзанное тело связника Ворона на дорожку рядом с девушкой, разорванная одежда которой выставляла
– А то? Конечно, обоих. Я вам не морг, отдельные апартаменты каждому жмурику не предоставляю!..
– А закапывать кому? – с кислым видом поинтересовался коротышка.
– Тебе! – жестко ответил Старик. – Лопаты на месте. Когда закончите, позовете меня. Проверю… И чтобы в карманах ничего не было!
Старик развернулся и, шаркая ногами, скрылся за отбрасывавшими странные, зловещие тени памятниками.
Коротышка проводил лохматого откровенно неприязненным взглядом, сплюнул сквозь зубы и подхватил за ноги труп Бориса.
– Что-то Старик наглеет день ото дня, – прошипел он недовольно.
– Ты отсиди столько же лет, сколько он, называй Бизона на «ты», а потом посмотрим, как ты сам начнешь разговаривать с «пехотинцами», даже с «поднятыми»! – пробурчал себе под нос Адидас. – Смотри лучше, чтобы у этого жмурика ботинки не слетели! Болт! Хватай бабу, она легкая, управишься один, и шуруй за нами… Пошли!
Найти свежевырытую могилу бандитам не составило труда. Тело Бориса и все еще живую девушку сбросили в сырую яму. Закурили. Потом подняли лежавшие рядом с могилой лопаты и принялись сбрасывать вниз песок. Внезапно на дне ямы что-то дернулось, охнуло, и вдруг, разбросав уже покрывший сверху два тела слой мокрого песка, девушка рванулась из могилы наружу, одновременно слабым голосом зовя на помощь.
– Помогите!!!
От внезапности происшедшего коротышка утробно охнул и, выпустив из ослабевших рук лопату, сел на кучу песка. Адидас, менее впечатлительный, грязно выматерился.
– Черт, этого еще только не хватало!.. Надо было ее, сучку, лопатой по голове!.. Ну да ладно.
Почти машинально Адидас выхватил из-за пояса пистолет и три раза подряд нажал на курок. В вечерней темноте кладбища выстрелы из «ТТ» прозвучали как грохот полевой гаубицы. С соседних деревьев, громко каркая, взметнулись вороны. Только после этого Адидас сообразил, что свалял дурака. Он посмотрел на лежавшую на дне ямы девушку, на груди которой расплывались три бурых пятна, застывшего словно истукан Болта и на начинавшего выходить из шока коротышку. Надо было срочно что-то предпринять. Мысли пчелиным роем носились в голове Адидаса. Наконец он нашел выход – так ему показалось в ту секунду.
– Ты, дубина! – набросился он на коротышку. – Чего испугался?! Вот теперь лезь вниз за лопатой и закапывай сам… А мы с Болтом пока утихомирим Старика.
Не дожидаясь ответа коротышки, Адидас толкнул Болта в плечо и пошел прочь от могилы. Того не потребовалось упрашивать. Он тоже отпустил
С трудом подавив в себе желание проблеваться, коротышка поднял упавшую лопату, выбросил ее наверх, не без труда выбрался из ямы и приступил к делу.
Неожиданно он услышал треск веток. Кто-то невидимый, не разбирая дороги, прорывался к могиле. «Бык» не на шутку испугался и обеими руками сжал черенок лопаты, приготовившись в случае чего дать отпор блуждающему в потемках кладбищенскому упырю. Но вместо упыря он увидел лохматого старика, спешившего к яме. Старик яростно, но негромко ругался самыми последними словами. Схватив брошенную Болтом лопату, он принялся торопливо забрасывать яму песком.
– Что, напортачили, сопляки, мать вашу?! – хрипел старик. – Зачем стреляли, сволочи?! Зачем шум поднимали, спрашиваю?!
– Я здесь ни при чем! – добросовестно помогая кладбищенскому работнику, оправдывался коротышка. – Девку не добили до конца, вот она и рванулась из могилы. А Адидас выхватил ствол и как шмальнет в нее!
– Вот ур-роды, мать вашу ети! – не переставая работать лопатой, ругался лохматый. – Закончим – сразу же звоню Бизону! Пусть вздрючит вас по самые помидоры! Малолетки хреновы!..
Раздавшиеся на кладбище выстрелы были услышаны и дежурным нарядом милиции. Милицейский «уазик» стоял на одной из прилегавших к кладбищенской ограде улиц. Спутать выстрел с хлопком петарды способен только совсем зеленый ментеныш, а для старшего наряда сержанта Буркова это был прямой сигнал к действию. До гибели майора Безукладникова Бурков состоял на службе в специальном отряде быстрого реагирования, но потом написал рапорт и был немедленно переведен в обычный патрульный батальон. О причинах, побудивших его принять такое решение, бывший спецназовец предпочитал не распространяться.
– Тихо! – метнулся влево взгляд сержанта. – Это на кладбище! Олег, заводи!..
– Может… – неуверенно начал водитель, молоденький рядовой, но командир наряда так сурово посмотрел на него, что, не добавив больше ни слова, Олег завел «уазик» и направил его к главному входу кладбища. Помимо Буркова и рядового Олега Прошковича в кабине милицейского автомобиля находился еще один сотрудник патрульной службы – младший сержант Константин Докучаев. На троих у группы имелись два «макарова», две пары наручников, дубинка и планшет с различными бланками.
Когда спустя две минуты «уазик» подъехал к массивным воротам кладбища, Бурков заметил, как по ту сторону ворот, возле часовни, мгновенно погасли автомобильные фары и их сменили быстро удаляющиеся задние габаритные огни неизвестного автомобиля.
– Олег, стой! Не надо в главные! Рви вдоль ограды. Там есть еще один выезд! – скомандовал Бурков, доставая из поясной кобуры пистолет. Примеру командира последовал и Костя Докучаев.
Младший сержант был не робкого десятка и подсознательно все время ждал настоящего дела, и вот, похоже, наконец дождался…