Каратель
Шрифт:
Я приготовился к любым неожиданностям.
И максимально укрепил доспех.
— Вам нравится наша мебель? — голос Совы явно был искажён встроенными в маску модуляторами. — Очень редкий образец. Такими игрушками в быту пользовались Предтечи.
— Неплохо, — я выставил зеркало, чтобы отразить атаку на ментальном плане, если таковая последует. — Надеюсь, лицензия имеется.
— Обижаете, — собеседник развёл руками. — Мы свято чтим установленные инквизицией правила.
— Золотые слова, — я подхватил полушутливый тон этого скользкого хмыря. — Но я бы хотел перейти к
— Вы уже выбрали тему? — искренне удивился председатель клуба.
— Конечно. Для начала я хотел бы выяснить, кто передо мной.
— В пределах заведения мы не снимаем маски.
— Боюсь, вы ничего не решаете, председатель.
— О, — в голосе Совы явственно послышалась ирония. — Ещё как решаю, брат Ростислав. Мы ничего не нарушали, не преступали Закон Меча, не укрывали отступников. Вы заявились сюда без ордера. И мои покровители будут крайне недовольны любым произволом со стороны Супремы. Даже сам факт визита карателя, а не дознатчика, свидетельствует о нарушении протокола. Сейчас не Средние века. На дворе — эпоха просвещения.
— Даже так? — я развеселился. — У вас интересное представление об истории.
— А у вас плохое представление о месте инквизиции в системе миропорядка, — заметил Сова. — Возраст, я всё понимаю. Вы носите светло-коричневую рясу, участвуете в штурмах и облавах, верите в свою исключительность. И не понимаете, что инквизиция финансируется теми, чьи интересы защищает. Великими Домами, старыми Родами, монархическими династиями. Закон Меча создан для одарённых, брат Ростислав. И вы не можете просто так брать и беспредельничать, где вздумается. Вы уже нарушили наши правила, войдя в кабинет без перчаток и маски.
— Мне нужно выйти на след отступников, которые периодически встречаются в вашем клубе, — на тираду председателя я отреагировал спокойно. — Для этого мне придётся осмотреть одну из переговорных комнат. Если сочту нужным, потребую список постоянных членов клуба.
Сова покачал головой:
— Нет.
— Что, простите?
— Список клиентов вы не получите без ордера на обыск. В переговорные комнаты я тоже не собираюсь вас пускать. Предвосхищая вопрос, отвечу. Вы здесь потому, что я проявил жест доброй воли. Выделил время. Могу пообщаться, ответить на любые вопросы, не касающиеся напрямую наших клиентов. Подозреваете кого-то из них в отступничестве? Всё это подкреплено доказательствами и необходимыми разрешениями? Тогда милости просим.
Я ухмыльнулся.
— Председатель, это не шутки. Я принадлежу к отряду Паладинов, и мне не нужны ордера. Даже если у меня возникнет желание спалить этот гадюшник, а вашу голову насадить на копьё и выставить на всеобщее обозрение. Я просто сделаю это. И мне никто не помешает.
Маска рассмеялась.
Звук получился каркающим, с примесью металла.
— Ну, попробуй. Мальчишка.
Кресло, в котором я сидел, выпростало гибкие щупальца, захлестнуло мои запястья и лодыжки, а потом начало оплетать грудь и живот. Из потолка вырвался ещё один отросток, который выпрямился, заострился и попытался пробить мою голову. Всё так же ухмыляясь, я пропустил по этим штукам
Артефакт, безусловно, был древним. Но у любой техники есть свои цепи, которые можно пережечь. Чтобы уничтожить игрушку Совы наверняка, я дополнил разгром концентратом, взорвавшимся у нас под ногами, в толще усиленных Знаками бетонных перекрытий.
Взрыв имел неожиданные последствия.
Первый пункт — высвободившееся электричество ударило по генератору протоматерии, из которой и было сделано всё, что нас окружало. Два — обрушения не произошло, как я и рассчитывал. Три — я чудом успел вскочить на ноги, потому что кресло рассыпалось в труху. Четыре — рассыпался и письменный стол Совы. Пять — из потолка больше ничего не торчало, причиняя мне неудобства.
Председатель встал.
Оружия при нём видно не было, а вот эфир вокруг нас вскипел от множественных возмущений. Я не до конца понимал природу Дара стоящего передо мной человека, но вот его силу нельзя было недооценивать. Что-то в районе третьего ранга по местной классификации.
Я уже говорил, что не люблю всякие-разные железки?
Магия — наше всё.
А потому я сделал правую кисть огненной, а из костяшек сжатого левого кулака вырастил ледяные шипы. Мне этого вполне хватит, чтобы надрать председательскую задницу.
— Лучше не надо, — сказал я, глядя в прорези маски. — Просто отведи меня в нужную комнату.
Председатель не ответил.
Если, конечно, не считать ответом мастерски сплетённую вязь, имеющую цель подчинить кровь внутри моего организма. Признаться, я недолюбливаю магию крови и меньше всего рассчитывал встретиться здесь с одним из её адептов.
Духовный доспех против этого типа магии не работает.
А вот любые кинетические удары по адепту справляются с задачей на «ура». Тем более, что мой навык управления водной стихией был на порядок выше, чем у противника.
Кровь продолжала мирно течь по моим венам.
Зато председателя снесло к стене расширяющимся воздушным кольцом — оно же попутно вышибло стёкла в двойной оконной раме.
Председатель не унывал.
Вырастил из своей крови злобную тварь, смахивающую на дракона из японских комиксов, и натравил эту штуку на меня. Длинная змеюка расправила перепончатые крылья и зашипела, но тут же успокоилась, получив электричеством в морду.
Справа мелькнула размазанная тень, но и я не пальцем деланный. На том месте, где я только что стоял, сохранились лишь воспоминания. Очутившись в шаге от председателя, я выписал ему двойку в корпус, нанеся по очереди огненный и ледяной урон, после чего зарядил локтем в челюсть.
Председателя снесло на пару метров.
Враг быстро сориентировался, создал из крови нож и швырнул его в меня на усилении. Отбив нож воздушным щитом, я молниеносно переместился к своему оппоненту и обрушил на него град ударов. Председатель дрался почти на тех же скоростях, что и я, но в итоге пропустил в рёбра, огрёб по колену и ушёл в глухую оборону. Я понял, что он регенерирует, и снова ускорился.
Председатель был силён.
И он обладал навыками, которые не могли освоить жители этого мира.