Каро
Шрифт:
— Отец вернет тебя в Дом Утех! Выбирай, или это, или магия!
Сьерра снова отчаянно задергалась.
— Выпустите меня!
— Магия не может быть хуже самоубийства, на которое ты почти решилась!
— Я никогда не займусь магией! Выпустите! — ее голос сорвался. — Ненавижу вас!
Тобиас отпустил каро и перекатился на спину. Та сбросила одеяло и плащ и вскочила на ноги. Метнулась к двери, но та была заперта — Тобиас позаботился о том, чтобы никто не смог без разрешения ворваться в спальню. Дрожа, Сьерра остановилась у двери, прислонилась к ней и сползла на
— Поднимайся, — Тобиас потянул ее вверх за руки и снова укутал в плащ. Она не сопротивлялась. Он усадил ее в кресло, сам тяжело опустился на кровать, запустив руки в волосы. Как еще он мог уговорить ее? — Сьерра…
— Не надо, — едва слышно остановил его рабыня и после паузы сказала: — Я согласна.
Тобиас замер, не веря своим ушам. Осунувшееся лицо каро было безжизненным. Она пустым взглядом смотрела перед собой.
Тобиас вскочил и схватил ключ с тумбочки. Нервными пальцами отперев дверь, он жестом поманил дежурившего за ней слугу.
— Быстро позови Олдариана.
Наместник мрачно покосился на одежду Тобиаса, в которую была одета каро, и бросил в сторону:
— Принеси Камень.
Фол коротко кивнул и стремительно вылетел из залы.
Тобиас встретился взглядом с украдкой зевающим дядей и крепче стиснул пальцы на плече Сьерры. Она так и не подняла головы с того момента, как они вошли к Тамидару. Тягучая тишина длилась до тех пор, пока не вернулся запыхавшийся Управляющий с Камнем обладания.
Наместник махнул рукой, отказываясь принимать Камень, и Фол передал его Тобиасу. Расстегнув рубашку на груди едва дышавшей рабыни, он прислонил Камень к клейму. Оно ярко вспыхнуло, заставив каро охнуть, и поблекло.
— Принимаю тебя на попечительство Школы, — официально произнес Олдариан и успокаивающе кивнул на встревоженный взгляд Тобиаса. Сегодня же рядом со старым клеймом появится новое — но пока это будет не Знак Свободы, а клеймо Школы, что носят все ее ученики до того самого момента, пока не сдадут экзамен на владение своей силой.
Сначала Сьерре необходимо будет сдать экзамен на поступление в Школу, к которому ее обещал подготовить Олдариан. После экзамена Совет Школы определит, кто будет наставником, который до момента получения Знака Свободы будет единоличным попечителем и фактически хозяином ученика.
— Прекрасно, — произнес Тамидар и размашисто подписал подготовленные Олдарианом бумаги. Не глядя больше ни на сына, ни на брата, он бросил перо на стол и ушел.
— Отправимся в Школу немедленно, — сказал Олдариан. — Буду ждать на крыльце.
Они с Фолом вышли, оставив Тобиаса наедине с каро.
Она не шелохнулась. Влажные еще волосы падали на лицо, и когда Тобиас приподнял ее голову за подбородок, увидел, что та молча плачет. Облегчение, которое он испытал в момент освобождения Сьерры, смешалось с волнением. Сможет ли она смириться с тем, что ей предстоит? Не наделает ли новых глупостей? Тобиас легонько прикоснулся к рубцу на ее лице. Сьерра вздрогнула.
— Ты все правильно сделала, — он осторожно поцеловал ее разбитые губы и отстранился,
Глава 20
До Чериады он добрался только на пятый день — как он и предполагал, от участившихся дождей дорогу начало размывать. Валясь с ног от усталости и дрожа от холода, Тобиас, оказавшись во дворце, тем не менее, первым делом поспешил в башню мага. Здесь его уже ждало письмо от дяди. Точнее, короткая записка.
«Экзамен сдала, наставник — Мориан»
Тобиас выдохнул. С одной стороны, было хорошо, что каро так быстро сдала экзамен, и ей не придется учиться на подготовительном курсе в Школе, где царил беспредел как среди учеников, так и среди магистров. С другой стороны — Мориан. Вечно хмурый тип, который держал своих учеников в строгости, порой граничащей с жестокостью. Его не любил никто, и Тобиас боялся, как бы на Сьерре не сказались давние разногласия между Морианом и Олдарианом.
Он обязательно должен попасть на день рождения Алексии, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.
Замия нажаловалась на него отцу и братьям, и, несмотря на то, что все знали, какой отвратительный у нее характер, его поведение чериадскому Наместнику показалось все же неуместным. Чтобы окончательно не испортить отношения с Чериадой, Тобиасу пришлось приложить все усилия, чтобы быть не таким грубым с женой. По этой же причине, как бы он этому не противился, ему пришлось взять Замию в Криаду не празднования дня рождения сестры. Он молился всем богам сразу о том, чтобы погода была сухая, и кто-то из них его услышал. Дорога высохла, и им удалось выехать ровно в срок. Если бы в пути не сломалось колесо кареты, они прибыли бы за день до торжества, но из-за задержки оказались в Криаде утром дня рождения Алексии.
Тобиас без разговоров велел Фолу поселить Замию в тех гостевых покоях, где она жила до дня их свадьбы, сам же заселился в свою спальню. Хоть немного отдохнуть от общества супруги, с которой пришлось бок о бок провести целых четыре дня!
Приведя себя в порядок, он попытался найти Олдариана, но не преуспел. Пометавшись по дворцу, он решил напрямую отправиться к Мориану. Ему не терпелось увидеть Сьерру. Он выскользнул через заднюю дверь на кухне и почти дошел до конюшни, когда сладкий голос остановил его.
— Даже не поздороваешься, милый братец?
Чертыхнувшись, он натянул улыбку и повернулся к сестре.
— С Днем Рождения, Алексия, — он поцеловал протянутую руку.
— Куда спешишь? Едва приехал, уже убегаешь. Нехорошо, — пропела она.
— Думал, ты все еще спишь. Ну, увидимся на празднике, — поспешно закончил он, видя, что она собирается сказать что-то еще, и, резко развернувшись, решительно направился к конюшне.
Двухэтажный дом Мориана лишь немного уступал размерами дворцу Наместника. Не удивительно — ведь покойный отец колдуна был братом бывшего Императора. Мориан, несмотря на то, что Школа предоставляла жилье ученикам, как и многие магистры, предпочитал, чтобы они жили в его доме. Тем более, он легко мог себе это позволить.