Кай 4
Шрифт:
— Когда я должен дать ответ, и главное: что мне придется делать? — ну не нравится мне все это, хоть убей.
— Драться за деньги, очень большие деньги. Чем сложнее битва, тем больше денег. У тебя будет выбор, участвовать или отказаться по каждому предстоящему бою, за исключением турниров. Но участие в турнире — это тоже твое решение. Однако, постоянно отказываться ты не сможешь, халиф не дурак и не будет тебя просто так содержать. На раздумья у тебя час. Потом или смерть, или роскошная жизнь во дворце до конца условий контракта.
Ну что же, выбор без выбора. Впрочем,
— Какие гарантии с вашей стороны?
— Слово халифа! — ответил распорядитель с самым серьезным видом.
Я прыснул со смеху, но в мое горло тут же уперлись четыре кончика мечей. На лице хозяина дворца отобразилось удивление, и он вопросительно посмотрел на переводчика. Тот быстро что-то произнес и снова повернулся ко мне:
— Чужеземец, я понимаю, что вы на севере не привыкли доверять друг-другу, но честь в Далийском халифате стоит превыше всего. Если халиф нарушит слово, твой договор закончится в тот же день. Тебя посадят на корабль, снабдят деньгами и отправят куда скажешь.
— Я согласен! Эйголь, восьмой сколит и последующая свобода.
— Закрепим! — распорядитель что-то шепнул на ухо Ашаху-туль-Хани, и тот довольно потер руки, а затем сделал знак страже.
Воины халифа повалили меня на кровать и закрепили запястья и щиколотки в петлях, после чего круглолицый извлек из кармана скальпель и маленький плод с длинными отростками, который я мгновенно узнал.
Глава 12
Мне повезло, что моя Сила была практически израсходована. Кожа на шее не смогла зарасти быстро и распорядитель халифа, довольный результатом, наложил мне чистую повязку, так и не узнав о моей регенерации.
— Освободите его, — он убрал в карман принадлежности и остался стоять у кровати, не выказывая ни малейшего страха.
Стражники убрали оружие в ножны и сняли с меня цепи. Я не стал проверять действие тенката, так как по их спокойному виду было понятно, что они меня больше не опасаются. Не знаю, какая именно в него заложена клятва, но уверен, что я не первый такой и ее текст тщательно продуман, исключая какую-либо лазейку.
Халиф одобрительно посмотрел на меня, после чего поднялся со стула и удалился вместе со всей своей свитой, оставив в комнате только своего помощника и одного стражника.
Я попытался встать.
— Не торопись, Кай! — круглолицый кивнул стражнику с инструментами. Тот извлек из мешочка плавитель, взялся за мой ошейник и, менее чем через минуту, снял его.
Распорядитель дождался, пока он уйдет, а затем уселся на стул.
— Ну вот и все, ты почти свободен, в пределах разумного конечно. Теперь можешь задавать мне любые вопросы.
— А ты не боишься, что я прямо сейчас сверну тебе шею? — я поднялся с кровати и начал разминать затекшие мышцы.
— Не боюсь, — невозмутимо ответил он, — Ты даже сейчас об этом всерьез не думаешь, иначе бы уже корчился в параличе. Вещица, что тебе вживили…
— Называется тенкат, — закончил я, — Слыхал я о них когда-то.
Секундное
— Тебе придется выучить язык, заниматься с тобой буду я.
— А можно мне для начала выдать одежду? — я выставил перед собой развернутые ладони, указывая на причинные места, — И, если ты не хочешь, чтобы я обращался к тебе «лысый», может представишься наконец?
— Маур-тель-Хаба. От тебя жутко воняет, и одежду ты получишь только после омовения.
— Буду звать тебя Хаби. Надеюсь, ты не против?
— Против. Наш этикет… — начал он.
— Хаби, дружище, я не знаю вашего этикета, но согласен, что мытье мне сейчас не помешает, — перебил я его, с удовольствием отметив слегка скривившееся лицо.
Он молча указал идти за ним и вышел из комнаты. Я направился следом, с удивлением отметив, что гасящее поле пропало. Мы выбрались во двор, и распорядитель повел меня, уже виденным ранее дорожками, вдоль бассейна. Плескавшиеся там девицы что-то начали активно обсуждать, указывая на меня и улыбаясь.
Я было застыдился своей наготы, но вовремя сообразил, что они тоже абсолютно голые. А потому улыбнулся в ответ и помахал им рукой, чем вызвал оживление, но к сожалению распорядитель повел меня дальше.
Правая половина прилегающей к дворцу территории называлась женской, и отличалась наличием небольших домиков, возле которых неспешно занимались своей работой самые обычные рабы, одетые хоть и в нарядную, но относительно простую одежду. Они подстригали деревья, ухаживали за цветами, подметали дорожки. Мой провожатый пояснил мне, что чернорабочие живут позади дворца и не имеют таких привилегий, которые дали мне.
За весь наш путь я так и не почувствовал воздействие кристалла-гасителя. Хаби пояснил, что поле включается по желанию халифа, и как правило только в ночное время. Меня это огорчило, так как голову настойчиво терзала одна идея, для проверки которой мне необходимо было наличие действующего купола.
Наконец, мы пришли в отдельно стоящее одноэтажное здание, начинавшееся коридором, по бокам которого имелось несколько дверей, запиравшихся изнутри. Распорядитель выбрал ближайшую открытую и завел меня внутрь. Здесь, судя по интерьеру, находилась раздевалка, однако он миновал ее, и мы вошли в следующее помещение. Пол в этой комнате был выложен дорогой желтой плиткой, но основное внимание привлекал небольшой бассейн с широкими ступеньками. Слева от него располагались обтянутые кожей кушетки для отдыха, и рядом же круглый столик с мягкими стульями.
Прямо за бассейном обнаружилась еще одна дверь, за которой нас встретило небольшое помещение, полностью сделанное из дерева. Кедр, судя по запаху. Я знал сколько он стоит, а потому внутренне удивился такой щедрости. Лежаки и длинные лавки разной высоты, стоящие вдоль стены, тоже были выполнены из него.
— Это печка, — Хаби наконец-то подал голос и указал на большую прямоугольную штуковину из металла, к которой примыкал здоровенный чан с водой, — Вот этим рычагом выставишь нужную температуру. Мойщица скоро придет.