Keep Coming
Шрифт:
У него всего час, чтобы привести себя в форму, натянуть привычную маску безразличия и встретиться с Эффи. И Тринкет почти верит ему. После небольших формальных вопросов, Плутарх переходит к главному:
– Мне очень жаль, что Хеймитч не правильно понял меня. Я совсем не хотел скрывать от тебя наш план. Сейчас ситуация изменилась, но для тебя, думаю, всё закончилось. И, в целом, ты больше не нуждаешься в помощи Эбернети.
– То есть, нам больше не обязательно видеться, - Тринкет натянула улыбку.
–
– он разочарованно выдохнул, заметив её удивленно-расстроенный взгляд.
– Не имеет. И пребывал тут, только в порядке исключения. Но теперь, когда всё снова на своих местах, он сможет вернуться домой. Как и хотел.
– Когда?
– Последний поезд задержали - поломки, - он пожал плечами, закатив глаза.
– Поэтому, через три дня. Это ведь тебя не сильно расстроило?
– Нет, конечно же нет, - улыбка не сходила с её лица, пока мысли и вопросы в голове хаотично сменяли друг друга.
– А что на счет Логана. Октавия сказала, что я должна с кем-то встретиться.
– Конечно, да, - мужчина нахмурился, словно решал в уме сложную логическую задачу.
– Парень, который разработал вакцину. Он должен был помочь тебе вернуть память.
– Будет замечательно, - она действительно хотела вспомнить, но сейчас Эффи слушала мужчину вполуха, поэтому смысл сказанного доходил до неё не сразу.
– К сожалению, вашу встречу придётся отложить. Формальности, не переживай. Я планирую вложится за день, и сообщу тебе, когда у него появится свободная минутка.
Вот так просто, не оставляя шансов на сопротивление, оставил её одну и умчался обратно решать свои проблемы.
***
Эффи не хотела считать дни своей свободы от этого наглого самоуверенного Эбернети. Но как бы она не старалась переубедить себя (и Октавию), она не могла перестать думать о нем. Девушка часто вспоминала, как он кричал ее имя, когда она уже выходила из Центра, но ей так не хотелось оставаться там. С ним. Чтобы снова выслушивать какая она глупая. Не важная.
Она знала, что делала все правильно, но этот груз, появляющийся из-за ее совести, не давал покоя. Он же спас ей жизнь. И уехать не попрощавшись было бы просто непростительно. Она никогда бы не подумала, что будет сидеть в тишине и думать о Хеймитче в “этом направлении”, если бы не один единственный случай, изменивший её память. Тогда для неё это было низко, странно и ненормально. Но все же Тринкет не могла выбросить его из головы.
– Ты просто привыкла и теперь скучаешь, - пожала плечами Тави.
Стилистка была сама не своя последний день. Она сильно поссорилась с Фликерманом:
– … то ли из-за очередной бедовой фанатки, то ли из-за фанатки, попавшей в беду, но Цезарь предпочел помочь
Тринкет понимала её, сочувствовала. Но Октавия быстро пришла в прежнюю форму и старательно делала вид, что ничего не произошло.
– Мне интересно какой из себя этот Логан, - Октавия кокетливо улыбнулась Эффи, вопросительно приподняв бровь.
– Если ты забыла, он стёр мне память, потому что ненавидел капитолийцев. Не самый подходящий кандидат на роль любящего мужа.
– Подумаешь, может я не хочу замуж. Может мне нужно развеяться. Пока мысли о Фликермане меня совсем не погубили, - она рассмеялась.
– Тогда пойдёшь со мной. Завтра у меня плановый осмотр, и как раз встреча с Логаном.
– Отлично, - и хищная улыбка окрасила её лицо.
Звук знакомой мелодии разлился по комнате. Эффи напряженно вздохнула, чувствуя, как заставка очередной программы с участием Фликермана начала заряжать комнату атомами ненависти. Октавия бросила гневный взгляд на экран, где во всю блистала улыбка Цезаря.
– … Это будет феерично. Нет, честно говорю, она сразит Вас наповал!
– болтал ведущий о новой участнице нового шоу.
– А что Эбернети? Ты с ним так и не встретилась?
– Тави нервно сжимала подушку каждый раз, когда Цезарь касался руки собеседницы.
– Он должен был уехать. Не думаю, что мы увидимся вновь.
– Идиот!
– прошипела она, отшвыривая многострадальную подушку в сторону.
– Кто, Эбернети?
– переспросила Эффи.
– Да оба! Посмотри, как она жрёт его глазами! А он? Тут стоит поставить рейтинг передачи 18+!
Тринкет неосознанно вернулась к неудавшемуся вечеру, вспоминая поцелуи Дафны и Хеймитча. Пытаясь понять чувства, которые испытывала её подруга, наблюдая за Цезарем. Но Эффи видела только ледяные глаза, практически ощущая руки Эбернети на своей талии. Она мысленно перенеслась в их гостиную. Чёрт, что он с ней делал! Она плавилась. Растворялась в нём. И это так неправильно. Так нужно. Сейчас, когда он уже уехал домой.
Тринкет весь оставшийся вечер не могла избавиться от этих мыслей, пребывая в меланхоличном настроении. И даже не успела заметить, как пролетела ночь и наступил новый сложный день…
… который начался с выяснений отношений. Октавия кричала на Цезаря, который держался изо всех сил. Но его выдержки хватило ненадолго, и мужчина тоже сорвался на крик. В результате чего был выставлен из квартиры.
– Индюк напыщенный!
– продолжала ворчать Тави, нарезая круги по комнате.
– Ненавижу! Бесит! Как же бесит!