Кендермор
Шрифт:
И хотя им приходилось носить одежду, в особенности за пределами островов, где находилась их родина, по человеческим меркам минотавры разгуливали полуобнаженными. Из одежды они признавали лишь доспехи, украшенные орнаментами и оружием, да короткие кожаные куртки.
Вскоре небольшой сверкающий баркас, мастерски сработанный умелыми руками, усилиями шестидесяти гребцов приблизился вплотную к барже, благо это позволял сделать попутный ветер. Все до единого минотавры на борту выглядели не то что не дружественно — они, казалось, были разгневаны. Они беззастенчиво
Кендер начал чувствовать себя не лучше любого из жучков, каковых он лицезрел в выставочной комнате Бодзила и Лигга. От мысли этой по телу его поползли мурашки.
— Привет, — закричал он, расплывшись в самой своей дружелюбной улыбке. — Я Тассельхофф Непоседа. А кто…
— Гоар. Недавно у нас были крупные проблемы с одним кендером на побережье Кровавого Моря.
Говорящий, несомненно лидер, если можно было считать признаком лидерства носимые им одним красные доспехи, был почти на голову выше всех остальных гребцов.
— Недоразвитый и вороватый народец. Скажешь, ты не похож на остальных?
Говорил он неуклюже, но с идеальным произношением, будто выучил Общий язык по учебнику.
Тассельхофф слишком усердно пялился на чужое судно, чтобы сразу осознать оскорбление. Когда смысл слов наконец дошел до него, Вудроу заметил, что щеки кендера наливаются краской. Он вмешался раньше, чем кендер успел отвесить минотавру изрядную порцию своих знаменитых колкостей и обидных шпилек.
— Мы с приятелем оказались в бедственном положении: погрузились по ошибке на борт этой баржи, не зная, что ее бросят на произвол судьбы.
Вудроу нервно облизал губы, прекрасно понимая, что его слова звучат не совсем правдоподобно.
— Не могли бы вы доставить нас в ближайший порт? Или хотя бы отбуксировать туда? Мы будем очень благодарны вам.
Гоар отвернулся от них и обменялся с командой серией громких стонов, перешедших в резкое, неприятное ворчание. Один из гребцов, гигантский рыжий минотавр с двухфутовыми рогами (если можно говорить о высоте рогов), вдруг издал протяжный рык и провел тыльной стороной кисти по своему горлу. Чудовище дважды покачало массивной головой, указывая пальцем на Таса, и дерзко сложило руки на груди.
Но Гоар ответил ему злобным фырканьем, а губы его искривились в уродливом подобии презрительной ухмылки. Жест однозначно показывал, кто здесь играет главную скрипку. Его оппонент понурил голову и, раздираемый гневом и стыдом, спешно ретировался в дальнюю часть небольшого баркаса. Гоар опять повернулся к Тасу и Вудроу, тщательно готовясь произнести незнакомые слова, и внимательно посмотрел на них.
— Мы решили, что вам можно верить, и вы действительно попали в беду.
Вудроу с Тасом ожидали от минотавра продолжения, оба взволнованно соображали — что за странный способ предлагать помощь! Когда стало казаться, что молчание затянулось необоснованно долго, вмешался Тас.
— Ну, да… мы в беде, это так. Так собираетесь
— Мы не говорили, что собираемся это делать, отнюдь.
Тас и Вудроу обменялись недоуменными взглядами.
— Но ведь ясно, что вы не можете бросить нас тут умирать! — хрипло возразил Вудроу.
— Почему же? — в голосе Гоара не чувствовалось лукавства. — Мы не знаем ни единого закона, где бы это оговаривалось.
Тас с натяжкой хихикнул.
— Конечно, такого закона нет, но…
Гоар выгнул брови, и кендер решил — была не была…
— … мы можем вам заплатить!
Мохнатые уши Гоара взлетели вверх, но во взгляде, рассматривающем курганы отбросов, явственно читалось сомнение.
— Я сомневаюсь, что вы располагаете хоть чем-нибудь, представляющим для нас ценность.
Его внимание внезапно привлек кто-то из экипажа, дернув минотавра за руку. Гоар опять отвернулся от стоящих на барже друзей.
— Господин Непоседа, — хриплым голосом прошептал Вудроу, — я не уверен, что обещать им вознаграждение было хорошей идеей. Припомните, мы расплатились за поездку на другом корабле, и после завтрака остались практически без гроша в кармане.
— Ты бы не переживал на этот счет, Вудроу, — Тас говорил поучающим голосом, к которому привык часто прибегать. — Что-нибудь найдется. Так всегда бывает.
— Ох, не думаю, — медленно молвил Вудроу. — Они совсем не похожи на доверчивых простофиль…
— Человек и кендер, — громыхнул позади них голос Гоара. Спутники резко развернулись.
— Мой… — казалось, минотавр силится подыскать нужное слово, — мой… повар сказал мне, что различил исходящий от вашей баржи запах отлежавшейся совы. Мы согласны принять ее в качестве платы за провоз вас до ближайшего порта.
Тассельхофф с Вудроу утратили дар речи.
— Конечно, если вы не пожелаете расстаться с такой ценной вещью в обмен на ваши жизни, — продолжал Гоар, — к сожалению, мы вынуждены будем отправиться в дальнейшее странствие без вас.
— Да забирайте! — в один голос воскликнули кендер и молодой человек.
Минотавры — отменные гребцы. Так решил Тас, наблюдая за тем, как минотавры налегают на отведенные им весла. Ведомые ритмом, задаваемым лидером (он же являлся и рулевым), они никогда не сбивались с него, а сила их, казалось, не убывала вовсе. Наблюдая за ними, Тас впадал в какое-то оцепенение: вперед — назад, вперед и назад движутся весла, перетекают бугры мышц в жилистых руках и массивных шеях.
Поездка оказалась на редкость спокойной, Тассельхофф сказал бы даже — самой спокойной из всех, что ему приходилось предпринять по суше или морю. Холеный, обтекаемый минотаврский корабль несся через воды Хурманского моря, разрезая гладь так же легко, как нож рассекает мягкое масло. В морских путешествиях тяжело оценить скорость движения, ведь в море нет никаких ориентиров, но Тас был твердо уверен, что никогда раньше не ездил так быстро. Ему пришло в голову, что так быстро, наверное, летают разве что на драконах.