Керкопорта
Шрифт:
– Ну как Вы себе это представляете, Муций?
– изумился Архимед, - Явно же под утоплением не имеется в виду асфикция от попадания в легкие собственной крови. Тогда бы говорили - 'захлебнулся'. Значит, речь идет о погружении дыхательных путей в некий резервуар, наполненный кровью. О какой емкости речь?
– Ну, допустим, замкнутое пространство, подвальная комната, - немедленно отозвался Сцевола, - Их же окружили, князь уходил все дальше вглубь и ниже. Туда могла стекать кровь со всего пространства побоища.
– Ну даже
Архимед схватил салфетку, начал на ней что- то быстро писать карандашом. Сунул под нос коллеге. Сцевола перегнулся через стол, вытащил у Архимеда из рук карандаш. Начал царапать что- то под почеркушками мэтра. Коллеги стали что- то быстро и горячо говорить друг другу, вырывая салфетку друг у друга из рук. До Ио и Никиты доносились возгласы 'но не вся же кровь из человека вытекает!' - 'а Вы помните, сколько там народа погибло??' - 'но комната же не герметична!' - 'а про свертывание забыли??' и т.д.
– Простите, - оторопев, тихо спросил Ио, - Я правильно понял? Вы сейчас так увлеченно обсуждаете, крови скольких людей достаточно, чтобы человек мог в ней утонуть? Вам, вообще, все равно, какую задачу решать?
Инженеры замолчали и не понимающе обернулись к Ио.
– Просто наш друг не привык к времяпровождению среди научно- технической элиты, - мягко пояснил Никита, - Извините его.
– Иногда приходится выбирать - обычная этика или научное любопытство, - сказал Архимед безо всякого смущения.
– И что Вы выбираете? - уточнил Ио.
– А Вы разве не поняли?
– Архимед добродушно хмыкнул, - Знаете, Ио, я думаю, Вы - не учёный. Только не обижайтесь. В Вас нет важного качества - умения абстрагироваться от обыденных представлений. Вряд ли среди наших Вы найдете ответы на свои вопросы. Но Вы, ведь, кажется, участвовали в боевых действиях?
Ио пожал плечами.
– Я это знаю от Никиты.
– Так, может, - сказал Архимед со снисходительным участием, - Вам обратиться к военным? Наверняка кто- то из них Вас помнит. Товарищи по оружию, все такое...
Среди шума на улице послышались вопли.
– Да что там происходит, в конце концов?
– взорвался Архимед.
– Научное любопытство, мэтр?
– вкрадчиво поинтересовался Ио.
– Кажется, горелым запахло, - недоуменно пробормотал Сцевола, - С кухни, что ли?
Архимед вышел из- за стола и быстрым шагом направился к двери. С улицы в таверну повалил дым.
Все посетители, включая только что беседовавшую четверку, выскочили на улицу.
Ио оторопел. Деревянный конь в центре Пляс Антик полыхал как факел.
– Это что - исполнение предсказаний Кассандры?
– спросил он у незнакомца рядом.
– Да какое предсказание!
– отозвался прохожий, жадно вглядываясь в разгорающийся огонь, - Это же один из ее олухов и поджег.
– А пожарные где?
– Какие пожарные? - удивился другой незнакомец, - По Городу только от обстрелов несколько десятков пожаров в жилых домах. Там людей спасают. Кто эту хрень будет тушить, Вы о чем?
Сцевола с разинутым ртом смотрел вверх.
– Мэтр, - обратился он к Архимеду, - А Вам не кажется, что сейчас...
Туловище коня стало все быстрее крениться в сторону. Толпа охнула и отпрянула. Вдруг горящая голова отделилась от обуглившийся деревянной шеи, и будто ее кто- то метнул, с размаху влетела в верхнее окно таверны. Через мгновение в глубине таверны раздался громкий хлопок. Языки пламени вырвались из дверей.
– Портфель!
– заорал Архимед, - Там же чертежи, записи!
– Какие записи?
– не понял Ио, - Вы что, сверхсекретные материалы с собой в таверну притащили?
– Дома хотел поработать, - пропавшим голосом просипел мэтр, - Это же недели работы.
Внезапно Архимед бросился к двери.
– Сгоришь, дурак!
– бросился на него один их стоящих рядом официантов.
Ио вдруг понял, что только что стоявший рядом Сцевола куда- то пропал. Через несколько секунд в дверях показалась дымящаяся фигура с портфелем в руках и горящими рукавами. Сцевола - это был он - споткнулся на пороге, упал, швырнул портфель в сторону Архимеда и затих.
Портфель перекувырнулся в воздухе и раскрылся. По площади полетели листки бумаги, загораясь от тлеющих обломков коня. Архимед метался из стороны в сторону с криком 'Мои записи!'. Официант и какой- то незнакомый прохожий ловили и оттаскивали его от огня.
Ио побежал к Сцеволе, на ходу стряхивая с себя шинель. Инженер лежал с закатившимися глазами, вытянув горящие руки вперед. В лицо Ио ударило жаром из дверей. Чуть не задохнувшись, он набросил шинель на Сцеволу, одновременно пытаясь сбить пламя и оттащить инженера от двери. Когда он отодвинул потяжелевшее тело буквально на несколько метров, Сцевола открыл глаза, сверкнувшие белизной на черном лице и прошептал: 'Записи спасены?'. Ио скосил глаза на бегущего по площади Архимеда, пытающегося догнать парящие от него в жарком мареве тлеющие листки. В этот момент сзади рухнула поперечная балка над входом.
***
Ио и Сцевола прогуливались по садику за больничной оградой.
– Все равно, Муций, не могу понять, зачем Вы это сделали, - Ио неодобрительно покачал головой, - Вы, ведь, даже не знали, что это за бумаги. Архимед потом объяснял, что в них - месяц его работы. Всего лишь месяц! А Вы чуть не заплатили за них своей единственной жизнью! Вам не кажется, что цена слишком велика?
Сцевола, бледный, с правой рукой, висящей на шее и обмотанной бинтом по плечо, осторожно пожал плечами.