Кхаа Тэ

Согрина - Друк Дарья

Златовласка утерла слезу, скатившуюся по щеке и, уткнувшись в подушку, зажмурила глаза. Усталость тяжелой лавиной накрыла ее тело, сон медленно, но упрямо обволакивал разум девочки колючим неводом, утягивая ее в пучину кошмаров.

В иллюзорном мире, перед ее взором пронеслись мрачные и пугающие пейзажи. Огромный черный замок высился на отвесном утесе, со всех сторон омываемом то бурными водами двух рек, то гигантскими волнами океана. В мертвых глазницах окон мерцало тусклое зеленое свечение. Тихий зловещий шепот, словно просачивался сквозь каменную кладку здания.

– Я вернусь,

что бы забрать то, что принадлежит мне по праву...

Ребекка испуганно вскрикнула во сне. Карро тревожно взглянул на девочку. Ему, как и всем воронам Аскалиона, был ведом навык чтения мыслей, но заглянуть в разум спящего человека он не мог. Способность видеть чужие сны, была дарована лишь немногим чародеям, обитающим на землях Нирбисса. Если бы Ноэл был здесь, он бы без труда проник в кошмары златовласки. Но волшебник был далеко, и вряд ли рискнет явиться в Мендарв. Если бы не его специфическая внешность, обладание силой и магическое обмундирование, он бы лично прибыл в страну людей, а не посылал бы в разведку своего пернатого Спутника.

Деревья Дубравы тревожно шептались между собой, поскрипывая сухими сучьями и сбрасывая осеннюю листву. Их раскидистые ветви, покореженные бурей, временами с глухим треском обламывались и падали на сырую землю, покрытую багряным ковром и тонким слоем инея. Где-то, в непроходимой чащобе, среди завалов бурелома, послышался волчий вой, оповещающий о скором приближении зимы. Через несколько мгновений на зов ответил собрат желтоглазого стража ночи. Над лесом зазвучала тоскливая песня, и с каждой секундой, к хору присоединялся еще один серый исполнитель. Среди искривленных силуэтов стволов, громко хлопая крыльями и беспокойно ухая, промчалась огромная сова. Ночная охотница кружила по Дубраве в поисках добычи, в надежде, что завывание волков не спугнуло всю живность, таящуюся среди валежника.

На небольшую поляну, освещенную тусклым мерцанием полумесяца, выпрыгнула мохнатая тварь и тихо похрюкивая, помчалась к старому дубовому пню. Науро С’Ар Илхор не заметил, притаившуюся у корневищ гигантского древа демонессу, он уселся на пень и, сняв с себя жилет, стал с интересом рассматривать ворот, пытаясь отыскать причину, почему магическая ткань приклеилась к рукам деревенской девчушки, а потом, внезапно отлипла от ее пальцев. Материал был оснащен металлическими волокнами, пропитанными чарами, но кисти девушки явно не магнит. Или магнит? Магнит, притягивающий волшебство? Но окончить размышления эльфу не удалось, он ощутил, как ледяные руки Таборы, тяжелым грузом легли ему на плечи.

«Я неосмотрительный идиот, второй раз, за день попавшей в ловушку!» удрученно подумал коротышка.

– Ты где был?!
– подобно змее, прошипела демонесса, и Науро почувствовал, как ее когти впиваются в его кожу через рубаху. Боль вызвала легкую тошноту, но толстяк хоть и порой и проявлял рассеянность, с напарницей он умел управляться. Прикинув в уме все плюсы и минусы его последующих действий, он хитро оскалился и ловко вывернулся из плена Таборы. В несколько прыжков коротышка оказался на безопасном расстоянии от разъяренной девицы, чувствуя неприятное жжение в плечах.

– Солнце мое, а можно вести беседу без применения пыток? Нигде я

не был, так что нечего заниматься рукоприкладством!
– пробормотал он, натягивая жилет, который его непременно защитит от когтей обезумевшего демона.

Лицо Таборы перекосилось от гнева. Лунный свет придавал ее ярости весьма пугающий оттенок. Демонесса медленно стала приближаться к напарнику, ее руки сжались в кулаки. Слова эльфа о неприемлемости насилия, видимо не возымели должного эффекта.

– Значит, говоришь нигде...- яростно процедила девица.- А кого я попросила следить за этой девчонкой?!

Науро попятился назад и невозмутимо произнес:

– Так я и следил.

Глаза Таборы недоверчиво сузились, но шаг она не сбавила.

– Можно полюбопытствовать, каким образом ты осуществлял слежку? Лежа под каким-нибудь кустом?

Эльф остановился и обиженно взглянул снизу вверх на свою напарницу. Затем выпятил нижнюю губу - выступающие клыки теперь предстали во всей красе.

– Какие еще кусты... Представить себе не мог, что ты способна своими беспочвенными подозрениями разбить мое хрупкое и ранимое сердце.

Демоница презрительно хмыкнула, душевное равновесие эльфа ее не волновало, а вот собственная жизнь, которая сейчас висела на волоске, ее крайне беспокоила. Подходил к концу срок, отведенный Псилоном. Если они не отыщут Жезл, то, либо брат Моргана, либо Властелин, уничтожат ее в мгновение ока.

– Разбитое сердце - это сугубо твоя забота, свиное рыло. Меня интересует, ты что-то проведал про семейку Тары или же проспал весь день, прячась от меня?

Глаза карлика хитро блеснули. Он почувствовал этот легкий и приятный привкус, приближающейся забавы. Перед тем, как удовлетворить любопытство демонессы, он намерен с ней немного поиграть.

– Ты обвиняешь меня в том, что я нагло дрых, пока ты сама неизвестно где бродила?

Табора злобно щелкнула зубами и помчалась стрелой к толстяку, но тот был готов к такому повороту событий и весело подпрыгивая, стал наворачивать круги вокруг поляны.

– Я попросила тебя, как человека...
– прорычала девица, стремясь ухватить коротышку за ворот, но тот, ловко увиливал от ее цепких рук.

– Как эльфа, - поправил Науро, довольно прихрюкнув. Он мог бы прибавить скорость и уйти от погони в считаные мгновения, взобравшись на один из стволов, но шанс хорошенько измотать напарницу, был куда привлекательней, чем нудное созерцание разъяренной Таборы, прыгающей у подножья древа.

– ...чтобы ты проследил за этой девчонкой. И что в итоге? Фермерская дочь не только незаметно минула стену, не попав под взоры стражников, и даже не задев магическую завесу, ей к тому же удалось пообщаться с каким-то трухлявым бревном. Находясь по эту сторону, я не могла разглядеть, кто это. Но проклятый дендройд явно ей подсобил отыскать путь обратно. Иначе я не могу объяснить тот факт, что сельчанка опять избежала встречи с дозорным караулом. У меня возникает ощущение, что все жители этой деревушки, проживают не на приграничье Мендарва, с надежно охраняемыми рубежами, а в Стране свободных народов. Разгуливают туда-обратно! Совсем не страшась ни храмовников, ни костра, ни солдат, вообще никого!