Кицунэ
Шрифт:
– Да, это я, очень приятно. Спасибо, нет.
– Но вы даже не спросили, что нам нужно?
– У меня есть девушка!
– Мы знаем, – многозначительно улыбнулась вторая сестра, демонстрируя отличные зубки, – именно это и есть цель нашего визита. Не спешите, пожалуйста…
Фактически они самым деликатнейшим образом подцепили меня под руки с двух сторон, прижав к ближайшему забору. И скажу честно, силёнок у каждой из них было больше, чем у тех же длинношеих рокурокуби, вместе взятых. Как говорится, сопротивление
– Понимаете ли, некоторое время назад мы купили ваш рисунок на аукционе и теперь хотели бы выкупить открытку. Вы знаете, о чём речь, – уверенно заявила высокая, – назовите любую сумму.
– Я ничего не продаю.
– Мияко ещё мала и глупа, она заберёт ваши жизненные силы, – с неприкрытой тревогой в голосе поддержала вторая, – признайте, что вы уже плохо спите, у вас синие круги под глазами, вам надо непременно показаться врачу.
– Со мной всё в порядке, – не моргнув, соврал я.
– Мы знаем, что открытка с портретом нашей девочки у вас во внутреннем кармане плаща. Просто отдайте её.
– Нет, – упёрся я.
– Отдайте, это в ваших же интересах!
– По-любому не могу, это подарок.
– Так подари его нам! – Старшая Инвари легко перешла на «ты».
– Дарёное не дарят.
– Ага, ещё расскажи, что ты никогда никому не передаривал ненужных новогодних подарков! – вставила свои пять копеек и улыбчивая Мёбу, но я уже почувствовал слабину и знал, что силой они мне ничего не сделают. Поэтому просто не стал отвечать, закрыв рот на замок. Пауза затянулась…
Потом обе сестры одновременно склонились ко мне, ласково прошептав:
– Мияко, выходи. Мы пришли за тобой.
Я невольно хлопнул себя по плащу, проверяя, на месте ли открытка. Приглушённый голосок кицунэ прозвучал неожиданно твёрдо:
– Я останусь с моим господином.
– Ты ведь не можешь вечно прятаться в открытке.
– И не собираюсь, – Мияко встала, закрыв меня спиной и храбро растолкав старших лис, – пропустите, мы уходим домой!
– Твой дом не здесь.
Моя подруга только задрала подбородок вверх и потянула меня за рукав. Её сёстры, обменявшись быстрыми взглядами, безоговорочно уступили нам дорогу.
– Мы ещё непременно встретимся, Алексей! И мы не прощаемся с тобой, маленькая шалунья…
…Уже где-то на остановке, метров через пятьдесят, я всё-таки не выдержал и обернулся. Две молодые японки стояли на том же месте, не сводя пристальных чёрных глаз с нашей парочки. Мне почему-то захотелось помахать им рукой, но, наверное, это могло быть воспринято как некая насмешка, а для жителей Страны восходящего солнца нет ничего страшнее, чем выглядеть смешным…
– Домой?
– Когда-нибудь я обязательно их убью!
– Да брось…
– Нет, я всё слышала! – Мияко жарко прижалась ко мне упругой грудью. – Ты слишком добр и великодушен! Они
– Э-э, может быть, тогда по кофе? – краснея, предложил я. – Тут недалеко круглосуточное заведение. Можем даже позавтракать.
– Ты голоден? А я трачу время на болтовню! Я плохая лиса, глупая… Как ты меня терпишь?!
Ну, в подавляющем большинстве случаев – нормально. Мне даже и терпеть-то не приходится, с ней общаться удивительно легко. Мелкие сложности, конечно, тоже имеют место быть, но вроде бы мы за эти несколько дней всерьёз даже не поссорились ни разу. Зато приключений было-о…
До небольшого частного кафетерия с интригующим названием «Циветта» мы шли под ручку, болтая на отвлечённые темы, то есть ни о чём или о чём угодно, только не о недавней встрече с двумя эксцентричными сестричками. Которые по ночам рубят стальными веерами аж трёх самураев-нэко в пластинчатых доспехах и шлемах, преспокойно сжигают их трупы, а уже с утра пристают прямо посреди улицы со всякими глупостями, типа отдай, продай, подари подарок!
В восемь утра народу было немного, фактически мы с кицунэ и один мрачноватого вида мужик, сидящий за столиком в углу. Девушка-администратор предложила все остальные места на выбор. Мы предпочли сесть у самого окна, любуясь осенним золотом листьев и полупрозрачным солнечным светом, который именно в это время дня окрашивает всё вокруг в холодные розовато-лимонные тона. Это удивительное состояние длится, наверное, меньше часа, но если хоть раз увидел эти сверкающие краски, забыть их уже невозможно…
– Зелёный чай с жасмином для моей девушки, – вежливо попросил я официанта, плохо скрывающего зевоту, – мне двойной эспрессо, не по крепости, а по объёму. Ну и круассан с сёмгой. Ты уверена, что не хочешь пирожные?
– Нет, – подтвердила она. – А шоколад есть?
– У нас фирменные плитки, маленькие такие, подаются к кофе.
– Отлично, насыпьте мне с полкило.
– Так нельзя. У нас положено…
– Вот сегодня у меня почему-то совсем нет желания спорить, – вздохнула кицунэ, сжимая и разжимая кулачки. – Где мой шо-ко-ла-а-ад?!!
– А кофе раздайте всем желающим, – вовремя поддакнул я, – мы заплатим.
Парень покосился на меня как на самого жалкого подкаблучника, страдальчески возвёл глаза к небу и кивнул, забирая меню.
– А если ты ещё раз только посмеешь плохо подумать о моём благородном господине, я вырву и сожру твоё сердце, – холодно добавила ему в спину Мияко-сан.
Официант вздрогнул от опасных ледяных игл в её голосе, споткнулся и ускорил шаг. Похоже, день так и пойдёт по накатанной с ночи схеме, нам ещё только в кафе нарваться не хватало…