Кидала
Шрифт:
— У меня пропал пистолет… — желая, видимо, придать мыслям сыщиков правильное направление, простонал Кеннет.
— Нет, он не пропал, — взревел Чески, с лица которого мгновенно сдуло издевку, — он не пропал! Я так думаю, что ты поделился им с другом! — И Чески потряс перед носом помертвевшего охранника толстым, как сарделька, пальцем. — Доставьте этого благодетеля в участок! — И детектив толкнул собеседника в сторону двоих полицейских, расположившихся у входа в кабинет.
Ничем он не делился, думал между тем детектив, его обокрали. С него сняли оружие поставленным, отработанным движением. Мне так кажется, что, окажись на месте
— Этот пистолет нам еще встретится, — голосом пророка возвестил между тем тот, о ком только что думал Чески. — Мы еще повыковыриваем пули этого пистолета из трупов.
— Ничего ты не навыковыриваешь, — с раздражением просипел Генри Чески и, соорудив из сачка для рыб крюк, утопил его в мутной воде двухсотлитрового аквариума. Через мгновение глазам изумленных криминалистов предстал блестящий от влаги револьвер девятого калибра… Посмотрев на него, Чески бросил на стол.
— Он не стал забирать себе револьвер, — задумчиво пробормотал он. — Ему не нужно оружие. Он схватил девчонку и спустился с ней по стене…
Раздумья его прервал оставшийся полицейский:
— Детектив, в холле вас спрашивает какой-то мистер. Говорит, что из адвокатской конторы «Смит и сыновья». — И он протянул сыщику пластиковую визитку.
— Нужно снять с рукоятки отпечатки, — приказал МакКуин криминалистам.
— Не стоит заниматься пустыми хлопотами, — возразил Чески, посмотрев на мокрую добычу. — За несколько месяцев вода в аквариуме прокисла. Я вижу разложившихся дохлых рыб. Полный отстой. Это все равно что опустить пистолет в бочку с ацетоном. Какие отпечатки?.. Я думаю, что вряд ли кто когда докажет, что из револьвера придурка-охранника стрелял именно Мартенсон…
Откуда взялся этот парень? — думал он, выходя в коридор.
— Мне нужны досье сотрудников компании. Сейчас.
Помощник Флеммера смотрел на полицейского затравленным взглядом и не знал, что ответить. Месяц назад ему было приказано изъять из архива все документы, касающиеся Эндрю Мартенсона, и уничтожить. Через час после этого все бумаги, включая фото, осыпались прахом в поддон аппарата для уничтожения документов. Из документооборота «Хэммет Старс» были изъяты и уничтожены все служебные записки, отчеты, доклады и даже те документы, где упоминалось имя Мартенсона. Очень жаль, что об этом не знал Кеннет. Но кто мог подумать, что после увольнения всех, кто мог знать русского уголовника Мартынова в лицо, останется непримеченным Кеннет Мосли, и кто мог предполагать, что именно в его смену здесь появится Мартенсон…
В течение последнего месяца под разными предлогами были выведены за штат компании все, кто знал Мартынова в лицо или состоял с ним в деловых отношениях. Благо таковых было немного, этот круг очерчивался полутора десятком лиц, работавших на тридцать третьем этаже. Мартенсон появлялся в офисе раз в неделю и то на пару часов, для того чтобы скрыться в приемной Малкольма и потом сразу оттуда убыть. Лишилась места даже любимица Малкольма Сондра, ее место заняла Сандра. За две недели до перестрелки, после того как были уничтожены все характеристики направления работы настоящего Мартенсона, Флеммером был принят на работу гражданин США, уроженец штата Коннектикут, Эндрю Паоло Мартенсон, сорока двух лет от роду, неженатый. Искать однофамильца пришлось по всей Америке, но игра стоила свеч. Пять дней назад с ним приключилось несчастье. Переходя дорогу, он был сбит грузовиком, который скрылся с места происшествия, и дорожная полиция до сих пор не установила имя виновника. О смерти Мартенсона было сообщено всем сотрудникам «Хэммет Старс», но, как и следовало ожидать, эта прискорбная весть оставила всех равнодушными,
Учитывая все это, помощник зятя Малкольма сейчас стоял и был не в силах произнести ни слова. Чертовски дорогая работа по зачистке компании, оказалось, была бессмысленной.
Выслушав несвязный бред по поводу некомпетентности и невладения информацией, Чесли поморщился и приказал подать Флеммера и Малкольма.
— Это невозможно, сэр, — трагически произнес помощник. — Мистер Флеммер убыл в Европу для организации боя Молота Мораллеса с Кличко-старшим, а мистер Малкольм отдыхает в Майами. Это ужасно… неужели Мартенсон жив? Его же похоронили.
— Хреново, значит, похоронили! — не выдержал Чески, не сомневающийся в том, что его водят за нос. — Неглубоко, значит, закопали! Мне нужны Флеммер и Малкольм.
— Это невозможно… при всем уважении к вам…
— Хм… — Чески задумчиво посмотрел на помощника, не понимавшего, что над ним зависли тучи. — Тогда, пожалуйста, личное дело Мартенсона.
— При всем уважении… я знаю, что мы платим налоги не зря… но, мистер Флеммер…
— Офицер! — гаркнул Чески, почувствовав спиной появление копа, только что усадившего Кеннета в патрульную машину. — Я арестовываю этого мистера за неповиновение лицу, расследующему преступление. Отведите его вниз… Мистер Харрисон, вы имеете право хранить молчание. Все, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде. Вы имеете право на один звонок и бесплатного адвоката, если не назовете мне имя того адвоката, кого желали бы видеть в качестве своего защитника.
— Матерь Божья… — прохрипел Харрисон, который до этого момента слышал эти слова только из уст Броснана и Шварценеггера в боевиках.
— Она по судам шляться не станет, — заверил Чески.
Развернувшись, он поманил пальцем МакКуина.
— Напарник, это твое первое дело?
Тот подтвердил, ожидая подвоха.
— И ты, конечно, хотел бы довести его до суда, чтобы стоять перед Большим Жюри в качестве претендента на медаль?
МакКуин застенчиво покраснел. Отпрыски шишек дерзки, но когда с ними начинают разговаривать о сокровенном, ведут себя, как дети. Он сказал — МЫ, подумал Сомерсет. Чески сказал — МЫ!! Слыханное ли дело, чтобы Чески кого-то называл «напарником» и при этом говорил «мы»?!
— Тогда возьми свою задницу в руки и мчись к своему дяде. Пусть он переговорит с окружным прокурором, и тот даст ордер на обыск этого чертового небоскреба. От первого дела зависит, что о тебе будут говорить в дальнейшем. Ты можешь стать детективом, который нашел стрелков в «Хэммет Старс», а можешь пустить о себе слух, что неудачник. Давай, сынок… — едва успев удержать за рукав напарника, Чески добавил, уже шепотом: — И распорядись, чтобы телефонные разговоры Малкольма и его заместителей были тотчас поставлены под контроль.
Притянув его к себе еще ближе, он обдал его терпким запахом жеваной сигары:
— Малкольм не будет болтать с доверенными лицами по известным всем телефонам, скорее всего он будет пользоваться тем, который зарегистрирован на подставное лицо. В этом случае все твои усилия пойдут прахом. А потому я тебе подскажу, сынок, как старые детективы имеют таких вот хитрожопых миллиардеров. Поставь на прослушку мобильные телефоны дочери и жены Малкольма. Он обязательно позвонит им. Вычислишь номер — от него и работай, понял?