Кидала
Шрифт:
Напарник Кеннета понимающе кивнул, когда Кеннет остановил его за рукав и с бледным лицом что-то зашептал на ухо. Наверное, он говорил: «Я могу рассказать тебе случай, когда этот сумасшедший русский избил троих охранников на входе, отказавшихся его узнать».
Сандру пришлось подталкивать еще два раза: кабинет Эндрю Мартенсона, советника мистера Малкольма по вопросам внешних связей, находился в конце коридора. Пребывающая в состоянии делирия красотка даже не пыталась встать с кресла, она была шокирована новым для нее обращением и сидела, вцепившись маникюром в сиденье.
— Девочка, я потерял ключ, —
Сандра с ужасом наблюдала, как доселе степенный и важный Кеннет несется по коридору с улыбкой на устах.
— Кажется, ты должен позвонить Малкольму и сообщить, что я прибыл, — напомнил, ковыряясь в замочной скважине, Андрей. — Только не говори, что я ошибся, я никогда не ошибаюсь. Тебе было велено сообщить сразу, как Мартенсон появится на 10-й авеню.
Кеннет замялся. Утвердительный кивок подразумевал, что он знает номер телефона, по которому следует звонить. Раз так, Мартенсон вытрясет его в обязательном порядке. Угроза увольнения нависла над послушным охранником, и Мартынов решил прийти на помощь ему, начинающему потеть.
— Мне не нужно знать, какой номер ты наберешь. Просто позвони. А мы тем временем займемся с девочкой приятными делами.
О том, что такое «приятные дела с девочкой», Сандра имела достаточно ясное понимание, а потому ее ужас сменился изумлением, когда кошмарный тип, о существовании которого она не была поставлена в известность, вдруг приказал ей принести ведро воды и тряпку. Соображая, зачем извращенцу при этом нужны ведро с водой и тряпка, секретарша выскочила из его кабинета и помчалась в хозблок. Через несколько минут она появилась на пороге со страхом в глазах и дрожью в коленях. Он, наверное, хочет иметь секс с уборщицей, пронеслось в ее голове. Он хочет, чтобы я начала мыть пол, а в это время он приблизится сзади… Боже мой, мистер Малкольм должен мне за это приплатить…
— Приступай, — услышала она подтверждение и, макнув тряпку в ведро, наклонилась.
Кажется, этот кабинет никто не убирал с того момента, как Андрей покинул его два месяца назад. Цветы он не любил, поэтому горшков в его помещении отродясь не бывало, поэтому определить, заходил ли кто к нему хотя бы под предлогом полить фикус, не было возможности. На полках и стеллажах лежала мохнатая пыль, такая же лежала на полу, окна были заперты и шторы задернуты. Раздвинув их, он впустил в кабинет слабый шум проезжающих по 10-й авеню машин, доносящийся снизу, и выдвинул ящики стола.
Казалось, и тут ничего не изменилось.
— Сэр, — услышал он откуда-то сбоку, — вы кто?..
— Мой, красавица, мой. Как закончишь с полом, сбегаешь за тряпкой и протрешь с мебели пыль. И еще меня раздражает этот аквариум… Неужели нельзя было покормить скалярий? А если они сдохли от голода, то неужели нельзя было их выбросить? Мои скалярии… Здесь все дохнет. Здесь нет ничего, что поддерживало бы жизнь… Что ты стоишь?
Смутные сомнения стали закрадываться в ее душу. Образ извращенца стал меняться на образ сумасшедшего.
— Что ты смотришь, прелесть моя? Что утверждено
Сандра выпрямилась и заметно покраснела. Мысль о сексе с этим человеком из ужасной стала превращаться в интересную. Так с ней еще никто не поступал. С американками так не поступают. Обычно за подобные промахи их штрафуют.
— Я думала…
— Известно, что ты думала, не сообщай мне об этом. Переходить дорогу мистеру Малкольму я собираюсь на другом перекрестке.
Через десять минут кабинет Мартынова сиял чистотой… К окончанию уборки появился Кеннет и сообщил, что ему не удается дозвониться по указанному адресу. Вместе с этим он предложил Мартенсону позвонить самому.
Мартынов расхохотался. Малкольма не учит ни время, ни происходящие в нем события. Он прет, как бык, уверенный в том, что поступает правильно. Отсутствие Вайса, которое можно объяснить только его смертью, отсутствие его людей, пытавшихся убрать Мартынова в новосибирской гостинице, ирландского выходца ничему не научили. Он по-прежнему считает Мартынова идиотом, которого можно купить на дешевый трюк. Конечно, Кеннет дозвонился. Конечно, сюда уже мчится, если уже не примчалась и не поднимается на лифте бригада спецов из службы безопасности Малкольма. И, конечно, добрый Кеннет сейчас пытается втюхать Мартынову номер несуществующего телефона. Или тот, по которому в дальнейшем можно будет периодически засекать местонахождение опасного для «Хэммет Старс» Мартенсона.
— Возьми это зеркало, — приказал, не вставая из кресла, Андрей и кивнул на огромный витраж, висящий в углу кабинета. — Вынеси его в коридор и поставь к стене.
Сандра, увлеченная происходящим, присела на стул у стола странного босса их компании и с интересом наблюдала за тем, как мистер Мартенсон, закинув ноги на стол, руководит действиями охранника. Вскоре ей стало понятно, что тот велит установить витраж таким образом, чтобы, развалясь в кресле, можно было смотреть в стену коридора и видеть то, что происходит в холле у ее стола.
Когда Кеннет убрался, Андрей разглядел девушку. Невероятно стройна, шея чуть тонка, но женщину это никогда не портило. Короткая юбочка, крепкая, большая грудь за полупрозрачным шелком блузки и — лицо правильной формы с выразительными глазами и чуть пухлыми губками, делающими ее похожей на Анджелину Джоли. Малкольм умеет подбирать секретарш.
— Почему ты не уходишь? — без удивления поинтересовался Мартынов. — По моим расчетам, я только что нажил кровного врага. Точно так же три года назад я поступил с твоей сменщицей, и с тех пор она ненавидит меня и в своих несбыточных мечтах каждый день стреляет мне из «кольта» в лицо.
— Я не ухожу, потому что до сих пор в шоке. Ваши объяснения логичны, хотя и ужасны, но… Но вы стали катать меня по коридору до того, как поняли, что ваш кабинет не прибран…
Мартынов встал, направился к шкафу и вынул из него что-то очень похожее на огромный огнетушитель. Весу в нем было не менее десяти килограммов, однако вместо распылителя и чеки с одной стороны цилиндра виднелся лишь мощный карабин, а с другой — металлическая петля, закрепленная на тонкой, но, кажется, очень прочной веревке.