Киев
Шрифт:
Но как же случилось, что огромный биоробот оказался погребенным в землю и ил на самом берегу Днепра, да еще и с целым «огородом» на «крыше»? Вряд ли на этот вопрос смогли бы ответить нынешние обитатели Хутора. Видимо, давно, еще в Последнюю Войну, обездвиженный вместе со всей подчиненной ему Железной Армадой, он замер на берегу – и медленно, под собственным весом погружался под землю, покрываясь грязью. Поскольку био так и не был отключен окончательно, а был всего лишь безвременно парализован, какие-то генерируемые им поля создали особый микроклимат,
Наиболее сообразительные поселились в этом необычном месте, создав тот самый Хутор. Правда, перед этим нашли способ преодолеть странное игольчатое ограждение. Видимо, это были антенны генератора одного из защитных полей, только что отстреленные «Мастодонтом» – то ли из-за аварийного состояния, то еще по какой причине.
Так или иначе, повинуясь то ли воздействию Волны, то ли волевому приказу Ведуна, а скорее – и тому и другому одновременно, биомеханическая громада спустя двести лет, наконец, «встала с колен», заодно стряхнув с себя проклятую Саранчу. Этим громадная машина оказала немалую услугу защитникам Хутора, если не сказать – спасла им жизнь.
Правда, возникал вопрос, резонный для тех, кто едет на спине гигантского робота на высоте многоэтажного дома: что делать дальше? Сейчас они плыли над землей вместе с приличным земельным участком, но не было никаких гарантий, что неожиданно оживший робот не решит взбунтоваться, как все прочие, и не стряхнет с себя опостылевшее бремя.
– Три-Три! – заорал Книжник, вскакивая и несясь в сторону друзей, только начинавших приходить в себя после неожиданного «взлета».
Земля снова наклонилась и ушла у него из-под ног – гигантский робот продолжал топтаться на месте. Парень упал, снова вскочил, чуть ли не на четвереньках подбираясь к товарищам.
Пока Зигфрид добивал остатки прорвавшейся Саранчи, остальные оглядывались в недоумении и страхе – если не считать Тридцать Третьего: в силу специфических знаний кио сразу все понял и, встретив взгляд Книжника крикнул:
– Это феноменально! Ты видел?!
– Да уж феноменальнее некуда! – плюхаясь в траву рядом с ним, отозвался семинарист. – Слушай, Три-Три, а этот «Мастодонт» нас не сбросит?
– Не должен, – потряс головой кио. – Он же рассчитан на плавное горизонтальное движение, ведь внутри у него командный пункт. Кому ж захочется, чтоб укачало?
– Погоди! – остановил его Книжник. – Командный пункт, говоришь? Стало быть, этой махиной оттуда управлять можно?
– Думаю, да. Может быть, я даже разобрался бы с управлением.
– Так давай захватим эту колымагу! Кто тогда на нас сунется?!
Глаза у Тридцать Третьего загорелись. Рядом возник слышавший разговор Инженер, горячо воскликнувший:
– Это самая безумная и самая интересная идея в моей жизни! Правильно – давайте захватим этот бродячий огород!
– Захватить-то, конечно, можно, – с сомнением произнес Тридцать Третий. – Но как мы
– Дайте мне дверь – и я ее открою! – заявил Инженер.
– Черт… – пробормотал Книжник. – Где же ее искать, если она вообще есть? Тут ведь земли – за всю жизнь не перекопать, всюду дома, деревья, корни…
Он не успел договорить: из зарослей выскочила и бросилась к нему Марика. Повисла у него на шее, вцепившись, как в последнее спасение. Книжник поймал взгляд Тридцать Третьего, делавшего круглые глаза и указывавшего ими на девушку.
– Послушай, Марика… – пробормотал Книжник, обнимая подругу и не особо надеясь услышать нужный ответ. – Я тебя вот о чем спросить хотел…
– Да? – тихонько отозвалась девушка.
– Ты ведь знаешь, что у нас под ногами, под травой, под землей – металл?
– Конечно знаю. Все знают, что у Хутора дно есть.
– Хм, дно… А нет ли там, в этом… дне такого люка, двери или типа того?
– Как же нет? – чуть удивленно произнесла девушка. – А где же, по-твоему, у нас погреб?
– К-как, погреб? – изумился семинарист.
– А как же без погреба? Где же запасы хранить? А запасов у нас много – сам же видел. Это летом все растет, а зимой только на запасах прожить можно…
Друзья переглянусь. Кио довольно рассмеялся:
– Ей-богу, если мы научимся управлять «Мастодонтом» – мы же горы свернуть сможем! Даже не знаю, что мы тогда сотворить сможем!..
– Я знаю! – резко выкрикнул Назар. – Нужно помочь братьям, защищающим Крепость, – иначе Лавре придет конец!
– Твоей Лавре так или иначе придет конец, – раздался голос Зигфрида, и все обернулись к нему.
Воин приближался неровной походкой и, криво усмехаясь, разглядывал их. Развел руками, в одной из которых небрежно свисал окровавленный меч, произнес:
– Разве ты не видишь, что происходит? Гибель богов, конец всего сущего! Мы все умрем – и умрем очень скоро. Так не лучше ли умереть, как подобает воинам?
Словно иллюстрируя эти страшные слова, за спиной воина из мутного купола Волны ударили мощные ветвистые молнии. Вспышки раскатисто нагнал гром.
– Прекрати, Зигфрид! – дрогнувшим голосом потребовал Книжник. – Ты не должен так говорить!
– А то – что? – с неприятной усмешкой спросил Зигфрид, надвигаясь на него. – Хочешь остановить меня? Ну давай, попробуй.
Воин приближался, и в глазах сверкало настоящее безумие. В этот момент парень поверил, что друг действительно готов убить его. Книжнику стало страшно. Повинуясь какому-то бессмысленному порыву, он подобрал с залитой кровью травы тяжелую винтовку с широким зазубренным штыком.
Это он сделал зря, только раззадорив свихнувшегося воина.
– Хочешь драться – давай на равных! – Зигфрид отбросил меч и подхватил карабин с таким же кошмарным штыком, как у побледневшего Книжника. Только и с таким громоздким и неудобным оружием он обращался изящно и ловко – куда лучше Книжника.