Клад
Шрифт:
Глава VI
Ворчание собаки пробудило Романа. Он поднял голову. Царила глухая ночь. Угасавший костер слабо освещал ближайшие кусты; дальше, шагах в пятнадцати, густился непроницаемый мрак.
Было тихо.
Роман долго прислушивался, затем встал, подбросил сучьев в огонь, погладил замолчавшую, но не сводившую с чащи блестевших глаз собаку и лег снова.
— Что тебе почудилось, Кучум? — сказал он, завертываясь в шинель и придвигаясь ближе к костру. — Белку увидал, что ли?
Несколько раз затем Роман высовывал из-под шинели
Глубокий сон незаметно сковал опять Романа.
Вторично разбудил его Юра. Почувствовав на плече своем руку, Роман вскинулся, увидал Юру и хриплым от крепкого сна голосом быстро спросил его:
— Что, что такое?
— Кто-то есть вблизи! — прошептал Юра, нагнувшись к самому уху брата. — Кучум лаял. Мне показалось, что кто-то глядел из опушки и скрылся сейчас же!
Сколько ни вглядывались в темноту братья, различить что-нибудь были не в состоянии… Кучум, тем не менее, нет-нет и продолжал рычать. Юра осторожно разбудил Александра и рассказал ему причину тревоги. Роман пытался поднять и Степку, но это казалось невозможным; Степка не чувствовал ничего и лежал как мертвый. Александр сел и заспанными глазами стал глядеть на лес.
— Черт тут носит кого-то! — зевая, пробормотал он. — Да, может, и нет ни души… Заяц какой-нибудь напугал вас, трусов. Чем будить, осмотрели бы сперва лес.
— Ты храбр, — шепотом огрызнулся лежавший около него с луком наготове Юра. — Сунься сам, пойди!
— А собака зачем? — И Александр свистнул, вскочил на ноги и, закричав во весь голос:
— Ату, ату! возьми его! — пробежал несколько шагов по поляне. Кучум молнией пролетел мимо него и с лаем исчез в кустах. Из них поднялась темная фигура и мгновенно скрылась в чаще.
— Возьми его, возьми! — продолжал кричать Александр, не сходя с поляны; Юра вторил ему неистовым голосом.
Ожесточенный лай собаки все удалялся и наконец стих.
— Действительно, какой-то дурень сидел в кустах, — сказал Александр, подходя к костру. Сон покинул его; он весело улыбался. — Жулик, вероятно, обокрасть нас хотел.
— Нет, это выслеживали нас! — возразил Роман. — Я убежден, что в этой местности не все спокойно, и Степку приняли за одного из членов шайки. Сейчас могут нагрянуть сюда, — надо разбудить Степку и уходить!
В это время кусты раздвинулись, и из них выскочил Кучум. Одним прыжком перемахнул он полянку, уселся около Юры близ костра и, жарко дыша, стал заметать землю хвостом и глядеть на своего хозяина.
— Исполнил свою миссию! — сказал Александр, ласково трепля верного пса по спине. — Покусал тому разбойнику икры?
Кучум как бы в подтверждение его слов постучал хвостом и подал лапу.
Роман торопил уходом; быстро собрали все припасы в мешки и сообща принялись за Степку.
Дружные колотушки заставили наконец Степку очнуться и сесть. Минут через десять он прочухался окончательно; ему разъяснили, в чем дело, и отряд покинул поляну; костра не загасили, и долго еще оглядывавшиеся
Луга и близость Вожи стали давать знать о себе: сделалось холоднее; на траве лежала роса; сапоги у всех, кроме Степки, промокли; Александр шел и ежился, плотно кутаясь в шинель и совсем не элегантно, по самые уши, надвинув на голову фуражку. Нет-нет и Роман останавливался и прислушивался, — не слышно ли погони; но везде было тихо.
Никто не обмолвился ни словом.
Громкий испуганный всхрап, неожиданно раздавшийся впереди, заставил отряд разом остановиться. Огромная тень выросла перед глазами путников, фыркнула и понеслась прочь.
— Лошадь! — вполголоса проговорил Роман.
— Ночное где-нибудь близко, — сказал Степка, осмотревшись по сторонам. — Глядите-ка! — вдруг добавил он другим тоном и указал рукой налево.
Все обернулись и увидали яркое зарево. Где-то неподалеку был сильный пожар. Багровый отблеск его зловеще озарял черное небо.
Несколько времени все молча смотрели на зарево, вестник страшного крестьянского бедствия, и с тяжелым чувством в душе тронулись дальше. Не сделали они и двухсот шагов, как очутились среди темных силуэтов пасшихся коней; влево от них, среди луга, ярко блеснул огонь огромного костра, далеко освещавшего все вокруг себя. У костра лежали несколько мальчиков.
Рычанье и лай сторожевых псов приветствовали появление отряда. Отступать не имело смысла, и Роман, не отвечая на оклики, быстро спрыгнул со своими спутниками в обрыв к воде, и кусты скрыли их.
Рассвет застал отряд верстах в пяти от места ночлега в перелеске. Саша и Юра, невыспавшиеся, разбитые пережитыми волнениями и усталостью, едва тащились; Роман тоже чувствовал слабость и шум в ушах. Необходимо было отдохнуть и выспаться. Преследования пока опасаться было нечего; Роман нашел на лугу глубокую яму, натаскал туда со Степкой из близ стоявшего стога ворох сена, и не прошло и пяти минут, как все уже спали тяжелым сном утомленных людей, зарывшись с головами в теплое, ароматное сено.
А с воды и с земли, из-под кустов и камней стал отделяться туман; небольшие клочки его, как табачный дым из густых усов, медленно пробирались сквозь ветви, охватывали их, соединялись друг с другом и скоро и река, и луг, и спящие закрылись сплошным белесоватым покровом.
Глава VII
Часа в четыре на следующий день, после ряда новых бесплодных поисков древнего села, произошел общий совет.
Роман заявил, что находит невозможным с их силами и средствами отыскать село, находившееся «где-то» на Во-же. Чтобы найти, нужно тщательно, шаг за шагом, исследовать щупами и раскопками все протяжение реки, для чего необходимо по крайней мере двести человек и десять лет работы.