Клад
Шрифт:
Теперь мы почти все свободное время проводили в развалинах. Хорошо еще, что его было мало.
Нельзя сказать, что поиски наши были совсем уж безрезультатными. Нет, кое-какие находки мы все-таки сделали. И довольно интересные. Нашли старинный серп (Алешка, правда, все пытался доказать, что это изогнутый кинжал), ржавый портсигар, который не открывался, и кусок настоящей винтовки, дядя Коля сказал, а как же, здесь же партизанские бои были во время войны, тут по лесам и полям еще много оружия прячется. И по домам тоже. Но клада все не было…
И вот как-то мы вернулись на ферму с очередных бесплодных археологических раскопок, у ворот стоял ржавый «жигуленок», а дядя Коля разговаривал во дворе с каким-то пузатым парнем. Тот был без пиджака, но зато в бейсболке.
Мы сначала не обратили на него внимания, подумали, что он дачник, за молоком приехал. И разговаривали они спокойно, вполголоса. Дядя Коля лениво постукивал черенком кнута по сапогу, а Пузан оттягивал на груди подтяжки и щелкал ими по круглому пузу.
Мы было пошли мимо них в огород, где мелькала мамина шляпка и папина лысинка, но тут донеслись обрывки фраз, которые нас насторожили. Мы еще ничего не поняли, но уже остановились, откровенно прислушиваясь.
— Обналичишь… — бубнил как попугай Пузан. — Кому передать — тебе скажут… Или перечисли вот на этот счет… — и он протянул дяде Коле клочок бумаги. — Не задерживай… — кивнул в сторону машины. — Сам видишь, на какой дрянной тачке приходится ездить… Ты понял?
— Все? — спросил дядя Коля злым голосом и медленно порвал бумажку на четыре части. Скомкал и швырнул в лицо парня. — Ни копейки от меня не будет. Слишком трудно они мне достаются. — И очень похоже передразнил: — Ты понял?
Парень оторопел, растерялся. Он, видно, трусоват был. Даже шагнул назад. А мы подошли поближе.
— Ну, смотри, — неуверенно пригрозил Пузан. — Пожалеешь, да поздно будет. — Он говорил и пятился от дяди Колина взгляда. — Детишек побереги, дурак. Детишек не жалко?
— Все! — сказал дядя Коля и поднял кнут. — Чаша моего терпения лопнула. Сейчас я устрою тебе волшебные пляски Аладдина. И хозяевам своим расскажешь. Как тебя приняли. И проводили. С песнями, плясками.
И тут Пузан шагнул вперед, выхватил из кармана нож и выщелкнул лезвие. Но дядя Коля — старый пограничник, его ножом не испугаешь. Он так врезал носком сапога по руке пузатого, что нож, сверкнув, взвился в воздух и глухо воткнулся куда-то в сарай.
Пузан повернулся и побежал к воротам. Но кнут был длинный. Первый удар с треском догнал бейсболку, и она сорвалась с его головы как ворона с гнезда. Парень, видно, решил со страху, что в него стреляют, и резко свернул к забору. Тут же кнут, как живая змея, обвился вокруг его ноги, дернулся, и Пузан со всего маху шлепнулся на землю с такой силой, что запрыгали и зазвенели банки на заборе. Он тут же вскочил — и вокруг него защелкали удары как пулеметная очередь. Раз-раз! — лопнули брюки… Раз-раз! — как рогатки выстрелили подтяжки… Поддерживая штаны, Пузан доскакал до забора. Но чтобы ухватиться за него, ему пришлось штаны выпустить — и над забором мелькнул голый зад. Раз-раз! — и на нем загорелись красные полосы. Пузан взвыл как ошпаренная кошка, задергал ногами, пытаясь перевалиться через забор, путаясь
«Детишки» ржали. Ингар визгливо, обидчиво лаял, что сами развлекаются, а ему не дают, рвал цепь и умоляюще смотрел на Алешку. Тот взглянул на меня. С огромной просьбой. Как откажешь любимому младшему брату? Я пожал плечами и подмигнул.
Алешка подбежал к будке и отщелкнул карабин. Ингар с ревом рванул с места как мотоцикл. В два скачка пересек двор, взвился в воздух и впился зубами в болтающиеся на ногах Пузана штаны, окончательно содрал их и стал старательно трепать в клочья.
Тут на Ингаров лай и Пузанов визг прибежали с огорода родители. Пузан в этот момент, сверкая задом, перевалил через забор и мчался к машине.
— Бейсболку забери! — крикнул ему вслед Алешка. — Без порток, а в шляпе!
— Что здесь опять происходит? — строго спросила мама.
— Да вот, придурка какого-то прислали, — сказал дядя Коля, перекидывая кнутом обрывки брюк за забор, — а он штаны потерял. Хорошо еще не обгадился.
Алешка хихикнул в кулак и спросил:
— А как же он поедет? Без штанов-то.
— Доедет, — успокоил его дядя Коля. — Не в трамвае же. А это ты Ингара спустил?
— Мне Дима велел, — быстро и нахально соврал Алешка. Хотя прекрасно знает разницу между «разрешил» и «велел».
Дядя Коля что-то пошутил, но глаза у него были невеселые. Тревожные. Он кивнул папе, и они отошли в сторонку. И мама к ним подошла. И они стали шептаться. Папа достал сигареты, но дядя Коля молча показал ему кнут, и папа молча отдал сигареты маме. И опять у них пошел тайный совет в Филях.
А Лешка вместо того, чтобы подслушивать, открыв рот, как-то подозрительно бродил по двору, глядя себе под ноги, будто кошелек потерял. Потом быстро нагнулся, что-то подобрал, рассмотрел, оглянулся и сунул в карман. Снова оглянулся, подошел к сараю и стал зачем-то изучать его стену. Привстал на цыпочки и что-то вроде гвоздя выдернул из верхней доски. И тоже воровато сунул в карман.
Перед сном мы, как всегда, посидели на крылечке. И мама опять предупредила нас, чтобы мы не уходили с фермы.
— Так и будем сидеть, как Ингар на цепи? — возмутился Алешка. — Столько дел кругом выше крыши, а мы будем всяких пузанов бояться?
— Я в милицию завтра все-таки съезжу, — сказал дядя Коля.
— А что милиция? — возразил папа. — Охрану они нам не дадут, с поличным их не возьмут… Самим отбиваться надо. Раз уж начали.
— Завтра отвезу вас на станцию, — опять сказал дядя Коля.
— Щас! — завопил Алешка. — А поросенок? А сено? А клад?
— Я за детей боюсь, — сказал дядя Коля родителям, будто самих детей здесь и не было.
— Это такие дети, — вздохнула и покачала головой мама. — Ты их еще не знаешь. Я сама их боюсь. Они и клад найдут, и бандитов повяжут. И нас всех с ума сведут.
— Коля, — спросил папа, — а если бы нам грозила опасность, ты бы нас бросил?
Дядя Коля промолчал. А что тут ответишь? Если ты нормальный мужик. По правде, мне тоже стало страшновато, но когда я подумал, как дядя Коля останется один, мне еще страшнее стало. За него.