Клан Одержимого
Шрифт:
В том числе капитана и моряков, ни в чем не повинных. Их смерть будет на твоей совести.
Папа будет целенаправленно уничтожать всех, кто тебе помогает. В конце концов твою голову принесут Папе Римскому в мешке.
Глаз за глаз, написано в священном писании.
Я надеюсь, что ты читаешь эти строки и думаешь, что у тебя есть еще время спасти свою Элайну и Аарта.
Ну что же — вперед. Попробуй, быть может эти увальни из инквизиции не так расторопны, может ты успеешь быстрее
Я, Маркиза Дария де Альба дель Росарио Рикардия Альфонса Виктория Евгения Франциска Фитц-Джеймс-Стюарт-и-Сильваи. треться Маркиза Сан-Винсент-дель-Барко, Грандесса Испании, Маркиза Ла-Альгаба, Маркиза Баркаротта, Маркиза Кастаньеда Маркиза Кория, Маркиза Эличе, Маркиза Миральо, Маркиза Ла-Мота, Маркиза Орани Маркиза Осера, Маркиза Сан-Леонардо, Маркиза Саррия, Маркиза Тарасона, Маркиза Вальдунквильо объявляю тебе войну и вендетту.
P.S.
Папа Римский Лев Х благословил меня на это.
Я нахожусь под божественным покровительством.
Теперь, где бы ты не находился, земля будет гореть у тебя под ногами. Теперь ты, и любой, кто тебе помогает больше никогда не будете в безопасности.
Теперь ты будешь настоящим проклятием для всех к кому приближаешься»
— Быстро! Быстро на корабль! — я прыгнул в ялик с пристани, чуть не перевернув его, — Давай! Прыгай сюда быстрее! У нас нет времени!
Яличник переводил взгляд с меня на факел.
— Я схожу отнесу его обратно, сеньор. Не годно его оставлять здесь.
Во мне вскипел гнев. Мое тело дрожало от возбуждения.
— Бросай его в воду! Сейчас же или я вырежу тебе все внутренности, — я злился на его кажущуюся нерасторопность.
Видимо, вспомнив моих сопровождающих моряк понял, что перечить мне совершенно не стоит и засуетился.
Он выбросил факел, отвязал швартовый трос, и держа его в руках спрыгнул в лодку.
Лоцман стал спешно поднимать паруса.
— Сука! — вырвалось у меня от отчаяния, — как же я не догадался раньше.
Было темно и я никак не мог разглядеть есть ли в ялике вторя пара весел.
Мне хотелось усесться за них.
— У тебя есть вторая пара весел?
Лоцман облизал палец, чтобы понять в какую сторону дует ночной декабрьский бриз.
— Нет, сеньор, только одна пара. — он уже поднимал парус, раскладывая фалы и шкоты.
— В это время года ветер бухте переменчив, как настроение капризной девчонки, — он орудовал снастями свой лодки ловко и уверенно болтая на ходу, — но нам сегодня очень повезло. Мы быстро доберем до «Сеньоры де Анточа»
Я молчал, разглядывая нехитрое устройство его малого суденышка.
—
Парус надулся от ветра и ял. подбрасываемый волнами стал набирать скорость.
— Моим друзьям и девушке угрожает смертельная опасность. Мне нужно их предупредить, счет идет на мгновения.
Лоцман укоризненно покачал головой. Это был седовласый старик с морщинистым лицом и роскошной белой бородой.
— Могу ли сделать для вас что-то еще? — было видно, что его слова искренние, но тоже проникся ко мне, переживал и хотел помочь. Я испытывал к нему симпатию.
— Дай мне весла и объясни, как грести.
Он посмотрел на мои руки и произнес:
— Вы умеете грести? Вы гребли когда-нибудь в открытом море?
— Нет. А что?
— Это плохая идея, сеньор.
— Почему?
— Не хочу вас обидеть, но у вас слишком нежные руки. Вы натрете руки через пятьдесят или шестьдесят гребков, — он крякнул, привязывая шкот к руке лебедке и полностью выбрав фал, — а потом бросите это дело. Кроме того, нужно еще понимать, как грести, чтобы не мешать парусу.
— Тогда сам садись за весла и греби что есть мочи, — я снял с пояса увесистый кошелек полный монет подбросил в руке так, что они звякнули, — здесь нет серебра. Только золото. Ты получишь весь мой кошелек с монетами и станешь богат, если мы успеем на корабль до беды.
Лоцман молча посмотрел на меня, я заметил в его глазах огонек.
Жажда наживы в таких случаях работала лучше любого паруса или двигателя. Старый моряк поплевал себе в ладони и вставив весла в уключины, готовясь грести.
— Сеньор, вам придется выполнять мои команды, если ветер переменится или нас начнет сносить течением. Перейдите ближе к рулю.
— Хорошо, я готов, только говори, что делать.
— Пока ничего. Я пока справляюсь.
После его слов встал на корму ближе стерну — рулевому веслу.
Развернутый парус не мешал обзору. Я стал всматриваться в ночную мглу, покрывающую море и пытался разглядеть силуэт «Сеньоры де Анточо»
— Элааайнааа, Аааарт, — сложив руки рупором у губ, я кричал в надежде быть услышанным.
— Сеньор, это бесполезно, поберегите горло! Мы еще очень далеко они нас не услышат, — лоцман укоризненно покачал головой.
Я погрузился в свои мысли.
Какая же она сука! Дария обвела всех нас вокруг пальца, как несмышлёных детей.
Теперь этот сложный пазл полностью сложился в моей голове.
Мне вспомнились мои сомнения и поведение моего брата перед схваткой.
С одной стороны, он не мог малодушно обмануть меня. В глазах членов клана он потерял бы уважение, если бы использовал дешёвый обман.