Клан
Шрифт:
Это было ещё хуже. Мальчик-любовник на стоянке. Сияющие белые шорты и футболка без рукавов с надписью «Германия превыше всего». Его ноги были похожи на покрытые лаком дубовые столбы. Мышцы блестели в слишком идеальной симметрии. Много мышц.
– В нём шесть футов два дюйма, по правам, сто восемьдесят пять фунтов, а я не вижу никакого жира. В реальной жизни он выглядит больше.
Джервис застонал.
– Он снимает квартиру за городом, чтобы быть поближе к девушке. Джервис оценил любезность Чанека. Он никогда не называл Сару
– Адрес здесь. Примерно пятнадцать минут от кампуса, квартира на четвёртом этаже, красивое место. Срок аренды истекает первого сентября.
Джервис откашлялся.
– У вас есть распорядок дня этого парня?
– Он регулярно занимается в Brawley’s Gym, с десяти до трёх каждый день. Я взглянул на лист записи.
– Что ещё? Мне нужно больше.
У Чанека было больше, намного больше.
– Он забирает девушку в шесть каждый вечер. Они едут куда-нибудь, ходят по магазинам и так далее. Затем он везёт её к себе, или они идут к ней.
Джервис зажёг ещё одну Carlton, допил первое пиво и начал второе.
Трёхдневное наблюдение Чанека было образцовым - оно довело отчаяние Джервиса до новых высот. Однако он просил об этом. Он просил всё это.
– Он пробыл в Штатах два года, сразу получил гражданство. Два автомобиля на его имя: Porsche 911 и белый фургон. Он много чего покупает девушке. Есть ксерокопии его счетов по кредитным картам. Он много тратит, и...
– Что, мистер Чанек?
– Есть ещё одна вещь, о которой я не думаю, что вы хотите знать.
– Какая?
– спросил Джервис.
– Я не плачу вам за то, чтобы вы были моим психотерапевтом.
Чанек достал из спортивной куртки какие-то бумаги.
– Это дополнительные счета по кредитным картам. Там в счетах много покупок ювелирных изделий и походов в рестораны.
Джервис посмотрел на счета в папке. Там также были недавние свидания.
– В чём разница между ними и счетами в вашей руке?
Чанек колебался.
– Счета у меня в руке за последние шесть месяцев.
Джервис онемел.
– Шесть месяцев, мистер Талл. Мне очень жаль говорить вам об этом.
Джервис хотел умереть. Она начала встречаться с Вильгельмом за шесть месяцев до того, как рассталась с Джервисом. За его спиной полгода. Джервис чувствовал себя ничтожным на своём сиденье, почерневший от тени более обширной, чем все разбитые сердца в мире. Он должен был казаться жалким.
Он достал бумажник.
– Сто пятьдесят в день, верно?
– Правильно, плюс...
Джервис дал ему шестьсот.
– И оставьте гонорар за расходы.
Деньги исчезли в куртке Чанека, как по волшебству. Он оставил папку и счета на столе.
– Большое спасибо, мистер Талл. У вас есть мой номер на случай, если я ещё что-нибудь могу сделать.
«Что-нибудь
Джервис смотрел.
– Что ещё вы можете сделать?
Чанек наклонился вперёд.
– Скажем так, мои услуги не ограничиваются исключительно рамками закона.
Джервис не знал, что сказать.
«О чём я думаю?»
– Я не убиваю людей, - сказал Чанек.
Неужели об этом думал Джервис?
– И я не ломаю ноги. Я частный детектив, а не головорез. Кроме того, я должен быть не в своём уме, чтобы попробовать предпринять что-нибудь против этого громилы. Однако есть кое-что, что я могу сделать, чтобы вы...
– Я хочу... быть ближе, - сказал Джервис.
– Я хочу...
Чанек улыбался?
– Вы хотите, чтобы у неё дома я установил «жучок»?
«Жучок?» - подумал Джервис.
– Продолжайте говорить, мистер Чанек.
– У меня есть отличный маленький беспроводной кристалл, радиус действия восемьсот футов. Единственная проблема в том, что он работает от батареи, а батареи хватает всего на десять дней. Кристалл стоит сто баксов, плюс я беру пятьсот, чтобы вставить его, триста за каждую замену батареи. Я заменю батарейки только дважды, и затем выхожу из игры. Слишком рискованно.
Десять дней? Времени было предостаточно. Это была вся его жизнь.
– Можно найти парней, которые сделают это дешевле, но не лучше.
Джервис кивнул. Он и не собирался обращаться в газету бесплатных объявлений.
– У меня больше нет ключа от её спальни, но у меня возникло странное ощущение, что вас не особенно беспокоит наличие замков.
– Не беспокойтесь о замках. У неё есть охранная сигнализация?
– Нет, - сказал Джервис.
– Тогда всё, что у неё есть на двери, я пройду за две секунды.
– Когда вы сможете сделать это в ближайшее время?
– Завтра вечером, максимум.
Джервис передал ему ещё шестьсот долларовых купюр.
– Сделайте это, - сказал он.
Полупьяный Джервис поехал обратно в университетский городок. Он понимал, что договорённость с Чанеком приведёт его только к дальнейшему отчаянию, но всё же он с нетерпением ждал этого, как мазохист с нетерпением ждёт кнута. В этом не было смысла. Почему он этим занимался?
Его вождение начало давать сбои. Жёлтая линия выглядела как мазок забвения. Его мысли говорили с ним, как с альтер-эго, тайным соучастником отчаяния.
«Я сошел с ума», - подумал он.
«Конечно, да, - ответили его мысли.
– Ты изучаешь английскую философию; философы изначально сумасшедшие. Это всё то экзистенциальное дерьмо, которое они заставляли читать, все эти Сартры и Гегели - это просто куча дерьма. Ты отнёсся к этому слишком серьёзно, Джервис, ты думал, что это спасёт тебя. Господи Иисусе, ты стал одержим этой девушкой. Частные детективы? «Жучки»? Это безумие. Твоя любовь свела тебя с ума».