Клан
Шрифт:
– Властитель бросит тебя.
Джервис остановился. Не вызвал ли комментарий подавляемых подозрений? Его рука дрогнула. Его мёртвые глаза моргнули.
– Властитель сделает меня бессмертным, - заявил он.
– Нет, не сделает. Он приготовит из тебя мясной фарш. Когда ему что-то больше не нужно, он избавляется от этого.
– Сёстры - просто игрушки, - оправдывался Джервис.
– Они бездушные. Властитель может делать их в любое время, когда захочет.
– Это правда. Так зачем ты ему нужен?
Казалось,
– Ты относишься к этому засранцу Властителю как к богу, - продолжил Уэйд.
– Он не бог!
– Что он тогда?
– Просто ещё один жадный до власти говнюк, ничем не отличающийся от здешних людей. Он похож на любого человека во власти - политика, корпоративного юриста, промышленного магната…
– Что ты имеешь в виду?
– поинтересовался Джервис.
– Он грёбаный лжец!
Джервис уставился и моргнул. Уэйд продолжил:
– Он пользователь, Джервис. Это может увидеть любой идиот. Он обещал тебе бессмертие в обмен на службу только потому, что он нуждался в тебе для выполнения его дерьмовой работы. Когда вся эта дерьмовая работа закончится, ты ему больше не понадобишься. Что ты можешь сделать в лабиринте такого, что сёстры не умеют делать лучше?
– Я могу думать, - ответил Джервис.
Уэйд рассмеялся.
– Мышление - последнее, чего хочет этот ублюдок. Как любой монарх сохраняет власть? Подавляя индивидуальность - подавляя мышление.
Был ли Джервис глупым, или предложения Уэйда попали в точку?
– В системе Властителя нет места для отдельных лиц, - продолжал говорить Уэйд.
– Что касается генерального плана, то ты всего лишь винтик в большой машине. Властитель солгал всем вам, чтобы получить то, что он хотел. Бессер сказал мне, что они бросят тебя после перезарядки. Он сказал, что ты расходный материал.
Джервис всё больше погрузился в размышления. Уэйд понял, что здесь действуют две силы: Властитель против Уэйда - не совсем равные. Если Уэйд собирался сделать ход, сейчас было самое время.
– Подумай об этом. Ты действительно нужен Властителю?
По редеющим волосам Джервиса легко обнажилась ручка его трансцепторного стержня. Уэйд догадался, что это был своего рода терминал, восходящий канал связи с боссом. Как бы то ни было, это должно быть очень важно, учитывая, что Джервис был мёртв, но всё ещё ходил и разговаривал. У Уэйда не было выбора, кроме как попробовать. Он качнулся вперёд.
– Что ты… - крикнул Джервис, и Уэйд схватил чёрную ручку и потянул вверх изо всех сил.
Трансцептрод не вышел, но соскользнул на дюйм вверх. Джервис вздрогнул, как человек, который только что воткнул отвёртку в блок предохранителей.
– Не-е-е-т!
– его голос прогремел, разбивая окна офиса и сотрясая комнату.
Он отпустил запястье Уэйда, прижимая обе руки к стержню, чувствуя его неумело, как будто исследуя внезапную глубокую
Пока Джервис содрогался, Уэйд убежал.
Боже, это было больно, о Боже, о Боже. Боль вспыхнула, как раскалённый добела свет. Он подумал о том, как с него заживо содрали кожу и бросили в соль, о побегах бамбука, вонзённых под ногти, о пламени паяльной лампы для яичек, о клизме со щёлоком. Это та боль, которая его мучила. Действительно, весь его мозг чувствовал себя как мягкую пульпу коренного зуба, в которую вторглась дрель дантиста.
Он трясся на месте, лицо поднялось вверх. Шаги разносились прочь. Уэйд. Проклятый Уэйд сделал это. Он чуть не выдернул трансцептрод из головы.
Джервис бродил по озеру боли. Он не видел ничего, кроме белого тумана. Его ноги были похожи на цементные колонны. Он ощупывал стол Бессера, пока его руки не упали на каменное пресс-папье с изображением И. С. Баха. Он схватил его, поднял и…
КЛАЦ!
…Полностью вбил трансцептрод себе в голову.
Раскалённая добела боль улетучилась, его зрение вернулось обратно. Он чувствовал, как восстанавливаются его нервы. Джервис снова был здоров. Он знал, что случится, если стержень будет полностью удалён.
Прерывание длилось всего несколько мгновений, но в эти моменты Уэйд сбежал.
Джервис бежал так сильно, что его ноги ломали кафельный пол. Когда он затопал по лестнице, лестница за ним рухнула. Вниз по коридору манила входная дверь. Он побежал туда.
Он предположил, что Уэйд сбежал к Corvette. Но ведь всегда была старая поговорка о предположении. Что-то было не так. На полпути к двери Джервис остановился.
Он понюхал воздух.
Страх.
И снова он почувствовал его запах, его продажный аромат.
Он повернулся и направился обратно в кабинет.
Почему Уэйд вернулся туда? Джервис заметил вырубленную дверь шкафа, но не обратил на неё внимания. Уэйд должен быть безмозглым, чтобы вернуться туда. Однако он не заметил, что топора больше не было на полу.
– Произноси свои молитвы, - посоветовал Джервис.
Уэйд выпрыгнул из шкафа. Джервис повернулся. Сверкнула серебряная вспышка, свист…
БАЦ!
Внезапно Джервис лёг на спину. Сбитый с толку, он поднял глаза. Перед ним стоял Уэйд, держа в руке «железного дровосека».
А рядом с Уэйдом стояла… пара штанов.
«Подожди, - сообразил Джервис.
– Это МОИ штаны».
Действительно, это были они. И они же были ногами Джервиса, которые наполняли их.
– Как тебе это нравится?
– сплюнул Уэйд.
Потом это дошло до него. Талия Джервиса была разрезана пополам. Его нижняя часть тела стояла перед ним. Его верхняя часть тела лежала на полу.
Уэйд запрокинул голову и торжествующе рассмеялся.
Джервис нахмурился. Пришло время поговорить о мелких неудобствах.