Клетка

Ловелл Л. П.

Я притягиваю Джуда ближе, желая вцепиться в него как можно сильнее. Он встает и берет меня за руку, поднимая меня на ноги, когда его рука обнимает меня. Я чувствую, что своим присутствием он защищает меня от всего. Притягивая меня ближе к себе, мы начинаем идти.

Джуд ведет меня через дом, в спальню, прямо в огромную ванную комнату. Он включает воду и раздевается. Затем, не говоря ни слова, он снимает с меня одежду, прежде чем утащить в душ. Я вижу, как боль окутывает его, кружится в его глазах. Это причиняет ему столько

же боли, сколько и мне, и все же мужчина пытается оттолкнуть ее. Он старается быть сильным для меня.

Вздыхая, он выдавливает шампунь в руку и намыливает мне волосы, его руки грубо теребят пряди, а пальцы массируют мою кожу головы. Я закрываю глаза. Горячая вода льется по моему телу, пока его руки смывают мыльную пену. Когда я чувствую, что он легонько целует меня в плечо, я открываю глаза.

— Мне очень жаль, — шепчет Джуд. Я ничего не могу ответить. Он берет мыло и намыливает руки, медленно проводя ими по моей голой коже. Его руки скользят по моим ногам, рукам и спине, моей шее. Моя грудь сжимается с каждой нежной лаской, с каждым мягким прикосновением. Он целует меня в щеку, его теплое дыхание опаляет мою кожу. — Я сделаю все лучше, обещаю… — говорит он так тихо, что я не уверена, разговаривает ли он со мной или с самим собой. — Тебе нужно отдохнуть, Тор, — говорит он, собирая мои волосы руками и выжимая воду. Джуд подводит меня к двери и сам ступает под брызги.

Я открываю дверь, беру толстое полотенце с крючка и оборачиваю его вокруг себя, идя в спальню, чтобы залезть на кровать. Я просто сижу здесь, онемевшая. Невозможно думать ни о чем, кроме Кайлы.

Когда Джуд заходит в спальню, он бросает на меня один взгляд и вздыхает. Он натягивает боксеры и пересекает комнату, заползает на кровать и садится за мной. Мужчина берет мои волосы и, оборачивая их в полотенце, сушит. Через несколько минут он отодвигает одеяло и ложится, прижимая меня к своей груди.

— Попробуй заснуть, Тор, — шепчет он, нежно целуя меня в голову.

Мы оба лежим здесь в тишине, но Джуд, словно не дышит. Сегодня никто из нас не уснет.

30

Тор

Кайла. Она прямо передо мной, в объятиях незнакомца, лица которого я не вижу. Мой ребенок широко улыбается и тянется ко мне, но незнакомец поворачивается и уходит. Я пытаюсь идти за ними, но ноги у меня тяжелые, как будто они застряли в цементе. Улыбка Кайлы исчезает, и на ее мягком лице появляется паника.

— Кайла! — кричу я, наблюдая, как она продолжает тянуться ко мне через плечо незнакомца, ее маленькое личико кривится от боли, слезы текут по ее щекам.

— Пожалуйста, — слабо умоляю я, падая на колени. Я смотрю, как незнакомец забирает у меня ребенка, и я ничего не могу поделать. Я бессильна.

Удар вырывает меня из сна, и я сажусь прямо, делая несколько глубоких

вдохов. Теплый полуденный свет льется через открытые балконные двери. Как долго я спала?

Еще один громкий хлопок пугает меня, и я понимаю, что кто-то стучит в дверь. Я встаю с постели, смахиваю слезы с лица и открываю дверь. Прямо в дверях стоит мужчина в безупречном костюме. Его кожа бледная, а волосы такие светлые, что почти белые. Он выглядит так, будто только что вышел из офиса в Нью-Йорке, а не с пыльных улиц Мексики. Я смутно узнаю в нем человека, с которым я застала Джуда и Габриэля на встрече в том кафе.

— Виктория, — говорит он с сильным русским акцентом.

— Кто ты?

— Борис, — говорит он. И все.

— Хорошо. — Я с осторожностью смотрю на него: — Чего ты хочешь? — Я понятия не имею, где Джуд или Габриэль, но мне не нравится, что этот человек здесь.

— Мой босс хотел бы поговорить с тобой. — Борис просто протягивает мне телефон, и я нерешительно беру его. — Я подожду здесь, — говорит он, и я киваю, закрывая дверь, прежде чем поднести телефон к уху.

— Алло… алло?

— Ах, Виктория, как ты, моя дорогая? — Акцент русский. Излагая, почти соблазнительным тоном.

— Могло бы быть и лучше. Ты кто?

— Я Ронан Коул, и я собираюсь помочь тебе.

— Ты — босс мафии, — отвечаю я.

— Это заставляет меня звучать так зловеще. — Он смеется: — Думай обо мне как о друге в своей сложившейся ситуации. Как я уже сказал, я могу помочь тебе вернуть твою дочь. — Я сжимаю телефон в тишине. Этот русский, который взволновал даже Джуда. Это означает, что мне следует его бояться, но это также означает, что он очень силен… но и картель не слабаки. Иногда нужно бороться с огнем, верно?

— Как? — Это одно слово — приглашение, и в глубине души я знаю, что продаю свою душу дьяволу, но ради Кайлы я бы отдала ее в мгновение ока.

— Просто, — говорит Ронан. — Очень, очень просто…

***

Через несколько часов я снова в полусне, когда слышу, как скрипнула дверь спальни. Пистолет под подушкой уже в моей руке, прежде чем в голову приходит мысль. Я сажусь и целюсь в неясную фигуру в дверном проеме.

— Это я, Тор. — Джуд протягивает руки перед собой, и я моргаю, медленно опуская пистолет.

Между вооруженной охраной повсюду и жуткими русскими, которые, казалось бы, появляются из ниоткуда, это место меня настораживает. Я просовываю пистолет под подушку и снова ложусь. Я знаю, что Габриэль — друг Джуда, его союзник даже в этой битве, но это все еще картель. Я потеряла Кайлу, потому что доверила кому-то ее, и этот опыт научил меня, что любой может быть кротом. Кто угодно мог быть врагом. Это грязный бой, где простые правила не действуют, но действуют правила нападения со спины. Джуд — единственный человек, которому я позволяю себе доверять.