Клетка
Шрифт:
— Яд? — он закатывает глаза. — Это для ебучих кисок. Оружие женщин.
— Гейб! — кричу я.
— Ты пытаешься сделать меня мягким, брат.
Провожу рукой по лицу.
— У них моя дочь Габриэль. У них Кайла!
Закрыв глаза, он вздыхает.
— Хорошо. И как ты предлагаешь их отравить?
— Просто дай мне минуту подумать.
— Время — это то, чего нам немного не хватает.
— Я знаю. — Я, блин, знаю… Мы направляемся к машине
— Да? — Я отвечаю, обходя хаммер сзади.
— Итак, э… — Марни медленно выдыхает. — Мы на границе. Задержаны.
— Какого хрена, Марни? Я же сказал тебе, блядь, приглядывать за ней.
— Да, да, и она такая же упрямая, как твоя задница. Ты собираешься оставить нас здесь гнить или что, потому что она сказала, что не уйдет?
— Черт побери. Просто… — стону я, вытирая лицо рукой. — Просто подожди там, — я вешаю трубку.
Я забираюсь внутрь внедорожника и бросаю телефон на пол.
— Как далеко граница? — спрашиваю.
— Пятнадцать миль, а что? — Габриэль смеется. — Дай угадаю, объявилась твоя женщина?
— Конечно, черт возьми, и знаешь причину, — я поднимаю руки вверх, — она собирается сразиться с картелем. — Я вздыхаю: — Мне нужно ее забрать.
Мы выезжаем из фермы и сворачиваем на шоссе.
— Как бы мне не хотелось, чтобы Тор злилась на тебя, — смеется Габриэль, — я стараюсь держаться подальше от границы, насколько это возможно, поэтому я собираюсь поехать к себе домой и позволить тебе вести машину и забрать ее.
Я упираюсь головой в подголовник, наблюдая, как проносятся дерьмовые домики, и ломаю голову над тем, как, черт возьми, отравить горстку членов картеля.
25
Джуд
Я с нетерпением жду в коридоре, пока они идут за Марни и Тор. Один из офицеров продолжает смотреть на меня, и мне хочется ударить его в глотку. Марни выходит первым, качая головой.
— Она приставила гребаный пистолет к моей голове, — бормочет он, проходя мимо меня. — Она сумасшедшая.
Спустя несколько мгновений Тор выбегает из камеры. Я хватаю ее за руку и иду по коридору. Она вырывается, но я тащу ее.
— Отпусти меня, — рычит она, хватая меня за руку. Все, что я делаю, это ужесточаю хватку.
— Ради бога, не рыпайся, пока мы не выйдем наружу.
Марни толкает дверь и выходит под вечернее солнце. Я ловлю дверь перед тем, как она закроется, и мы выходим, влажность прилипает ко мне, словно мокрая ткань.
— Марни. — Я указываю на «Хаммер» и щелкаю замком, сигнализация зазвенит. — В эту.
Марни бормоча, забирается внутрь. Я тащу Тор к пассажирской стороне. Она вырывается из моей хватки с таким выражением лица, как будто у нее ебучая хрень в заднице. Я подхожу к ней ближе, прижимаясь лицом к ее шее.
— Даже не думай об этом, — говорю я, открывая дверь, вталкивая ее внутрь и закрывая
— Ох, черт, — ворчит Марни. Я смотрю в зеркало заднего вида и вижу, как он держит окровавленную ладонь. — Добро пожаловать в Мексику…
— Да, у нас была небольшая проблема.
— Оу, черт возьми, молодец. Еще убийство, Джуд?
Стиснув зубы, я тычу пальцем ей в лицо.
— Блядь, не говори мне ни слова, Тор. — Я смотрю на нее. — Я, черт возьми, серьезно. Просто сиди и молчи, пока я не вывалил на тебя свое дерьмо.
Мой пульс отдает в виски, когда я включаю задний ход и подъезжаю к воротам. Офицер жестом машет мне рукой. Тор смотрит в окно, ее колено тревожно дергается.
— Куда мы едем? — спрашивает она с раздражением в голосе, глядя на меня.
Я поднимаю палец.
— Я же сказал тебе не говорить ни слова, не так ли? — Я качаю головой. — Проклятые женщины…
— Он на грани, дорогая, — Марни кладет руку мне на плечо, и я смахиваю ее.
— Ты, блядь, тоже заткнись, Марни.
— Это не вина Марни, — кричит Тор, — это все ты!
— Нет, — я крепче сжимаю руль, — это ты, Тор. Это ты приставила пистолет к голове Марни, и ушла, когда я сказал тебе, черт возьми, оставаться дома! — Она бьет меня кулаком в грудь, и я нажимаю ногой на тормоз, машина плывет по дерьмовой пустынной дороге.
— Неужели необходимо насилие? — спрашивает Марни с заднего сиденья. Мы с Тор оборачиваемся и кричим ему, чтобы он заткнулся.
Я направляю свое внимание на Тор.
— Ударишь меня еще раз, и я… — Сильный удар по лицу останавливает меня на полуслове. — Ну все, доигралась! — кричу я, загоняя машину в парк. Я распахиваю дверь, у меня чертовски болит щека, когда я иду по песку и обхожу внедорожник, открываю дверь, хватаю ее за руку и выдергиваю наружу. — Сколько, блядь, раз я должен говорить тебе, чтобы ты не била меня, женщина? — Я захлопываю дверь и отталкиваю ее на несколько футов. — В чем, черт возьми, твоя проблема? Я имею в виду, какого черта ты собиралась делать? По крайней мере, скажи мне, что у тебя был гребаный план. — Вышагиваю я. — Блядь!
— Я не могу просто сидеть и ничего не делать. Она одна. Она, наверное, напугана, — говорит она с грустью.
— Тор, — я тру лицо руками, пока солнце печет мне в спину, пот пропитывает мою рубашку, — ты не можешь просто пойти к гребаному картелю и попросить отдать нашу дочь, которую они взяли в плен. Черт, все совсем не так просто. — Она должна это знать. Однажды она была в плену.
— Почему нет? Это всего лишь дополнительный залог, чтобы прибить тебя, не так ли? — Она смотрит, но в ее глазах скрывается отчаяние.