Клей

Уэлш Ирвин

Я бросил на неё холодный взгляд.

– А кто в этом виноват?

Она на расслышала или просто предпочла не реагировать на мой вопрос.

– Между мной и Макмюреем… всё кончено. Это так глупо. Между нами ничего нет. Зачем он это сделал… прострелил ему горло…

У меня самого в горле застрял сухой комок.

– Эндрю тут ни при чём, – просипел я, – а если и при чём, не льсти себе мыслью, что он сделал это ради тебя. Он сделал это для себя, за всю хунйю, что ему устроил этот пиздюк Макмюррей!

Гейл посмотрела на меня, и на лице её проступило разочарование. Видно было, что

я её отпустил, но меня бесило, что она вообще от меня чего-то ожидала. Она подожгла «регал», выкурила его чуть не в две затяжки и достала ещё одну. Предложила мне, и хоть мне ужасно хотелось сигарету, я отказался, потому что взять что-либо из рук этой суки значило оскорбить память Голли. Я сидел и не мог поверить, как это я ещё думал завалиться в койку с этим монстром. Я подумал о ней и Макмюррее, Полмонте, Далеке.

– Ты, значит, и его кинула. И какой упырь тебя теперь жарит? Кто-нибудь из дойловских, небось? Это ты его на Полмонта натравила?

– Мне не стоило приходить… – сказала она, поднимаясь.

– Это точно, не следовало. Так что съёбывай, да поскорее, сучка кровавая, – огрызнулся я на дорожку.

Услышав, как хлопнула входная дверь, я испытал приступ раскаяния и выскочил на лестничную площадку. Сквозь пролёты мелькнула её макушка.

– Гейл, – крикнул я, – ладно, прости.

Её каблучки на секунду перестали стучать по бетонноым ступеням – и засеменили снова.

Извинился – и хватит с ней.

ЭДИНБУРГ, ШОТЛАНДИЯ

10.17

Молодняк

Войдя в «Муху на варенье», Алек заметил за барной стойкой одного из своих собутыльников.

– Алек, – кивнул Джерри Доу и слегка нахмурился, увидев толпу молодых за спиной старого друга.

Джерри стоял за олд-скул, да так, что появление любого молодняка в пабе вызывало его негодование. Определение «молодняк» подходило всем, кто был моложе его – то есть не дожил до пятидесяти семи и не прошёл ещё, таким образом, полный курс обучения по алкопрограмме. Поэтому нельзя было быть уверенным, что, перебрав, они смогут вести себя достойно. Не могли этого ни Джерри, ни Алек, но не в этом же дело.

Рэб Биррелл и Джус Терри первыми рванули к бару с лопатниками, распухшими от очередного беспроцентного кредита от Катрин.

– Вот, бля, заявились по утрянке, Бэтмен, бля, и Робин, на хуй, – оповестил Алек своего дружка Джерри, указывая на них большим пальцем.

– Ты тогда получаешься Джокер, или этот упырь, мистер Двуликий, – загоготал Терри.

– Если б у меня была пача, как у тебя, второе лицо мне б точно не пригодилось, Алек, – ухмыльнулся Рэб Биррелл, и Терри заржал.

– Ладно пиздеть, давайте-ка проставьте нас с Джерри, живо, – пробурчал Алек, потому что литры, подброшенные в топку алкоуринного перерабатываюшего завода, в качестве которого Алек беспрерывно работал аж с двадцать восьмого августа пятьдесят девятого года, уже сгорели.

– Чего-то я тебя не пойму, Алек, а ты тогда кто – Риддлер, что ли? – Терри прямо задыхался от хохота.

– Это ты, бля, Риддлер, сынок. Давай-ка реши задачку: два по полпинты «специального» и два виски. «Граус», – потребовал Алек.

Терри продолжал игру.

– Если я Риддлер –

тогда ты, получается, этот, бля, мистер Фриз.

– Или мистер Антифриз, ведь он при случае и тормозухи засадит с радостью! – вклинился Рэб.

Терри опять взорвался. Рэбу нравилось это чувство солидарности с Терри, пусть даже возникло оно на почве желания поглумиться над Алеком. Это напомнило ему, что они с Терри, несмотря ни на что, всё ещё, типа, друзья. Но что это значит? Конечно, они были друзьями, но «друзья» в Террином определении – это люди, которых можно безнаказанно оскорблять дольше и грубее, нежели обычных членов общества.

Терри протиснулся между Лизой и Катрин, ещё на одно тело увеличив разрыв между Рэбом Шарлин.

– А вечером пойдём в караоке. В «Доспех». Мы с тобой споём «Islands in the Stream».

– Не могу… у меня же блядский концерт… – Такая перспектива вселяла в Катрин смертельный ужас. Она даже думать об этом не хотела.

– Да-да, в «Доспех». Споём «Islands in the Stream».

– Я не могу отменить этот сволочной концерт в «Инглистоне», Терри. Они напродавали на него три тысячи билетов.

Терри с сомнением посмотрел на неё и покачал головой.

– А кто сказал? Нужно следовать своим внутренним потребностям. Эти твои менеджерюги – они тебе не друзья, не настоящие друзья. Тебе нужен такой директор, типа меня. Представь себе, какая поднимется шумиха, если ты исчезнешь! Можешь у меня на время остановиться. Ни одна сука не додумается искать тебя в спальном районе. У меня есть свободная комната, там раньше мама жила, ты сможешь… чисто расслабиться. – Терри хотел было добавить, что ему как раз нужно, чтоб кто-нибуль готовил и прибирал, но вовремя сумел притормозить.

– Не знаю, Терри… я, наверное, просто не знаю, чего хочу…

– У меня тебя никто не найдёт. Район у нас хороший, не то что Ниддри или Вестер-Хейлз. Грэм Саунес у нас вырос, недалеко от моего дома. Вот кто умеет одеваться. Дизайнерские костюмы, всё такое. До фига народу выкупило свои квартиры. Так что предпринимательская жилка в нас имеется, взять хотя бы муа.

– Что?

– Я и не жду, что ты с ходу уцепишься, однако предложение остаётся в силе, – сказал Терри. Краем глаза он видел, что Джонни уже начинает подрубаться, клюёт носом. Схуебился Насморк. Лёгковес грёбаный. Нельзя останавливаться, надо вырубить ещё наркоты: спида или, может, ещё сорок первого. У него возникла идея, и он объявил на весь стол, особенно стараясь, чтоб услышал Рэб: – Для нашей американской гостьи обстановочка тут слишком плебейская. Может, рванём в «Бизнес-бар»?

Рэб насторожился. Катрин заметила это, но не могла сообразить почему.

– Что за «Бизнес-бар»?

– Его братца.

Лиза изумлённо уставилась на Рэба. Она-то приняла его за задрота, правильного такого студентика, которые всегда так нравились Шер.

– Так ты брат Билли Биррелла?

– Ну да, – ответил Рэб, чувствуя, что польщён, и ненавидя себя за это.

– У меня в этом баре подружка работала, – сообщила она Рэбу, – Джина Колдуэлл. Знаешь её? – Она чуть не добавила, что Джина и Бизнес трахались, но сдержалась. Им это знать необязательно. Есть у неё такая слабость, изумлённо призналась она себе.