Клеймо оборотня

Сэкетт Джеффри

— Хорошо, мисс Левенштейн, вынужден оправдать вас за недостаточностью улик. Однако в будущем у вас не должно возникнуть и тени сомнения относительно того, что я обязан быть в курсе всего, пусть даже самой незначительной малости, если это так или иначе связано с Центром или любым из наших проектов. Понятно?

— Да, капитан, — ответила Петра, облегченно улыбаясь.

— Хорошо. — Он повернулся к Пратту. — Подопытные субъекты готовы?

— Да, — кивнул профессор, еще не до конца оправившийся после провала своего плана мщения. — Сегодня

утром я послал за ними наших ребят, и они подобрали с десяток бродяг и проституток в Пьерре. Они только что вернулись. — Он улыбнулся, стараясь вести себя как можно дружелюбнее и непринужденнее, словно недавнего недоразумения вовсе не было и они с Брачером остаются давними близкими друзьями. — И как я понял, улицы Пьерра просто-таки кишат этими отбросами.

— Хорошо, — откликнулся Брачер и повернулся к Петре. — Мисс Левенштейн, насколько я понимаю, наша единственная проблема заключается в определении верного соотношения различных химических веществ, так?

После секундного колебания Петра ответила:

— Да, в данный момент это самая трудная проблема.

— В нашем распоряжении двенадцать подопытных субъектов. Я бы попросил вас приготовить растворы с различным содержанием компонентов, чтобы опробовать их сегодня вечером. Это лучше, чем испытывать каждую комбинацию по отдельности…

— Не возражаю, капитан, — прервала его Петра, — но это нужно сделать немедленно, или отложить до завтрашнего утра.

— Почему такая отсрочка?

— Сегодня — вторая ночь полнолуния. И я намерена исчезнуть отсюда задолго до заката и провести эту ночь под замком в своей квартире.

Губы Брачера сжались в тонкую полоску.

— Мисс Левеншгейн, у вас поразительная способность превращать любое простое обсуждение в скандал.

Она покачала головой.

— Какой же это скандал. Вам же отлично известно, что где-то в окрестностях Маннеринга обитает еще один оборотень. И сегодняшняя ночь последняя в этом лунном цикле, когда она может превратиться в чудовище. Ясно, что если она намерена освободить Калди, то сделает это сегодня ночью. — Петра помолчала, чтобы каждый из присутствующих осознал важность этих слов. — Я не хочу быть в Центре, когда она заявится сюда и предлагаю перевести Калди в другое место. Ни для кого не секрет, что если она нападет, никакая охрана не спасет.

— ЕСЛИ она нападет, — сказал Брачер, — ЕСЛИ она явится сюда ночью и ЕСЛИ она вообще где-то поблизости. Мы же не знаем наверняка, что Клаудиа известно о пленении Калди. И хотя я почти уверен, что это она убила тех троих фермеров прошлой ночью недалеко отсюда, тем не менее это может быть простым совпадением. А то, что двадцать пять лет назад мои родители были убиты в Нью-Йорке, а теперь это существо появляется здесь, в Северной Дакоте, и как раз когда ее давний приятель попадает в наши руки, — это по-вашему тоже совпадение?

Прагг покачал головой.

— Она права, капитан. Подруга Калди оказалась здесь не случайно, и потому освобождение

Калди из Центра очень и очень вероятно.

Брачер побарабанил пальцами по столу и пробормотал:

— Ну что ж, тогда подождем до утра.

— Да, экспериментировать со всеми двенадцатью подопытными мы не сможем, — сказала Петра. — Но сегодня весь день я готовила сыворотки различных составов, и четыре из них можно опробовать прямо сейчас, если вы не возражаете. К тому же официально Центр сегодня закрыт, поэтому проблем с вывозом трупов, если возникнет такая необходимость, не будет.

Брачер нахмурился.

— Да-да, кстати, то-то меня удивила такая пустота в здании. Почему Центр закрыт?

Петра постаралась скрыть улыбку.

— Национальный праздник, капитан. День рождения Мартина Лютера Кинга.

— День рождения Мартина Лютера Кинга?! — воскликнул он. — Центр закрыт из-за…

— Это всего лишь видимость, капитан, — напомнила она ему, — всего лишь видимость.

Он успокоился.

— Да, да, я понимаю, конспирация.

— Тем удобнее для нас, — добавил Пратт. — И потом, четыре эксперимента все равно лучше, чем ничего; — Затем, взглянув на часы, он воскликнул: — О, боже! У меня же через пятнадцать минут назначена встреча. Прошу прощения!

Он быстро встал и почти бегом вышел из кабинета.

Неожиданный уход Пратта разозлил Брачера, хотя он не попытался его задержать.

— Встреча! — фыркнул он. — Какой удобный предлог!

Он взглянул на Петру и с удивлением отметил, что с уходом профессора вся ее неловкость мгновенно улетучилась. Он улыбнулся ей, и она, слегка зардевшись и опустив глаза улыбнулась в ответ.

Невилл знал, что имел в виду Брачер, знал, что Пратт просто напросто ретировался накануне наступления полнолуния, поэтому он решил не настаивать на разрешении самому покинуть Центр. Он отлично сознавал бесплодность такой попытки, да и Брачера сейчас лучше было не трогать. Вместо этого он произнес:

— Фредерик, а может быть, имеет смысл продолжить эксперименты на животных. То есть я хочу сказать, на настоящих животных. Собаках, обезьянах?

— Нас интересуют организмы, максимально воспроизводящие метаболизм человека, — ответил Брачер тоном, не терпящим возражения. Он взял со стола стопку отчетов. — А теперь идите отсюда и приступайте к работе. У меня есть другие дела.

Петра поднялась со стула и вышла из комнаты, за ней неспеша последовал Невилл. Луиза не двинулась с места, глядя на кузена с нескрываемым презрением. Он поднял на нее глаза, в его взгляде было не меньше презрения и ненависти. Через несколько секунд она встала и, не сказав ни слова, вышла из кабинета. Брачер проводил ее взглядом и пробормотал:

— А она точно получит пулю в лоб и очень скоро, или помоги мне Господь.

Спустя мгновение дверь бесшумно распахнулась. Оторвавшись от бумаг, Брачер увидел Петру Левенштейн, нерешительно переминающуюся с ноги на ногу.