Клоп
Шрифт:
Господин Клоп спал с мирным выражением лица в своей постели, укрытый теплым одеялом, на котором не было ни складки. Так неподвижно, сцепив руки на груди, он лежал теперь все время, а сердце к удивлению многих продолжало биться. Пиус не знал, о чем бы хотел рассказать Коэлу Клопу, даже если бы тот услышал его, но мальчику требовалось увидеть своего деда и убедиться, что какая-то частичка хозяина отеля все еще здесь.
Когда Пиус спустился вниз, друзья его были разобраны по компаниям. Джозиз танцевала со всеми в ресторане под репертуар приглашенных музыкантов, и Пиусу тоже вдруг захотелось покружиться среди беззаботных улыбок. Крочика же завлекли в общий зал, хотя тот находился всего через холл от ресторана, там было тихо, в полумраке группа слушателей окружила одного пожилого господина с бородой не менее богатой, чем у самого Бамбура. Этот господин сидел в кресле рядом с горящим камином и делился какой-то старой легендой. В глубине
Лил замахала Пиусу руками и он подошел. В радостном возбуждении она рассказала, что ей дали запустить "вот такую огромную" ракету, и та взорвалась высоко-высоко и пролетела по небу, как комета. У девочки были раскрасневшиеся щеки и горящие глаза, то есть это была все та же Лил, хотя волосы на ее голове лежали прилично, а из-под куртки выглядывало платье. Они отправились гулять по парку, теплому и безветренному, дойдя до домика смотрителя (Рой с Шепелявиком, наверное, находились где-то у фейерверков), вернулись обратно к Элберту и стали собирать полный состав. Время было позднее, требовалось ложиться спать, чтобы набраться сил.
Обсудив напоследок, как обстоят дела, проводив девочек и попрощавшись с Элбертом, Пиус уже валился с ног от усталости. Крочик остался на ночь в отеле, он теперь легко соглашался спать на диване в номере Пиуса, потому что так они могли выезжать в Западный Пашехон ранним утром. Им хотелось поскорее заснуть, но в их головах все еще звучала музыка, оживали старые легенды, вспыхивали фейерверки и еще что-то…
Сразу после Нового года появился обещанный список участников Молийских гонок. Он был прочитан со сцены на площади, лишь нескольким представителям от каждой группы разрешили присутствовать, иначе не хватило бы места. Затем список вывесили там, где раньше стояла палатка для принятия заявок. Всего было двенадцать участников с разных концов света. Среди прочих значился и отель "Клоп" (на самом деле название отеля по просьбе заменили вымышленным). Все решилось, и, обменяв талон на специальный пропуск, ребята сосредоточились на тренировках. Через две недели им нужно было выводить Раграпа на старт вместе с остальными. А так как соперники не спешили привозить на завод своих драконов, оценить все трудности предстоящей гонки дети не могли. Только двое почти сразу после Нового года появились в амбаре и составили компанию Раграпу: первый — золотой дракон с длинной пастью, и по сравнению со скифом он мог казаться крупным, зато второй был настоящим гигантом, целиком занимавшим вольер, на его фоне золотой уже выглядел скромным. Можно было слышать, как этого темно-серого гиганта зовут именем Гора с ударением на первом слоге. Люди же, суетившиеся вокруг него, были гораздо меньше обычного человека, говорили на понятном для ребят языке, на соревновании выступали от фабрики каких-то глиняных горшков.
— Хороший Гора, хороший мальчик, — заботливо повторяли они, выводя своего дракона на поле для тренировок.
Ребята прозвали эту команду "Горшочки".
Зрелище, когда Гора отрывался от земли, приводило в трепет. Два огромных крыла разводились в стороны, при размахе создавался настоящий ураган, только такой мог поднять гиганта в небо. Но над полями завода "Горшочки" никогда не проводили тренировок, они сразу улетали подальше от деревни. Диких драконов они не опасались.
Немало успел удивить зрителей и Раграп. Иногда ребята летели на свое "секретное" поле, но часто на заводе демонстрировали, на что способен их скиф. В воздухе он был резвым и слушался Джозиз так, словно девочка его вырастила. Среди заводчиков даже пошли шутливые разговоры о необходимости разводить скифов. Для всех эти животные оказались сюрпризом. Но у ребят не стояло задачи удивлять кого-то, в общем-то, в их задачу входило превзойти всех. Джозиз и Пиус старались ни о чем другом не думать.
Зато Лил с Крочиком приходилось размышлять об иных способах добычи шкатулки. После идеи просто выкрасть ее, появилась мысль подменить, правда, никто не представлял, как она должна выглядеть. К тому же выяснилось, что Шкатулку Дезрика доставят в Западный Пашехон лишь в день соревнования, а где она
Когда до соревнования оставалось меньше недели, организаторы объявили, что скоро покажут карту трассы (соревнование проводилось каждые полтора года, и каждый раз трасса отличалась от предыдущей). Тогда оставшихся драконов доставили в Западный Пашехон. Амбар заполнился всеми двенадцатью животными, и ребята смогли внимательно приглядеться к ним.
В течение первой недели были привезены три дракона: большой зеленый с чешуйками, очень похожими на листья (ребята прозвали его "Лиственник"); старый светло-розовый с именем Чефаса, у него были длинные белоснежные усы, уходящие за спину (о том, какой он старый и в скольких гонках участвовал, везде много говорили); еще "Щетка" — так ребята прозвали полного дракона со странным панцирем: из него торчали черные щетинки, твердые и блестящие, словно стальная стружка (дети сами трогали их), настоящее имя у него было Склоп.
Следующим драконом, появившимся в амбаре, стал "Альбинос", весь белый, будто вовсе без чешуи, стройный и мускулистый. Он появился как один из главных претендентов на победу, и действительно выглядел серьезным соперником.
Остальные пять прибыли после обещания показать трассу.
Двое пожилых господ с седыми бородами до колен предстали в Западном Пашехоне со своим разноцветным драконом с очень длинной шеей. Когда они в первый раз вышли на тренировку, разместившись на шее дракона и надев защитные очки, ребята нашли этих старичков "ничего себе".
Дети не знали, какого пола каждый из драконов, но они узнали точно об одной драконихе, ее имя было Нарбалана — красивое песочного цвета создание.
Один из участников, как и Раграп, был не совсем драконом. В нем текла их кровь, но еще некоторые ученые к предкам этого вида относили древних летающих рептилий, а именно арамбургианию. Животное действительно имело узкую морду с гребнем, напоминавшую клюв. Возможно, рептилий прошлого в нем узнавали именно по внешности, вид назывался драпа, считалось, что к драконам он стоит даже ближе скифов. Этот участник был неопределенного оранжевого цвета, его крылья напоминали крылья птерозавра — ребята так и стали звать его.
От института небесных познаний Агкома, который находился в другой части света и изучал расположение звезд, была прислана делегация; все они ходили в ярких туниках, все высокие крупные мужчины с черной, как антрацит, кожей. Двое из них собирались выйти на трассу на ярко-желтом нордсидеке (дракона этой пароды ребята видели на рынке, поэтому сразу определили ее).
Последним появившимся был особенно мощный дракон с панцирем, состоящим из сбившихся чешуек, темно-синих с внешней стороны и белых с внутренней. Издалека панцирь походил на потрескавшуюся кожу.
Все драконы были красивыми, большими (не такие, как Гора, но все больше Раграпа), а еще от них исходила необыкновенная сила. Некоторые, чьи тренировки удавалось застать, показывали в небе такие скорости, что у ребят сводило животы.
Последние дни деревню засыпало снегом. Всюду лежали белоснежные холмы, но от тяжелого серого неба веяло мрачностью. Как раз в такую погоду ребята отдыхали после тренировок; оставив Раграпа в вольере, они прогуливались вокруг завода, то и дело бросая испепеляющие взгляды в сторону темно-синего дракона, которого вывели на поле. Снег падал на его необычный будто с белыми трещинками панцирь и сразу таял, сейчас эта поверхность представляла собой раскаленную сковороду, дракон свирепо пыхтел и выпускал из носа столб горячего пара. Во время полета, особенно длительного, драконы выпускали из носа пар, на котором овощи приготовились бы не хуже, чем в пароварке. Существовала точка, где выпускаемый пар соприкасался с атмосферным воздухом, считалось, что это передовая точка полета, у нее было название: "моля". Дети узнали о ней, когда еще в первый день Лил спросила у Роки Бобкина о названии гонок. Сейчас дракон то ли прилетел откуда-то, то ли готовился к полету, и был похож на огнедышащий вулкан, его панцирь напоминал ребятам разлившуюся лаву. Они решили назвать его "Вулканом", потом посчитали прозвище слишком грозным, однако, отметя "Вулканчика" и задержавшись на "Вулканишке", вернулись к первому варианту, ведь животное и выглядело грозно.