Клуша
Шрифт:
– Как скажете, – сказала Клава и осталась в роли швейцара, пока Ирина Николаевна ушла поговорить с начальством об ужасном отношении к выбору кадров.
Оказалось, что работает в магазине всего пять человек, включая Ирину Николаевну. Вика, щупленькая девушка с короткими каштановыми волосами. Юлия Белова – она важно сообщила Клаве имя и фамилию, как баллотирующийся депутат. Юля оказалась широкоплечей девушкой, с мощной челюстью и полноватой, толще Клавы. Людочка Клаву явно не одобрила с первого же взгляда, рыжая, маленькая, с курносым
– Привет! Надеюсь, мы сработаемся. Оксана, – и протянула руку.
– Клава, – сказала Клава и пожала прохладную ладонь.
– Оксана, сегодня опоздание на десять минут, что такое? – Ирина Николаевна выглянула из склада, поправляя очки.
– Пробки, Ирина Николаевна! – крикнула Оксана, улыбнулась Клаве и тоже направилась на склад. – Пойдем. Я последняя, больше ждать некого.
– А, ну хорошо, – сказала Клава и пошла за всеми в склад.
Первый рабочий день пролетел, будто не было. Ирина Николаевна зорко следила за новенькой, но к обеду ей надоело и она скрылась складской комнатке. Леонид Васильевич вскоре уехал решать какие-то важные дела.
Оксана шепнула, что он еще вернется – поехал платить алименты бывшей жене. После он, как правило, покупает бутылочку, выпивает ее в одиночестве и спит на диванчике в подсобке. За время супружеской жизни привык прятаться там от жены.
– Ужас какой, – сказала Клава. – А с виду он непьющий.
– Это он только в день алиментов такой. Видимо, мучает его необходимость платить алименты. Новый муж его бывшей, говорят, чуть ли не миллионер.
– Но он же помогает сыну, – сказала Клава.
– Пф, сын и так у него все что надо попросит. Все время здесь ошивается, бездарь мелкий.
– Нормальный мальчик, ну неухоженный чуток, но ему же всего четырнадцать, – вступилась Клава за Димку.
– Ага, зато гонору как на двадцать четыре, – фыркнула Оксана.
Клава не нашлась что ответить. Мало ли с какой стороны девчонки знали Димку. Это для нее он мальчишка со двора, а здесь – хозяйский сынок.
Работать с клиентами ей особенно не пришлось, разве что ходила за Оксаной на склад, смотреть, где что лежит. Мешанина коробок внезапно оказалась стройной системой, в которой можно найти все, что угодно, главное – сразу же возвращать отвергнутую клиентами обувь на место.
– Не забывай здороваться, – говорила Вика, едва ли не раскланивающаяся с каждым вошедшим. Она работала на кассе и всегда прощалась с каждым клиентом, будто он ей лучший друг. Какие рожи она корчила им в спину, клиентам лучше было не знать.
– Предлагай помощь, – сказала Юля.
– Но она же им не нужна, – возразила Клава.
– Все равно предлагай. Начальство требует, – пожала плечами Юля.
– Помощь не нужна? – спросила
– Пошла… – начал он и натолкнулся на хмурый взгляд сильной девушки, габаритами Юля мужичонке точно не уступала. – Нет, спасибо.
Потом несостоявшийся клиент поставил ботинок обратно на стеллаж и быстро ретировался.
– Приходите к нам еще! – крикнула вдогонку Вика и ухмыльнулась.
Между собой девушки практически не разговаривали, так что Клава даже не поняла, подруги ли они или просто терпят друг друга.
После рабочего дня Клава вернулась домой усталая и с пакетом, в котором лежали серая футболка и черные штаны.
– Что так поздно? – высунулась из спальни мама. Она уже накрутила бигуди и смотрела любимый криминальный сериал.
– Форму пришлось покупать, – сказала Клава, скидывая кроссовки.
– А что, там не выдают? – мама сурово нахмурилась.
– Нет.
– Поговорила бы с Леонид Васильевичем, он бы сделал исключение.
– Ну что я буду с ним говорить? Он на работу-то взял меня случайно. Буду еще навязываться, требовать особые условия.
Мама выразительно вздохнула и вновь скрылась в спальне.
– А где Олежка?
– Опомнилась, – фыркнула мама. – Спит уже.
Едва раздевшись, Клава скользнула в детскую. Олежка сладко спал, положив под голову маленькую ручку. Он посапывал во сне, и Клава не могла наглядеться на беленькое личико. Олежка во сне собрал все одеяло вверх, так что ножки в носочках торчали совсем голенькие и беззащитные. Клава поправила одеяло, поцеловала сына и пошла на кухню – ужинать.
– Вас там кормили? – по телевизору начала реклама, и Мария Васильевна покинула свое обиталище ненадолго.
– Нет, но на обед дают сорок минут, можно поесть в кафе или взять еду с собой.
– Сколько платить будут, не сказали?
Клава смутилась.
– Нормально вроде выйдет.
– Будем надеяться.
– Но ты же рада, что я работаю? – умоляюще спросила Клава.
– Конечно рада. Денег и так ни на что нет, еще тянуть тебя с ребенком. Ладно, кушай, я потом что-нибудь вкусненькое тебе на завтра приготовлю. Ты бы видела, в каких коробках школьники еду носят. Модно так, что ли? Бутерброды трехслойные, гамбургеры, соки в пакетиках.
Мария Васильевна еще бы пораспространялась про замечательные обеды школьников, но реклама как раз закончилась и она поспешила к телевизору.
Клава налила себе чай.
Чтобы скоротать время, она раскрыла купленную по дороге книжку "Нет, спасибо, я просто смотрю. Как посетителя превратить в покупателя".
– О, и зачем нам высшее образование, если есть такие книги? – сказала Клава как обычно не замечая, что говорит вслух, и углубилась в чтение. В конце концов, по прочтении ее ждала головокружительная карьера. Ведь книги не могут врать.