Клятва повесы
Шрифт:
— Стоять! — Гвалт прекратился, как по мановению волшебной палочки. Минни замахнулась на Вейна тростью. — Даже не думай оставлять нас.
Пейшенс резко повернулась и долго испепеляла Вейна взглядом.
— В чем дело? — допытывался Эдмонд.
Минни, сложив руки на груди, фыркнула и посмотрела на Вейна. Взгляды остальных тоже обратились на него.
— Дело обстоит так, — вздохнул он.
Он говорил, что тот, кто попытается поскорее вернуться из Лондона в Холл, вероятнее всего, и есть Фантом, и о том, что этот самый Фантом, вероятнее всего, ударил Джерарда
— Колби! Ну, знаете ли! — негодовал Генри. — Сначала он вырубает Джерарда, потом выставляет его вором, а после этого злорадствует с таким… таким… высокомерием! — Он одернул сюртук. — Рассчитывайте на меня. Мне очень хочется взглянуть, как Уиттиком получит по заслугам.
— Гениальная мысль! — улыбнулся Эдмонд. — Я тоже еду.
— И я! — отчеканил Генерал. — Наверное, Колби знал, что его сестра воровка. Или это был он. А комнату сестры использовал как тайник. Этот прохвост подговорил меня послать за сыщиками. Мне бы и в голову не пришло, если б не он. Повесить его!
Вейн опять вздохнул:
— Нет никакой надобности…
— Я тоже еду. — Агата Чедуик гордо вскинула голову. — Кто бы ни был вором, кто бы ни оболгал Джерарда, я хочу посмотреть, как восторжествует справедливость!
— Верно! — решительно закивала головой Эдит Суитинс. — Обыскали даже мою сумку для рукоделия, и все из-за вора. Мне очень хочется услышать его — или ее — объяснение.
Вейн понял, что спорить бесполезно. За несколько минут все обитатели дома, кроме Мастерса и миссис Хендерсон, приняли решение незамедлительно ехать за Уиттикомом и Элис в Холл.
Подойдя, к Минни и наклонившись, он процедил сквозь зубы:
— Я возьму с собой Пейшенс и Джерарда. Что касается остальных, я бы предпочел, чтобы все остались в Лондоне. Если же вам хочется в непогоду мотаться по графствам, организовывайте это путешествие сами. Однако, — вознегодовал он, — что бы вы ни решили, помните: подъезжать к дому надо по проселочной дороге, а не по главной. И не приближайтесь к дому. Не ходите дальше второго сарая.
Они обменялись воинственными взглядами, и Минни гордо вздернула подбородок:
— Там мы тебя и будем ждать.
С трудом сдержав поток проклятий, Вейн схватил Пейшенс за руку и потащил ее за собой. В коридоре он бросил через плечо:
— Захвати пальто. Пойдет снег.
— Встретимся снаружи, — сказала Пейшенс.
Через несколько минут она уже стояла внизу, ежась от холода. Вейн помог ей забраться в кабриолет и, сев рядом, погнал лошадей на Гросвенор-сквер.
— Итак, лед тронулся. — Девил улыбнулся Вейну, вошедшему в библиотеку. — Кто?
— Колби. — Вейн кивнул Джерарду, сидевшему на подлокотнике кресла рядом с Девилом. Сам же Девил расположился на коврике у камина.
Последнее очень удивило Пейшенс. Но, подойдя поближе, она увидела на коврике крохотное существо, махавшее кулачками и сучившее ножками. Широкие плечи Девила надежно защищали его от летящих искр.
Девил проследил за ее взглядом и усмехнулся:
— Позвольте представить вам Себастьяна, маркиза Эрит. Моего наследника.
Он
Пейшенс перевела взгляд на Джерарда. Юноша рассмеялся, когда Себастьян все же ухватился за палец.
— Вейн? — Все повернулись к появившейся на пороге Онории. — А, Пейшенс! — Она приветствовала ее так, будто они давно уже были родственницами, обняла и на секунду прижалась к ней щекой. — Что случилось?
Вейн объяснил ей все. Онория, ошеломленная, опустилась на кушетку. Пейшенс обратила внимание на то, что Онория не забрала ребенка у Девила и лишь изредка поглядывала на них. Когда Себастьяну надоело играть с отцовским пальцем и он, услышав голос матери, стал проситься к ней, Девил передал его Онории.
— Колби опасен?
Вейн покачал головой:
— Нет, в нашем понимании.
Пейшенс не надо было уточнять, каково их понимание. Девил встал, и создалось впечатление, будто комната стала меньше.
— Завтра мы уезжаем в Плейс, — с улыбкой объявил он. Если бы Вейн сказал об опасности, Девил обязательно бы отправился вместе с ним, — это ни у кого не вызывало сомнений. — Приезжай к нам, когда закончишь с делами у Минин, — предложил он.
— Обязательно, — поддержала мужа Онория. — Надо обсудить организационные вопросы.
Пейшенс изумленно посмотрела на нее. Онория улыбнулась, искренне, дружелюбно. Девил и Вейн устремили на женщин непроницаемые взгляды и со страдальческим видом переглянулись.
— Я провожу вас, — сказал Девил.
Онория, с Себастьяном на руках, тоже пошла провожать. Пока они в холле ждали Джерарда, отправившегося за пальто, малыш заинтересовался сережкой и принялся дергать ее. Заметив это, Девил, ни на секунду не прервав своей беседы с Вейном, забрал у жены ребенка и прижал его к груди. Малыш сразу же заинтересовался булавкой для галстука с бриллиантом. Воркуя, он радостно вцепился в нее и начал разрушать узел, называвшийся «Трон любви». Пейшенс была до глубины души потрясена тем, что никто — ни Девил, ни Вейн, ни Онория — не увидели в этом ничего особенного.
Час спустя, когда Лондон был далеко позади, Пейшенс все еще размышляла о Девиле, его жене и сыне. И об атмосфере тепла, уюта и радушия, царившей в их элегантном доме. Кинстеры воспринимали семью и то, что ей сопутствует — взаимную любовь и привязанность, — как нечто должное. Ей же так и не довелось узнать, что это такое.
Ее самой затаенной, пылкой и страстной мечтой было иметь семью.
Пейшенс посмотрела на Вейна и улыбнулась. С ним ее мечта осуществится. Она уже приняла решение и знала, что поступает правильно. Увидеть, как он играет с их сыном на коврике у камина, — это теперь ее главная цель.