Ключ
Шрифт:
— Заметка номер один. Не имею сейчас ни времени, ни желания фиксировать свои размышления на бумаге. Это, во-первых, требовало бы чётких формулировок, а во-вторых, я уже устал выписывать буквы, возясь с лабораторным журналом. Поэтому предпочту магнитную ленту. К счастью, я достаточно состоятелен, чтобы позволить себе любые приборы, изобретённые на данный момент, пусть даже это штучные экземпляры, не поступившие в серийное производство. Да и поступят ли — вопрос спорный, если учесть, с каким бешеным напором подходит к делу синклит…
Рассказчик взял паузу, и несколько секунд катушка прокручивалась
— Анализируя сообщения прессы на эту тему, отрывочные и путаные, я укрепляюсь в мысли — новая верхушка синклита не стесняется в средствах. Подкуп, шантаж дельцов и чиновников — всё это применяется активно и повсеместно… Маги, выбравшие змею своим символом, идут к цели, как бы абсурдно она ни выглядела. Они отвергают и обычную технику, и её синтез с магией. Верх идиотизма! Ведь именно на стыке двух сфер возможны интереснейшие открытия и бытовые новшества, которые найдут спрос. Примером тому — приборы у меня в кабинете, автомобиль в моём гараже. Но нет, синклит отметает любой компромисс с порога…
Переведя дыхание, он продолжил:
— Впрочем, я отвлекаюсь. Возможность надиктовывать свои мысли, не стремясь к лаконизму, несколько расслабляет. А когда речь заходит о выкрутасах синклита, я, к стыду своему, мгновенно теряю выдержку, столь необходимую трезвомыслящему учёному. В последнее время это происходит всё чаще. Хотя синклит тщательнейшим образом оберегает свои секреты, кое-что всё-таки просачивается наружу, и у меня волосы встают дыбом. Некоторые «змеиные» маги, наиболее сильные, похоже, всерьёз используют минерал, воздействующий на разум. Такие слухи циркулировали и раньше, но мы воспринимали их как досужие байки, околонаучный фольклор. Однако теперь…
Мы с Хильдой ловили каждое слово. Хозяин дома, похоже, решил перейти к конкретике.
Глава 6
— Аппаратура в моём подвале отлажена, — произнёс записанный голос. — Серия предварительных тестов подтвердила её функциональность. Теперь я могу регистрировать не только локальные завихрения Мирового течения, но и процессы в масштабах материка — ведь именно на этом уровне, как я предполагаю, сейчас проводятся эксперименты синклита, хотя их конкретное содержание мне пока непонятно. Да, «змеиные» маги действуют с невиданным доселе размахом. Этими опасениями я поделился с Большой научной коллегией, но мои аргументы вызвали скепсис. Отчасти я сам виноват — моя репутация чудаковатого богача и затворника мне мешает. Ну что ж, единственный выход — предъявить им неопровержимые факты. Этим я и займусь.
На этот раз пауза затянулась надолго. Я уже собирался перемотать вперёд, но голос вернулся. Теперь в нём явственнее сквозило волнение:
— Вторая заметка. События ускоряются, приводя меня в замешательство. И всё же потрачу пару минут на запись — это поможет немного упорядочить мысли, как я надеюсь… Итак, сегодня утром я задействовал регистрирующую аппаратуру на максимальную мощность. И почти сразу уловил масштабные колебания над континентом. Это напоминает шторм, а его источник находится где-то над океаном. Но это не природная аномалия, готов спорить. Поэтому я связался с давним знакомым из Министерства заморских дел.
Слова рассказчика зазвучали быстрее, он торопился:
— И ещё кое-что меня теперь беспокоит. Моя аппаратура работает на приём, не вызывая заметных всплесков, но нельзя исключать, что маги синклита всё же сумеют её засечь. Ничего хорошего мне это не сулит, и я опасаюсь здесь оставаться. Решение мне не нравится, но не вижу разумных альтернатив. У меня подготовлен страховочный вариант на подобный случай, придётся его использовать. Сейчас я включу экранирующее поле. Дом будет законсервирован и, в некотором смысле, сотрётся из восприятия. «Змеиные» маги, по крайней мере, не смогут его найти. Ну, а я…
Вздохнув, он быстро закончил:
— А я возьму задокументированные результаты своих исследований и попробую передать их тем, кто облечён властью, но не связан с синклитом. Может, мне повезёт. Да, медлить нельзя — не хочу больше терять ни минуты…
На этом запись оборвалась.
Мы уставились друг на друга, обдумывая услышанное, затем Хильда сказала:
— Не удивлюсь, если он специально оставил эту катушку, чтобы её нашли противники «змей». Или просто слишком спешил… И всё это было, видимо, четырнадцать лет назад, когда змееглазые включили свою «антенну». Как думаешь, он успел кому-нибудь рассказать? У него ведь большие связи, влиятельные знакомые…
— Успеть-то успел, наверное, но изменить ситуацию они уже не смогли. Ну, судя по тому, что мы сейчас наблюдаем… Значит, он, как и мы, считал, что возня на острове направлена против немагических технарей. Но тоже не понял, что там конкретно мутят «змеюки»…
— Как-то жутко всё это…
— Согласен, няша.
Я поворошил бумаги на столе — машинописные тексты с формулами, газеты с чёрно-белыми фотографиями незнакомых людей, толстые журналы заунывного вида. Может, в этих залежах даже были подсказки.
— Мы с тобой — самые лоховатые шпионы в истории, — сказал я. — У нас куча информации, но прочесть её мы тупо не в состоянии.
— Может, надо забрать бумаги с собой? На хабе специалисты в них разберутся. Или у тебя появился какой-нибудь другой план?
— Пока план очень простой — сидеть и не рыпаться. Более надёжное место придумать сложно. Змееглазые нас не видят, а если наши ребята всё-таки прилетят, то вызовут нас по рации. Радиосигналы сюда, насколько я понимаю, вполне проходят.
— Да, наверное, это самый разумный выход.
— Может, тут и еда найдётся. Ну, в смысле, сохранилась в какой-нибудь техномагической консервации. И воду проверим — у него здесь, подозреваю, скважина…
Но проверить мы не успели.
Хильда вдруг замерла, прислушиваясь:
— Новые всплески, очень неприятные… Кажется, это «змеи»… Каким-то образом нас выследили, по-моему…
— Валим!
Я схватил её за руку и потащил к двери. Но едва мы выскочили из кабинета, как во дворе раздался вопль «птеродактиля». Летуны садились у входа.