Ключ
Шрифт:
— Давно ты этим увлёкся?
— Байк у меня — три года. Мне отец подарил на совершеннолетие — я как раз тогда первый курс закончил. Ну, типа, стало ясно, что я нормальный чувак, а не конченый раздолбай. И даже среди лучших на курсе… Блин, он же ещё не знает, что меня из Академии выперли…
Хильда посмотрела сочувственно:
— Представляю, как ты расстроился, когда тебе сообщили об отчислении.
— Выпал слегка в осадок, ага. Но потом приехал на хаб, встретил там блондиночку, которая ходила с задранным носом, и мысли переключились.
—
— Ну, ничё так. Сойдёт для сельской местности.
— Куртуазный ты наш.
Мы сели в межосевое такси, которое покатило по Ленинградке. Я зацепился взглядом за огромный рекламный щит, установленный у дороги. Нам улыбалась красотка с прямыми тёмными волосами и бронзовым загаром — типаж, распространённый в «индейском» мире. Она смотрела серьёзно, но в уголках губ таился-таки намёк на улыбку. На заднем плане виднелась прерия, над которой парил гигантский орёл, окружённый прозрачным маревом. Внизу была подпись: «Тур за пределы воображения. Предзаказ».
— Турфирмы подсуетились, — констатировал я. — Через мост — автобусом, видимо. А вот дальше как? Автострад я на той оси не припомню.
— Портальные арки, — сказала Хильда. — Они там в главных туристических точках. У Великого водопада, к примеру. Мы, кстати, там тоже были с Вэллой и Полем. Я им старалась самое интересное показать.
— Таланты у тебя, смотрю, прорезаются один за другим. Штурман-экскурсоводша-сводня. Плюс лыжница с голой попой.
— Да, я догадывалась, что именно в этом последнем качестве я тебя впечатлила больше всего.
На хабе возле ямщицкой башни мы вдруг увидели Тэссу с Лорой. В местном медиа-ландшафте они уже чувствовали себя по-хозяйски — стояли с радиомикрофонами, ведя репортаж, и одновременно позировали фотографам.
— Итак, — говорила Тэсса в маково-красном облегающем платье, — мы только что побывали в самом романтическом ведомстве всех осевых миров. Сотрудники здесь умеют поднимать паруса, чтобы ловить магический ветер. Ты поняла, как это работает?
— Пока нет, — ответила Лора в ярко-жёлтом наряде, не менее облегающем. — Магия — слишком странная штука, но мы обязательно попытаемся разобраться. Найдём на хабе самых главных экспертов и обо всё расспросим. Но это — в одном из следующих выпусков эксклюзивной программы «Две любопытные чужестранки». До новых встреч!
Прямая трансляция завершилась. Ассистент забрал микрофоны, а две звезды раздали автографы случайным зевакам, помахали всем ручкой и продефилировали к небольшому автобусу, у которого на борту была нарисована стилизованная радиовышка.
Мы с Хильдой туда ломиться не стали, решив, что звёздности у нас не хватает. Зато поблизости мы заметили Гленну, нашу преподавательницу. Она, очевидно, вышла полюбоваться бесплатным шоу.
— Ну что, снежинка, — сказал я, — давай попробуем тоже задать вопросы.
Глава 20
Гленна,
— Можно было не сомневаться, что без вас тут не обошлось. Одна из этих бойких девиц обмолвилась, что у неё среди ямщиков есть беленькая подружка, которая им подсказала сюда дорогу.
— Мы, конечно, предвидели, — сказал я, — что барышни развернутся, но их карьерный взлёт даже нас пугает. Через неделю-другую их стопудово сманят на восточную ось или сразу к нам. Короче, туда, где есть телевизоры.
— А у вас-то как настроение? Отдыхаете?
— Отдыхаем по мере сил, — подтвердила Хильда, — но есть вопрос, который нам не даёт покоя, про хаб и оси. Подскажешь нам? Ты ведь как раз теоретик.
— Подозреваю, что вопрос у вас какой-нибудь каверзный, но я постараюсь. Давайте сядем и поболтаем. Вы, кстати, пообедали? Нет? Тогда пойдёмте в столовую, пока она не закрылась.
Столовая уже почти опустела, только в дальнем углу сидели двое парней-студентов, с которыми на занятиях я мало общался, а по соседству с ними — кто-то из персонала башни. Мы набрали еды и сели за стол.
— Итак? — поощрила Гленна.
— Вопрос, по-моему, напрашивается, — сказал я. — Почему, собственно, на хабе только восемь мостов? А если попадутся ещё миры, которые способны пристыковаться?
— И в связи с этим же, — добавила Хильда, — я вот задумалась… «Змеи» отщепили свою ветку развития от технической, которая и стала в итоге недостающей осью. Значит, «змеиный» мир уже не имеет шансов пристыковаться к хабу? И даже в будущем, если у них что-то изменится к лучшему? Но ведь это нечестно…
— Давайте рассуждать по порядку, — сказала Гленна. — Все миры развиваются. Где-то этот процесс замедлен, практически заморожен по каким-то причинам, где-то идёт галопом. И да, есть шанс, что мир с нездоровым социумом всё же нащупает правильную дорогу. Тимофей подтвердит на примере своей оси.
— Есть такое дело, — кивнул я. — Меня уже Хильда спрашивала про нашу историю. У нас тоже творилась всякая дичь. Долбанутых магов не было, правда, но хватало своих придурков. И только к началу прошлого века нам повезло, мы нашли тропинку и вылезли из болота. Грызня потихоньку стихла — и между странами, и внутри. Поэтому вполне допускаю, что и в том мире, где вырос Полоз, «змеюки» сойдут со сцены в конце концов…
— Тут я бы уточнила, — сказала Гленна. — Важны не только «змеюки» как таковые, но и общая атмосфера в обществе. Чтобы для «змеиных» методов просто не было питательной почвы.
— Окей, не спорю. Вот атмосфера, допустим, стабилизировалась. Общество дозрело до подключения к хабу — но мосты уже кончились. И как быть?
Задумавшись ненадолго, Гленна оглядела наш стол:
— Тут, пожалуй, имеет смысл показать наглядно, проиллюстрировать. Но сначала давайте уж доедим, освободим тут место — будет удобнее.