Ключи от рая
Шрифт:
На улице было еще темно. Я взглянул на Игоря.
– Подъем?
– Да, черт бы их побрал…
Игорь сонно взглянул на меня, потом зевнул. Тусклый свет фонарей придавал всему происходящему какую-то нереальность, вяло шевелились невольники, охранники вытягивали цепь. Я проследил за тем, как змейка цепи, звеня суставами-звеньями, выскользнула из кольца моих кандалов, с трудом поднялся на ноги. Все тело болело – болело так, как никогда в жизни. Казалось, меня пропустили через шестерни неведомого механизма, каждая клеточка тела просила отдыха. И еды – я ощутил зверский голод.
– Утром
– Нет. По куску за мешок. Не будешь работать – сдохнешь.
Игорь явно был не в духе, я предпочел пока оставить его в покое. Потом поговорим, когда будет время.
На улице было все так же темно, лишь узкий клочок неба на востоке, зажатый отвесными склонами каньона, слегка посветлел, возвещая приближение рассвета. Не прошло и десяти минут, как я уже стоял перед своей норой с фонарем в одной руке и мешком в другой. Устало вздохнул и полез внутрь.
Кирка лежала метрах в трех от входа. Взяв ее, я полез дальше. И чем дальше я лез, тем неукротимее становилась моя жажда свободы.
За день мне удалось наковырять четыре мешка золотоносной породы. Мог бы и больше, но золотая жила стала уходить куда-то вверх, пришлось вырубать массу пустой породы и таскать ее наружу, в отвал, это здорово замедляло работу. В целом я оценил местную организацию труда довольно высоко, все было придумано на редкость умно. Не существовало никакой нормы, стимулом к работе служил голод. Я заработал четыре кусочка хлеба, они показались мне каплей и не смогли утолить голода. Глядя на истощенные тела рабочих, я хорошо представлял свою дальнейшую судьбу. На моих глазах один из рабочих упал и уже не смог подняться. Охранники оттащили его в сторону, осмотрели, один из них вытянул из ножен меч. Я увидел, как сверкнуло лезвие, – судя по всему, уже виденный мной на плоту способ съема кандалов был здесь вполне обычным делом. Шум водопада заглушил крики обреченного. Его столкнули в воду, охранник не спеша вымыл лезвие меча. Подойдя к одной из нор, Уно ладонью стер крестик.
Увиденное произвело на меня неизгладимое впечатление. Работая, я не прекращал думать о побеге. Более того, я понимал, что бежать надо как можно скорее. Питание явно не восполняло энергетических затрат, с каждым днем я буду становиться слабее, – а значит, все призрачнее будут мои шансы на удачный побег. Именно поэтому, вылезая из забоя с мешком золотоносной руды или пустой породы, я каждый раз слегка задерживался наверху, внимательно осматривая местность. Я не знал еще, как отсюда выбраться, но понимал, что удобнее всего это сделать вечером, после работы. Может, Игорь и в самом деле придумал что-то дельное. Вдвоем все гораздо проще.
Когда снова раздался бой колокола, возвещавший о конце рабочего дня, я оставил мешок и кирку, подхватил фонарь и полез к выходу, мысленно репетируя детали предстоящего побега. Ведь все произойдет именно так, бежать надо после работы – в нашем распоряжении будет примерно полчаса, прежде чем нас хватятся. Если, конечно, мы уйдем тихо. Только как отсюда выбраться?
Снаружи уже стемнело, я огляделся. Итак, если погасить фонарь и пойти вон туда, к отвалам пустой породы, то можно спрятаться, там темнее всего.
Долго задерживаться было нельзя, я побрел в сторону пещеры, пытаясь высмотреть Игоря. За день мне так и не удалось с ним толком поговорить: несмотря на то что его забой находился рядом, мы встретились всего один раз.
Увидел я его только в пещере. Игорь выглядел слегка возбужденным – похоже, горел желанием поделиться своим планом. Я растянулся на сене, он тут же придвинулся ко мне.
– Можно попробовать сбежать, – тихо прошептал он. – Должно получиться.
– Как? – спросил я, незаметно оглянувшись по сторонам.
– Есть способ… – Игорь замолчал, увидев вошедших охранников. Пропустив цепи через кандалы пленников, они удалились, Игорь снова придвинулся ко мне. – Я сегодня снова целый день думал. Выйти можно только через ворота, другого пути нет. А там охраны полно, не прорваться. Но можно по-другому… – Игорь снова настороженно огляделся. – Опасно, но может получиться. Надо захватить Марка в заложники, он у них главный. Тогда нас выпустят. А там мы его бросим – и в лес.
Я задумался. План и в самом деле был рискованным, но, в принципе, мог сработать.
– Он ночует в большом доме?
– Да, ему обычно бабу какую-нибудь привозят. Там сзади дверь есть, и всего один охранник. Я отвлеку его на себя, а ты стукнешь сзади. Меч заберем, схватим Марка – тогда нас выпустят.
В целом все выходило довольно сносно, однако кое-что меня все-таки смущало.
– Только мы вдвоем? Может, еще кого взять?
– Да боятся они, – зло процедил Игорь. – За побег ноги отрубают, будешь потом на карачках с лотком ползать, золото мыть – если сразу не сдохнешь. Но у нас все получится, вот увидишь. Решайся…
Говоря откровенно, я не был до конца уверен в том, что у нас все получится, червяк сомнения продолжал грызть мою душу. Но вряд ли у меня будет другой шанс отсюда выбраться.
– Хорошо… – сказал я, отбросив сомнения. – Когда?
– Завтра вечером, – очень тихо ответил Игорь. – Чуть задержись после гонга, встретимся у отвала. Потом проберемся к дому Марка.
– Но ты точно придешь? – Я взглянул на Игоря.
– Обижаешь… А сейчас спать.
Игорь отвернулся. Я смотрел в потолок пещеры и думал о том, что завтра, возможно, я обрету свободу. Или умру. Хотя, если подумать, смерть – это тоже свобода. Полное освобождение. Окончательное.
Этот день во всем походил на предыдущий. Мне удалось вытянуть на поверхность целых шесть мешков золотоносной руды: то ли я освоился с этим делом, то ли меня подстегивал азарт предстоящего побега. Мог бы нарубить и больше, но часа за два до конца работы я отбросил кирку и растянулся на холодном полу забоя, подоткнув под голову мешок. Надо было отдохнуть, ведь этим вечером силы мне понадобятся. Съев последнюю пайку хлеба, я лежал и ждал удара колокола. Я был готов к нему, и все равно он прозвучал неожиданно. Задув фонарь, я подождал еще минут пятнадцать, после чего подхватил кирку и на ощупь пополз к выходу.