Ключи от рая
Шрифт:
Снаружи было тихо и темно, где-то у пещеры слышались голоса. Оглядевшись, я пригнулся и потихоньку пробрался к куче пустой породы.
– Сюда… – послышался совсем рядом тихий голос Игоря. – Я здесь…
Он сидел, прячась за кучей, в руках у него я увидел массивный железный прут – тот самый, которым Уно бил по колоколу, возвещая об окончании рабочего дня.
– Держи… – Игорь передал мне железяку. – Хорошая штука, удобная. А кирку оставь.
Я положил кирку, думая о том, что у Игоря, похоже, все продумано. Это вселяло надежду.
– Пошли… –
Так оно и было. К моему удивлению, мы спокойно миновали нашу пещеру, обойдя ее вдоль противоположной стороны каньона, столь же удачно разминулись с парой охранников. Впрочем, охранников выдавали громкие голоса и смех, поэтому пройти мимо них не составляло труда. Так, время от времени останавливаясь и прислушиваясь, мы добрались до уже знакомого мне дома.
В окнах на втором этаже был виден свет, у парадного крыльца расположилось два боевика. А позади дома…
Позади дома, как и обещал Игорь, находился всего один охранник. Он сидел у двери на ступеньках и тихо напевал какую-то мелодию.
– Я обойду его вокруг, – прошептал Игорь. – А ты доберись до угла. Когда увидишь, что он встал и пошел ко мне, действуй…
Игорь ободряюще хлопнул меня по плечу и исчез в темноте. Хороший он все-таки мужик…
Дав Игорю уйти, я осторожно пробрался к дому, чувствуя, как колотится сердце, – в такую ситуацию я попал впервые. Сжав дрожащими руками ржавую железяку, осторожно выглянул из-за угла. Отлично, охранник не заметит меня из-за навеса, к тому же там какие-то тюки. Остается ждать.
Долго ждать не пришлось: охранник встрепенулся, встал, его ладонь коснулась рукояти меча. Медленно пошел вперед, туда, где сейчас должен быть Игорь. Моя очередь – я вышел из-за угла, на цыпочках быстро подкрался к охраннику и вскинул железяку…
Увы, опустить ее на голову охранника мне не удалось. Рядом что-то коротко свистнуло, в глазах у меня сверкнуло. После чего и без того темная ночь стала совершенно черной.
Очнулся я оттого, что на меня вылили ведро воды. Приоткрыл глаза – вокруг стояли люди, двое из них держали в руках фонари. Перевел взгляд и увидел Марка.
– Вставай… – послышался чей-то очень знакомый голос, я ощутил пинок в бок.
Интересно, который раз меня уже поднимают столь деликатным способом?
Перевернувшись на живот, я встал на четвереньки, кое-как поднялся. Голова раскалывалась – не иначе, меня чем-то стукнули. Приподнял голову – и оторопел.
Передо мной стоял довольный Игорь, его лицо сияло.
– Видите, господин Марк, – произнес Игорь, – все так, как я и говорил. Он хотел убить вас вот этой железякой. – Игорь толкнул ногой все еще лежавший на земле металлический прут.
– Я всегда держу обещание, – сказал Марк. – Отпустите его.
– Да благословит вас Бог, господин Марк! – выкрикнул Игорь, двое охранников тут же оттеснили его в сторону. – Да будут долгими ваши дни!
Шорох ног, удаляющееся пламя фонаря. И злые холодные
Только сейчас я начал понимать, что именно произошло. Не иначе, мой новый друг меня попросту подставил. Ну да, его отпустили – только что, на моих глазах. Он получил свободу – ценой моей жизни. У меня не было никаких сомнений по поводу моей дальнейшей участи.
– Покараульте его до утра, – сказал Марк и сонно зевнул. – Завтра с ним разберемся… – Он повернулся и вошел в дом.
– Пошел… – Один из охранников грубо толкнул меня в спину, я послушно шагнул вперед.
Меня привели к одному из соседних домиков, это оказался каменный сарай без окон, с плоской крышей. Внутри стоял густой сумрак. Хлопнула за спиной тяжелая дверь, глухо прогремел засов, я остался один на один со своими мыслями.
Мысли были муторными. Опустившись на четвереньки, я ощупал пол, наткнулся на солому. Лег, обхватив голову, и закрыл глаза.
Никогда раньше я не сталкивался с предательством. И теперь, лежа в этом каменном склепе, не мог понять, как это могло произойти. Ведь свой, почти земляк, я бы за него жизни не пожалел. Правду говорю, не для красного словца – в моем положении можно говорить только правду. А он предал. Это не укладывалось в сознании, я пытался представить, что чувствует сейчас Игорь, – и не мог. Да, отпустили его, свободу дали. И не узнает никто никогда о его предательстве, ведь завтра меня уже не будет. Да, никто не узнает. Ну а как же он сам, как ему жить после этого? Неужто не шевельнется у него в душе ничего, неужели не станет ему тошно – от осознания подлости своей, низости и продажности? Как жить ему с этим – вот в чем вопрос…
А может, и проживет. И душа у него болеть не будет, потому как нечему болеть. Ведь предупреждал меня Уно: не верь никому. Не послушался я его, забыл об этом. Думал, своего встретил…
Такая вот жизнь. Эй, вы, Боги, где вы там? Что-то не вижу я, чтобы вы со мной были. Впрочем, глупо на вас обижаться. Не вы виноваты, сам вляпался. Самому и расхлебывать.
Когда я проснулся, сквозь щели в двери пробивался солнечный свет. Все правильно, зачем им меня подымать затемно. Уно ведь говорил, что казнь должна быть показательной, а в темноте никто ничего не увидит.
Словно подтверждая мои мысли, загремел засов, дверь открылась.
– Выходи…
Поднявшись, я медленно вышел из дома, щурясь от яркого света. Высоко уже солнышко. А охраны сколько…
– Руки…
Я покорно протянул руки, один из охранников тут же туго скрутил их ремнем. Больно, но ничего. Это ненадолго.
– Шагай…
Шагаю, а куда денешься. Интересно, куда меня ведут?
Ответ на этот вопрос я получил очень быстро: меня вели как раз туда, где я работал. Ну, еще бы, мои коллеги по рабству должны видеть, что происходит с теми, кто пытается сбежать. Хотя нет, мое преступление хуже – я ведь, если верить Игорю, покушался на жизнь этой бородатой сволочи. Отсекут голову? Да разве я против? На кой мне сдалась такая жизнь…