Книга Иджила

Миллс К. Дж.

— Наверное, охотник, — сказала Рец, — пересек нашу тропу южнее и шел за нами, ожидая удобного момента. Наверное, из Дома Коннора. Вот почему он был один. Он бежал оттуда сюда и знал эту часть реки. — Она оглядела лица мужчин. — Проверьте оружие, — сказала она, — и зарядите или убедитесь, что лезвия острые. Возможно, потом на это не будет времени.

Иджил сомневался в версии о рабе-охотнике, но группе не сказал ничего. Позже он спросил Рец, что бы мог делать раб в Зоне Мерзлоты, где никто не ходит. Она покачала головой, ей не хотелось думать об этом. Между тем она приказала группе держаться вместе. Они шли на север. Никто не отставал. Никто не

пытался охотиться. Разговоры стихли.

Иджилу хотелось подумать одному, но Рец наверняка не разрешила бы, поэтому он даже не просил об этом. Она была права. Риск остаться одному без защиты, когда рядом противник, был слишком велик. Предосторожности Рец заставили Иджила оценить всю важность мелочей и деталей, анализируя которые он получал важную дополнительную информацию. Теперь Иджил должен был разгадать ситуацию без этой помощи. «Если сюда приходят рабы-охотники, никто из поселян не может быть в безопасности, — думал Иджил. — Эти люди уже дорого заплатили за свою свободу. — Иджил покачал головой. — Обычно это не слишком образованные люди. Они знакомы с географией Старкера еще меньше, чем я. Они знают только своих соседей».

В группе пропавших каждый хорошо знал эту местность. Каждый член отряда выбирался именно поэтому. Они знали, какое несчастье для раба-охотника, которым мог стать Свободный или младший сын самого малого Дома, оказаться на территории, где нет никого и ничего живого, как было известно каждому Гхарру и Свободному. Пришелец, причастен он или нет к пропаже дозора, не может быть охотником. Иджил опять мечтал о тихом месте и достаточном времени для размышления. В полдень они подошли к скалам, которые Иджил узнал. Но здесь не было никаких признаков присутствия человека. Иджил хотел пройти их сразу, но трое в группе просили вернуться. Они сказали, что ушли слишком далеко от дома. Рец сказала им, что они не получат проводника на обратный путь.

— Мы обещали Ансу, — продолжала она, — проводить чужеземца до знакомых ему мест.

Рец проверила безопасность ребенка, давая понять, что это ее последний, и шагнула на скалу. Никто не отставал. Должно быть, услышав шум, Рец бросилась на камни. Огненная трасса прошила пространство там, где только что была она. Остальные бросились врассыпную. «Теперь мы знаем, куда делся дозор», — сердито проворчал Иджил, ныряя за ближайшую огромную скалу. Рец лежала очень тихо, но ребенок, испуганный внезапным падением, пронзительно кричал. Иджил лихорадочно думал, чем можно им помочь. Рец стала великолепной мишенью, а ведь пошла с ним, чтобы ему помочь. Это была не ее битва, а Карна и Иджила.

Разъяренный тем, что даже среди этих несчастных беженцев нашелся шпион, Иджил вскочил и начал поливать из станнера скалы на другом берегу.

— Беги, Рец!

Вряд ли он убил снайпера, но этот огонь давал Рец возможность добежать до скалы и укрыться за ней вместе с ребенком.

Женщина поднялась, перекинула ребенка вперед на грудь и побежала зигзагами к большой скале, где стоял Иджил. Желтый огонь лучемета и яркие голубые вспышки станнера сопровождали ее. Значит, это был не Харлан на том берегу. Иджил искал источник луча. Один из поселян вскочил и выстрелил из старинного оружия по скалам, откуда бил чей-то станнер. Скала брызнула осколками. Еще один станнер ответил на его выстрел. Поселянин свалился на землю. Кто-то подполз к погибшему и оттащил его вместе с оружием за камни. Иджил взглянул на Рец. Она судорожно осматривала затихшего мальчика.

У Иджила мелькнула мысль, как ей удалось успокоить дитя,

если на Болдере дети плакали, пока не останавливались сами, что бы ни делали взрослые.

Иджил услышал крик другого поселянина, когда кусок скалы стал оседать. Он рухнул на берег. Иджил оглянулся. Солдат в черно-белой клетчатой форме Дома Одоннела пытался пробежать по обломкам камней. Иджил выстрелил в него. Человек упал, и его лучемет скатился в реку.

«Мы окружены, — подумал Иджил, — и их много».

Он обернулся на глухой возглас Рец. Она боролась с солдатом Одоннела, огромным детиной, который пытался наступить на ребенка.

«Очевидно, для него ребенок не стоит удара лучемета», — подумал Иджил.

Иджил подкрадывался, выбирая место, откуда можно ударить, не повредив Рец. Если бы не ребенок, он использовал бы станнер для обоих, а потом прикончил бы вояку, но он припомнил, как близко он был, стреляя в Скади и ее сестру зарядом, который даже не потревожил их мать. Нет, ребенок не выдержит заряда, нужного для взрослого.

Солдат Одоннела забыл о ребенке, пытаясь держать Рец между собой и станнером Иджила. Но сам он старался освободить от Рец свою руку с лучеметом. Женщина жестоко боролась и мешала ему выстрелить. Вдруг едва заметным движением она наклонилась к нему, выхватила его кинжал из ножен и вонзила ему в бок. Он взглянул изумленно, отпустил ее плечи и схватился за рану. Он посмотрел на свои окровавленные пальцы, а затем на Рец. В его взгляде читался ужас и ненависть. Рец вырвала лучемет из его руки, повернулась и направила его на человека, бегущего по скалам на другом берегу.

Иджил, вздрогнув, пришел в себя. Он уставился как новичок, тогда как Рец повернулась спиной к раненному врагу, ведь она была совсем неопытным бойцом. Иджил выстрелил в солдата Одоннела из станнера, убедился, что он мертв, и кинулся к ребенку. Он быстро схватил ребенка с одежками, укутал его и уложил за камнями, вдали от глаз и пальбы. Он выстрелил в клетчатую униформу, обладатель которой связывал руки Рец на спине. У солдата не может быть уважительной причины, чтобы угрожать жизни женщины.

Иджил всмотрелся в скалы на противоположном берегу, откуда по-прежнему били лучи. Сколько их там? Как они узнали, что Иджил со спутниками шли сюда? Как они узнали, где ждать? Лучемет ударил по вершине камня, опалив мех на парке Иджила. Он спрятался и стал оглядывать край скалы. Везде можно укрыться. Где-нибудь еще, где люди до сих пор ведут войны, бой перешел бы в оборону с обеих сторон с незначительными потерями, пока у одной стороны не закончится провиант и вода. Но Гхарры скорее покинут безопасное убежище, свой подземный замок или казарму и будут сражаться, как это делают солдаты Одоннела. Огонь с обеих сторон ослабевал. Сверкнул луч, кто-то вскрикнул, и стрельба прекратилась. Иджил втащил Рец за скалу и знаком приказал не шевелиться. Он увидел, что лицо ее было искажено ужасом и по щекам катились слезы. Она подняла малыша на руки и, прижав его к груди, положила на него свою голову.

Иджил замер на несколько секунд. Тишина. Он осматривал каждое дерево и скалу. Никакого движения, никаких звуков, кроме шума реки. Он оглядел подножия скал. Четверо солдат Одоннела и двое поселян лежали на камнях. Без движения. Среди них была женщина. Иджил подождал немного. Он полз на животе, впервые в жизни сожалея о своем огромном росте. Он осмотрел все тела. Пятеро мертвы. Женщина стонала. Иджил подтащил ее к скале, где ждала Рец. Женщина чуть приподнялась на ноги и побежала. Никто не стрелял в нее.