Книга Иджила
Шрифт:
Орконан оторвал глаза от бумаг. Его взгляд был тяжелым.
— Ваш отец лишил вас своей милости, Карн. Могут уйти годы, чтобы доказать, как он ошибался на ваш счет.
— А между тем?
— Между тем, вы делаете лучшее из того, на что способны. Вы спрашиваете моего совета об этом письме из Дома Арнетта?
— Да, я думаю. Кого еще могу я просить? Бринд ушел. Вейсман всегда был только клерком. Эмиль фон Шусс — возможно, я поговорил бы с Эмилем, но это должен быть личный визит.
— Проблемы с теми, кто лезет в три-д сигнал?
Карн кивнул.
— Я научусь когда-нибудь жить так? Когда-то я умел. Я должен был, но сейчас я так
Орконан смотрел на Карна очень серьезно. Его лицо меняло выражение, как будто ему было очень трудно сказать то, что он хотел.
— Вы исполняете свой долг перед Домом и Семьей, милорд Я всегда буду восхищаться вами за это.
Карн зарделся.
— Спасибо, Тан. Это многое значит для меня. — Его голос дрожал.
Орконан обратился к бумагам на столе и минуту их листал с шумом.
— Насчет Лизанны Арнетт…
— Что вы думаете?
— Я думаю, она последняя из больной линии. Хуже, линия дает очень редко девочек. Очень редко. Это выход здесь, Карн? — Карн глянул на него.
— Хорошо, хорошо. Девушки. Браки. Престиж. Видимый знак того, того… Я не могу найти нужного слова. Знак того, что ангелы держат вас в своих ладонях. Дом Харлана создал огромное число союзов, выдавая замуж девушек.
— Так посмотрел задумчиво. — Можете вы найти жену из sourse Харлана?
Губы Карна искривились в усмешке.
— Где этот Дом найдет средства для одного корабля Совета, если связи Харлана в Совете не предотвратили аренду одного из них?
— Вы можете попытаться, Карн. Закладные Фермы-3 выплачены. Возможно, вам стоит попытаться, милорд.
Рот Карна искривился еще сильнее.
— Какое унижение будет хуже для моего Дома: быть низложенным в Совете или взять в жены такую, как Лизанна Арнетт?
Иджил заснул, как иногда бывает в Видении. Когда он проснулся, лес переливался зеленью и золотом в предзакатном солнечном свете. Он сел медленно. Он сжимал и разжимал руки, чтобы убедиться, что может двигаться. Он осмотрелся. Здесь, почти на уровне земли, Иджил разглядел цветы, распустившиеся под редким теплом лета в Зоне Мерзлоты. Какой-то маленький зверек возился рядом под иголками с легким шуршаньем. «Землеройка или полевка, или эквивалент», — сказал себе Иджил. Он заглянул в ранец. Харлан, оказывается, забрал только то, что видел Иджил.
Иджил поднялся, стряхнул с себя сухие иголки и пошел вниз по склону. Харлан упорно шел к степям перед Домом Коннора.
Иджил решил действовать так, как подсказывало ему Видение. Иджил отметил про себя с горечью, что действительность несколько не похожа на Видение, особенно то, что касается Харлана, идущего впереди на целый день. За секундную неосторожность он потерял Харлана и собственную свободу. Даже если он снова поймает его, что он, безоружный, сможет сделать? У него остался топор, которым можно только убить! Это лишь дело времени, и Наблюдатели увидят, что случилось, и возвратят его.
Спускаясь ниже и ниже, Иджил дальше и дальше вспоминал минуты до того, как Харлан выстрелил в него. Он не видел, что бы еще он мог сделать. Если бы он сначала оглядел эту рощицу, он увидел бы, что на склоне не было следов. А может быть, Харлан оставил один… Или, может быть… Он шел уже несколько часов и все это время вспоминал последние сутки. Он не знал, что еще он мог бы сделать.
Сразу после восхода следующим утром Иджил сел, укрывшись, у подножия скалы на южной стороне перевала. Он слышал ночью пролетающие флайеры. Один из них пролетел
Утренний воздух был влажным и холодным, трава и камни были мокрыми от росы. Невдалеке когда-то упавшая скала усеяла землю глыбами и обломками разных размеров. Поток гравия и мелких камней заполнил промежутки между крупными обломками и щебнем и спустился, образуя дельту шириной в четверть километра. Дальше шел пологий склон этой горы и невысокая гора, затем предгорья, а там уже степи Коннора, Нирана и Йорка, желто-зеленые и охристо-коричневые вдали.
Иджил поднялся и вышел из тени, падавшей от скалы, чтобы рассмотреть склоны внизу и дальше подножия холмов. На широких лугах у подножия холмов паслись стада, черными и коричневыми пятнами выделяясь на желто-зеленом фоне. Как думает Харлан пробраться незамеченным через открытое пространство? Как пастух? Иджил не представлял себе, что Наследник Харлана опустится до переодевания в крепостного, даже, чтобы спасти свою жизнь.
Иджил вздохнул. Он может попробовать еще раз погрузиться в Видение, но пока он не узнает ландшафт, Видение Харлана в этот момент не поможет найти его. Последний раз, когда он пользовался Видением для ориентировки, господь послал ему Анса-кузнеца. И вот после удача покинула Иджила. Бог больше не помогает ему, и не разгадать, что же случилось. Иджил остановился, оглядел дикие скалы и лес и почувствовал жуткое отчаяние. Как он в этом снова отыщет Харлана? Неужели он навсегда останется в подземелье из-за одной глупой ошибки? Неужели его мечты о своем месте в семье разбиты навсегда?
Тихий внутренний голос бранил его: «У тебя прочное место в семье. Тебя так же любят и ты нужен, как и все остальные. Известен ты или нет, знаменит или нет, для них не имеет значения».
«Но это имеет значение для меня», — прошептал Иджил. Он снова вздохнул и пошел, пересекая склон. Быть с Наблюдателями вечно. Потерять все шансы на известность, состоятельность, славу…
Иджил услышал мотор флайера. Он приближался. Иджил спрятался под большим камнем. Гравий выскакивал из-под его ботинок и летел вниз, когда он бежал. Он укрылся под скалой как раз вовремя, когда флайер пролетел над ним. Шум мотора отражался от скалы. Огромная тень проплыла, и показался сам маленький красный четырехместный флайер. Он снова исчез, кружась над скалой, но не улетел. Моторы грохотали в густой тишине.
Флайер определенно что-то искал. Или кого-то. Он кружился снова. Ниже. Ближе.
«В конце концов, они не скрывали свою принадлежность, раскрасившись красным, как этот флайер, — подумал Иджил. — Так что это не похоже на друзей Харлана. С одной стороны. С другой стороны, уж я-то знаю, какой смелый Ричард Харлан. Он вполне мог воспользоваться красным флайером».
13
Иджил сбросил свой рюкзак и тесно прижался к скале. Флайер пролетел по кругу, накренился и устремился вниз к тому месту, где находился Иджил. Сердце Иджила замерло. Какой ужас! Он понял, что заметен, как пограничный столб. Иджил достал из чехла свой топор. В этом мире топор не мог быть оружием, но все же это лучше, чем ничего.