Князь вампиров
Шрифт:
– Хранилище! Где оно? – вновь закричала Элизабет и вдруг умолкла. Ее осенило: – Я догадываюсь... место, где полно костей. Однажды мы спускались туда, чтобы посмотреть на твоего дорогого Аркадия... Немедленно веди меня в подземелье!
– Хорошо, я провожу тебя. Но сначала ответь мне: кто воскресил брата? Ты?
Она насмешливо прищурилась.
– А, так вы встретились... Я лишь зря потратила силы на этого слюнтяя. Зачем ты мне соврала насчет его желания уничтожить Влада? Аркадий сбежал, как паршивый щенок.
– Теперь я понимаю. Тебе понадобился Аркадий, и из-за него ты погубила Дуню!
– Ты все
Она грубо поволокла меня к выходу из склепа.
– Веди меня в подземелье и знай: ты дорого заплатишь за свое предательство. Сегодня вечером я сравняюсь в могуществе с Владыкой Мрака и тогда навечно засажу тебя в клетку. Ты, дорогая, станешь первой свидетельницей моего могущества и моей мести. Своим предательством ты ее заслужила!
Я понимала всю бессмысленность сопротивления. Мы пошли к замку, ибо в подземелье можно было попасть только из его центральной части. Войдя внутрь, Элизабет задержалась, словно ожидала кого-то. И в самом деле, через несколько секунд дверь распахнулась. На пороге стоял запыхавшийся Ван Хельсинг.
– Здравствуйте, высокочтимый доктор, – с издевательской любезностью произнесла Элизабет. – Очень польщена вашим визитом. К сожалению, сейчас я не смогу оказать вам должного приема, поскольку занята с вашей дорогой тетушкой. Но не обижайтесь. Я вернусь к вам, куда бы и на чем бы вы ни убежали. Вам и вашим друзьям не скрыться от меня. Я разыщу вас в любом конце света, и тогда все вы сполна заплатите за причиненные мне неудобства.
Она небрежно махнула рукой, как высокомерные хозяева приказывают лакеям убираться прочь. Ван Хельсинг стал медленно оседать на пол.
"Брам! Забирай остальных, и бегите отсюда! Ты обязательно должен найти Арминия", – мысленно взывала я к нему.
Мы направились в подземелье – в отвратительные катакомбы, где пахло сыростью и гнилью и где бесчисленные кости напоминали о гнусной жестокости Влада.
– Женщина, – повторяла Элизабет, и ее голос дрожал от возбуждения. – Женщина с золотым сердцем. Где ее могила? Ты должна знать.
– Я не знаю. Влад рассказывал мне, что здесь хоронили преимущественно мужчин. Были и женщины, но совсем мало. Даже не представляю, где они могут лежать.
Последние мои слова потонули в реве урагана, неведомо откуда ворвавшегося в глухое подземелье. Клубы земли и песка больно обжигали кожу. Элизабет выпустила мою руку, и мы обе были вынуждены прикрыть лица. Когда ветер стих, я увидела, что стою на груде костей, настолько старых, что от малейшего моего движения они ломались и рассыпались в пыль. Едва ли кто-нибудь сумел бы сосчитать, сколько несчастных замучил Влад, чтобы получилась такая огромная гора костей. Это они, а не камень, были истинным фундаментом замка Дракулы.
Только один уголок ураган чудом пощадил: место, где стоял катафалк Аркадия. Его пустой гроб был опрокинут, Дунин – тоже. Снова больно сжав мою руку, Элизабет поволокла меня к катафалку.
– Ну вот и нашли, – усмехнулась она, разжимая пальцы.
Элизабет могла не волноваться: у меня уже не хватило бы сил выбраться отсюда. Я молча стояла и смотрела. Не переставая торжествующе усмехаться, Элизабет зажала в одной руке манускрипт, а другой легко, будто деревянный стул, отодвинула массивный каменный катафалк. Под ним обнаружилось углубление. Из-под нагромождения
К Элизабет вернулась ее торжествующая улыбка. Изогнувшись так, как не сумела бы ни одна смертная женщина, она подцепила крышку гроба и небрежным движением откинула ее.
Внутри лежал небольшой, почти рассыпавшийся скелет. Шейные позвонки истлели, и череп откатился в сторону. На нем сохранилась тонкая полуистлевшая прядь черных волос. Между скрещенных костей рук желтели клочки савана. А слева лежало... золотое сердце, оказавшееся искусно сделанным из благородного металла медальоном. Размерами оно было чуть больше обычного человеческого. В середине медальона темнела замочная скважина, над ней – четыре слова по-латыни: "Вечная сила, равная Божественной".
Элизабет схватила медальон, потом дрожащей рукой достала спрятанный на груди ключ. Он легко, с мелодичным щелком вошел в скважину и сам повернулся.
Элизабет медленно, с нарочитой торжественностью начала открывать медальон, и на лице ее застыла ослепительная зловещая улыбка.
ДНЕВНИК АБРАХАМА ВАН ХЕЛЬСИНГА
5 ноября (продолжение)
Владыка Мрака совсем рядом! С этой ужасающей мыслью я вбежал в замок и... натолкнулся на Жужанну. Графиня Батори крепко держала ее за руку и хищно ухмылялась. Увидев их, я совсем пал духом. Элизабет завладела первым ключом! Она пока еще не нашла второй и не разгадала загадку манускрипта, но это было лишь вопросом ближайшего времени. Как, как мне ее остановить?
Лицо Жужанны было спокойным и бесстрашным. Она молча наблюдала, как торжествующая графиня осыпала меня насмешками и угрозами, обещая непременно расправиться со мной и моими друзьями. Потом Элизабет, едва махнув рукой, сбила меня с ног и поволокла свою пленницу дальше. Я успел встретиться глазами с Жужанной и услышал ее молчаливый призыв: "Брам! Забирай остальных, и бегите отсюда! Ты обязательно должен найти Арминия".
Жужанна была обречена. В случае нашей победы ее ждала гибель. Не сомневаюсь, что то же самое ей уготовила и Элизабет, явно не простившая предательства. И вдруг – эти слова, полные искренней тревоги за нас... В то мгновение я простил Жужанне все.
Арминий, где ты? Да где же ты, черт тебя побери?
Я стоял, потрясая кулаками, и плакал от бессилия. Я просил, умолял, требовал, чтобы Арминий немедленно появился и помог нам. Мы оказались на волосок от гибели. Неужели он этого не видит?
Откуда-то снизу донесся приглушенный крик Жужанны. Он вывел меня из оцепенения. Я бросился на этот крик и вскоре очутился в какой-то пыльной, захламленной кладовой, в полу которой увидел люк, ведущий в подземелье. Все мои попытки открыть его окончились ничем. Я мог сколько угодно колотить по нему, стонать и скрежетать зубами. Замшелая деревянная дверь пока еще была накрепко закрыта. Но очень скоро из подземелья вернется Элизабет, и тогда все талисманы мира будут бессильны остановить ее.