Кобун
Шрифт:
– Эйко-химэ, у тебя все хорошо? Я тебя не узнаю.
– Да, ока-сан. Все хорошо.
– Тогда давай я посижу рядом, а ты подумаешь. Может быть, захочешь мне что-нибудь рассказать.
Устроившись рядом, мать замолчала. Девушка достала из-под подушки деревянный футляр, раскрыла и положила перед ней.
– Это мне сегодня подарил Тэкеши-сан. Сказал, в благодарность за поддержку в школе.
– А ты его в самом деле поддерживаешь?
– Я над ним не смеюсь. Особенно после того, как он месяц назад подрался, а потом у него нашли слабый дар. Будет ходить в госпиталь, может,
– Родители наверняка очень рады - абэноши в семье, это к счастью.
– Он живет с дядей. Мама давно умерла, отец погиб еще когда Тэкеши-сан ходил в среднюю школу.
Посмотрев на изящные часы, Наоки нахмурилась:
– Мне кажется, но это дорогой подарок.
– Хай, мама. Но я хочу его оставить. Мне они очень понравились... Хотя принимать такой подарок от человека, которого почти не знаешь... Я запуталась, мама.
Наоки Хаяси размышляла. С одной стороны - молодые люди практически не знакомы. Но подарок сделан в знак благодарности за поддержку и дружеские отношения. Нормы приличия не нарушены. Кроме того, вручили часы не с объявлением каких-либо официальных отношений. Поэтому можно принять дар и не акцентировать на этом внимание. А вот если отказаться, то выскажешь неуважение к молодому человеку. Вряд ли он это заслужил.
– Когда Тэкеши-сан дарил часы, он сказал что-нибудь еще?
– Поздравил с успехами в изучении каратэ.
– Мне кажется, тогда нет причин отказываться. Все прилично. Единственное, часы можно брать в школу на торжественные случаи, не носить каждый день. Разве что завтра показать, что ты приняла подарок. Этого будет пока достаточно.
Приобняв дочь, мать поинтересовалась:
– Он тебе нравится? Для старшей школы нормально - общаться с мальчиками.
– Он забавный. Почти год его никто не замечал. Как и остальные парни - баловался на уроках, пытался с друзьями изображать крутых. Месяц назад попал в какие-то неприятности, пришел с разбитым лицом в школу. И взялся за ум. Даже удивительно... Он сейчас учится, сдает тесты. Директор очень доволен, потому что Тэкеши-сан остался в школе, не стал переводиться. Нам даже новые компьютеры в класс поставили и спортзал будут ремонтировать.
Наоки задумалась.
– Интересно. Но в самом деле, я не помню, есть ли еще в нашем районе абэноши. Для школы такой ученик - ценное приобретение.
– А еще он изображает взрослого. Иногда это кажется неуместным. Но его прощают.
– Сироте рано приходится взрослеть, Эйко-ко. Но если надумаешь пригласить мальчика в гости - дай знать заранее. Хорошо?
– Хай, мама. Обязательно.
Вернувшись в гостинную, женщина присела рядом с мужем и спросила:
– Ты видел одноклассника Эйко? Он подарил ей часы. Говорит, очень ценит поддержку в школе.
– Видел, - односложно ответил Кенджи Хаяси.
– Что-нибудь не так? У парня проснулся дар, он начинающий абэноши.
– В зале он спарринговал без использования силы.
– Спарринговал?
– Накано Исикава. Старшеклассник из школы Ямате Гакуин. Сын Исикавы, владельца автосервисов в Чигасаки. Коричневый пояс в контактном каратэ. Пришел в додзё, скандалил, оскорблял
– И?
– Одноклассник Эйко-сан наподдавал и Накано, и двум его приятелям. Вызвал троих одновременно на татами и уложил. Без какого-либо применения дара абэноши.
– Наверное, он тоже занимается в каком-нибудь клубе. Ты же знаешь, спорт популярен у ребят, это дает дополнительные баллы при поступлении в университеты.
– Нет, официально он ничем не занимается.
Повернувшись к жене, Кенджи постарался более четко сформулировать свою мысль:
– До того, как я уволился из сил самообороны и мы открыли нашу фирму по экспорту местных вин, мне довелось побывать в разных командировках в Азии.
– Я помню, Кенджи-сан. Тебя списали после ранения. Мы полгода ходили потом по врачам. Я так боялась каждый раз, что ты не вернешься.
– Это в прошлом... Но у нас был инструктор, который обучал войне в джунглях. Так вот, Наоки-сан. Этот мальчик подготовлен лучше господина Шибата. Мне показалось, что он тоже восстанавливается после ранения, еще не вошел в форму. Но при этом порвал голыми руками трех каратистов буквально за двадцать семь секунд. А Накано-сан неплохой боец в своем дане, брал призы на соревнованиях. И его вынесли без сознания из додзё, повезли в больницу... За двадцать семь секунд... У нашей дочери в классе учится очень интересный молодой человек.
– Эйко-ко говорит, что став абэноши, Тэкеши-сан взялся за ум. Учится, ведет себя примерно.
– Надеюсь, она права. После проявления одаренности люди меняются. Кому-то гордыня ломает психику и превращает в мерзавца. Кто-то принимает дар богов с благодарностью и начинает восхождение на вершину Фудзи-сан. Посмотрим, что будет дальше.
***
Поздно вечером в ресторане Гонпачи в центре Токио встречались двое: владалец Аючи Банка Изао Ямасита и человек для специальных поручений Риота Кикути.
Утолив голод, старик приступил к докладу:
– Мы проверили первые три цели, Ямасита-сама. Пустышки. Осталась последняя.
– Как это знакомо, - усмехнулся банкир.
– Аналитики вечно считают, что им ведомы тайные пружины мироздания и постоянно ошибаются.
– Никто не может знать всех фактов, которые влияют на общую картину. Для таких случаев и нужны мои люди... Мне кажется, у парня был сообщник. Мало того, я даже могу предположить, кто это. Масаюки Хасэгава, изгнанный из клана Инагава-кай. Работает водителем у Тэкеши-сан.
– Боевик и водителем?
– Да. Мотается с парнем по всей округе. Мы пока не смогли выяснить, что именно связывает пацана с борекудан, но ему спихнули проклятый автомобиль. Американскую железку, прежние владельцы которой постоянно попадали в неприятности.
– Что еще ждать от поделок из-за океана, - фыркнул Ямасита-сама.
– Эти железные корыта любит лишь шпана. Наверное, мальчишка всю жизнь копил на такую и безмерно счастлив, заполучив на время.
– Мы отрабатываем сейчас возможные варианты, постараемся закрыть проблему к концу следующего месяца.