Кобун
Шрифт:
Улыбаюсь, прощаюсь и отбываю. Кстати, насчет сноски - не вру. Похоже, я своими глазами наблюдал оживший анекдот, который кочует из страны в страну, из диссертации в диссертацию.
Телефонный звонок догоняет уже в машине:
– Я не знаю, Тэкеши-сан, как ты это сделал, но... Я дозвонился до господина Абэ, автора учебника. Он утверждает, что мы первые, кто обратили внимание на сноску. Так что через неделю мне приедет обещанный ящик.
– К сожалению, я совсем не пью. Придется отдуваться вам в одиночку, Сакамото-сэнсей.
– Я разберусь, что мне с ним делать...
У профессора не хватает слов от возмущения.
– Ученые тоже люди. Им иногда хочется расслабиться.
– Но как ты нашел? Книга вышла еще пять лет назад!
– Потому что ваши студенты листают, а я читаю. Вот и вся разница.
***
К “Главной цели” подошли ножками, пристроив машину чуть дальше на парковке. Забавное место - небольшие застекленные двери и маленький рекламный билборд слева. Справа - огромная витрина магазина “Харлей-Девидсон”. Куча молодежи, которая разглядывает новинки. У входа в тир велосипедная стоянка. Рядом с ними флегматично подпирает стену японец, чуть-чуть не дотягивающий размерами до сумоиста.
Масаюки несет тяжелую сумку, набитую железом. Хозяин разрешил пристрелять свои игрушки, набросив на ценник чуть сверху. Телохранитель кивает “спортсмену” и поворачивается ко мне:
– Господин, это Нобору Окамото. Я о нем говорил.
– Конбанва, Окамото-сан.
– Конбанва, Исии-сан.
– Постреляешь с нами?
– Если можно, рядом постою. Я не очень люблю оружие.
– Как хочешь. Пойдем, напитки и развлечения сегодня за мой счет.
У меня хорошее настроение. Какой мальчишка не любит оружие? Наверное, только тот, кого лишили детства. Казаки-разбойники, догонялки, сердитые крики “это я в тебя попал”. Конечно, то, чем я в итоге стал заниматься, с детскими увлечениями никак не связано. Но все равно, люблю запах сгоревшего пороха, смазки и ощущение тихой радости, когда дырки в мишени именно там, где ты хотел.
– Фукуда-сан, мы пришли по вашему приглашению.
Хозяин встречает нас у входа, проводит по короткому коридорчику в крохотный зал. На стенах куча амуниции для стрелков: наушники, защитные очки, перчатки, пояса с клипсами для быстрой перезарядки. Выкладывает на стойку три пары снаряжения в прозрачных пластиковых пакетах:
– Для вас на два часа длинная дорожка на пятьдесят метров. Как закончите, можно в ситуационный зал. Но там сегодня ничего сложного, только комната с закоулками и малая дистанция.
– В комнате что вы предлагаете делать?
– Пройти помещение, зачистить углы. Висят стандартные мишени на выпадающих штангах. Обычно у нас там с пейнтбольными комплектами тренируются. Но чемпионат закончился две недели назад, сейчас зал почти все время пустует.
– Боевое оружие не будет проблемой? Может, что ненароком пулями повредим.
– Вряд ли, - смеется Рэйден Фукуда.
– Я самого начала закладывался на серьезных ребят, а любителей воздушки добавил позже. Рынок диктует новые технологии, приходится подстраиваться.
– Отлично. Тогда мы начнем с больших метров. Выкатим мишени на десять, двадцать и пятьдесят и пристреляем новые игрушки.
Хорошо
Выкладываю на стол железки. Пять “ТТ”, два автомата. Пустые магазины. Пачки с патронами. Отлично, начнем сначала с разборки-сборки и чистки. Исключительно, чтобы руки вспомнили. Краем глаза замечаю, что здоровяк Окамото пристроился на стульчике в углу. Стрелять явно не собирается. Но наушники надел, очки нацепил и медитирует. Или просто пытается оценить для себя возможного работодателя. Одно дело - знакомый что-то советует. И совсем другое - самому товар оценить. Сиди-сиди, я сегодня добрый и расслабленный. Это у меня завтра важная встреча, а сейчас я хочу пожечь патроны и сбросить накопившееся напряжение.
Закончив возиться с пистолетами, набиваю магазины, заряжаю пару и становлюсь слева. Пусть это будет огонь на подавление. Корпус вперед, слабый присяд, с двух рук попеременке. Сначала ближняя мишень, затем на двадцать метров. Отстрелял, включаю бегунок, оцениваю результаты. Да, не снайпер, но все худо-бедно в контуре. Значит, отстреляться и удрать я уже смогу. Теперь можно и с одним “ТТ”-шкой поработать.
Через полчаса мы с Масаюки закончили в большом зале. Каждый опробовал пистолеты и автоматы, пристреляли, проверили, насколько удобно нам ими пользоваться. Самое забавное, что из “ТТ” я бил куда точнее, чем телохранитель, все же сказывалась старая практика. А вот с “хеклером” Масаюки укладывал пули чуть ли не одна в другую. И переносил огонь с одной мишени на другую мгновенно, не теряя сосредоточенности и темпа.
Перед тем, как идти дальше, я скомандовал:
– Значит, так. Разряжаем все. И сначала отрабатываем движение двойкой. Я - первый номер, ты второй. Оружие - проверяем друг у друга, чтобы никаких патронов в стволе и пустые магазины. Любой огневой контакт - я опускаюсь на колено, работаю с нижнего яруса, ты сверху. Сначала - голосом, имитируем выстрелы. Пройдем несколько раз пустую комнату, потом уже отработаем реальные ситуации.
– Я могу вас зацепить, господин.
– Лучше ты попробуешь меня не зацепить здесь, чем в реальной ситуации мы станем друг у друга под ногами путаться. Давай, автомат и пистолет к осмотру...
Десять минут крутились с ним у входа в “комнату”, запоминая и повторяя стандартные жесты: вперед, назад, замер, твой сектор. Обычная классика, которую дают любой группе быстрого реагирования. Когда Масаюки перестал путаться и худо-бедно усвоил, двинулись уже внутрь. Я первым, он вторым. Держим сектора, “режем пирог” на входе в дверной проем, при любой спорной ситуации опускаюсь на колено, открывая зону обстрела для напарника. В итоге три раза пробежались по ситуационному залу, вернулись на исходную и зарядили магазины.