Код Рублева

Грановская Евгения

– Я сказал – остыньте, – резко оборвал его Махно. – Кажется, это не я у вас в гостях, а вы у меня.

Комиссар снова откинулся на спинку стула. Руки его по-прежнему покоились в карманах шинели. Он посмотрел на Махно исподлобья и спросил:

– Вы его хотя бы обыскали?

– А чего это вы им так интересуетесь?

– Обыскали или нет? – повысил голос комиссар.

Щека Махно нервно дернулась.

– Сбавьте обороты, Глазнек. Я не терплю, когда на меня повышают голос.

Последний, кто это сделал, лишился языка. Я вырвал его собственными руками.

Комиссар крепко сжал зубы, на скулах у него заиграли желваки. Несколько секунд он молча смотрел на Махно, затем плечи его слегка обмякли, и он сказал:

– Простите, я не хотел грубить. Так было при нем что-нибудь или нет?

– Что, например? – уточнил Махно, в скучающих глазах которого зажглось любопытство.

– Что-нибудь… необычное.

– Туманно выражаетесь, Глазнек. Нет, при нем не было ничего необычного. Ни оружия, ни денег, ни бумаг. Ничего, что могло бы вас заинтересовать.

– Когда вы его отпустили?

– На рассвете. – Махно наткнулся на холодный взгляд комиссара и недобро прищурился. – Не понимаю, зачем он вам понадобился? Это простой мальчишка. Он не может угрожать делу революции.

– Он владеет важной информацией, – сказал комиссар. – У меня к вам личная просьба. Если он попадется вашим людям – дайте нам знать. Наша благодарность не будет иметь границ.

Комиссар вынул правую руку из кармана шинели и положил на стол бархатный мешочек, стянутый бечевкой.

– Это вам. Подарок.

Махно поднял брови.

– Как? Еще один?

– В знак дружбы, – пояснил комиссар.

Махно криво усмехнулся, взял мешочек, ослабил веревку и с любопытством в него заглянул.

– Дорого вы цените этого щенка, – задумчиво проговорил он. – Неужели он и впрямь того стоит?

– Для кого как, – ответил комиссар.

– Хорошо. – Махно снова затянул мешочек и спрятал его в карман. – Считайте, что мальчишка у вас в руках.

Комиссар поднялся из-за стола.

– Уже уходите? – с усмешкой поинтересовался Махно, разглядывая долговязую и сухую, как мертвое дерево, фигуру комиссара.

– Да, мне пора.

– Можете остаться на обед, – предложил Махно.

– Нет времени. Еще раз простите за вторжение.

– Ничего. – Махно насмешливо дернул щекой. – Одним делом занимаемся. Что-то еще? – спросил он, заметив, что комиссар медлит и словно бы о чем-то раздумывает.

– Да, – ответил тот. – Просьба. Не могли бы вы выдать нам мандат, чтобы мы могли беспрепятственно продвигаться через ваши кордоны?

– Мандат? Это запросто.

Махно достал из стола лист бумаги, обмакнул перо в чернильницу, быстро набросал несколько строк

и подмахнул их подписью. Протянул бумагу гостю:

– Держите.

Комиссар Глазнек скользнул по строчкам взглядом.

– Годится? – поинтересовался Махно, насмешливо следя за ним.

– Вполне. Спасибо.

Глазнек спрятал мандат в карман шинели, кивнул Махно, повернулся и направился к двери.

– Эй, комиссар! – окликнул его Махно.

Тот остановился и обернулся.

– Что?

– Забыл сказать. Мальчишка ушел не один, с ним еще двое. Один очень опасен.

– Кто такой?

– Представляется итальянцем.

– Итальянцем? – Тонкая губа комиссара слегка приподнялась, как у пса. – Очень интересно. Его вы тоже «отпустили»?

Махно, не выносивший насмешек, слегка побледнел. Комиссар это заметил и примирительно произнес:

– Ладно. Надеюсь на вашу помощь. Всего хорошего.

Он бесшумно, как тень, выскользнул за дверь, плотно притворив ее за собой.

Из соседней комнаты, кутаясь в белый ажурный платок, вышла Галина. Махно сидел вполоборота, положив локоть на стол и опустив голову. Лицо его было бледным, в глазах застыла злоба.

Заслышав шаги Галины, он поднял голову, пристально на нее посмотрел, затем снова уткнул взгляд в пол и тихо процедил:

– Сволочи.

Галина подошла к Махно и положила ему руку на голову.

– Шваль, плесень, – устало сказал Махно. – И еще называют себя революционерами. Ты его видела?

– Да. А кто он?

Махно скривил губы и презрительно произнес:

– Комиссар. С особым мандатом. Поймал бы гниду в поле, лично бы удавил.

– Но ведь они твои союзники, – тихо сказала Галина.

– Союзники, – ухмыльнулся Махно. – Пока бьем буржуев – союзники. А потом… Вот погоди, сперва разделаемся с белыми, потом и до большевиков дело дойдет. Народ не с ними, Галя, он со мной. Я, а не они реальная сила.

Галина вынула из кармана кофты склянку с таблетками и протянула Махно.

– Выпей лекарство, Нестор.

– Убери! – Махно выхватил из руки женщины склянку и швырнул ее об стену. – Мальчишка ему понадобился, а! Только с детьми и могут воевать, ироды!

Галина насторожилась.

– Ты про какого мальчишку говоришь? – тихо спросила она. – Про того, которого Серко упустил?

– Про него.

– Зачем он им?

– А я почем знаю? – Махно болезненно наморщился. – Ч-черт, проклятая мигрень… – Он взял ладонь женщины и положил ее себе на лоб. Потом проговорил нежно, поглаживая кончиками пальцев тонкую руку женщины. – Будь со мной, Галя. Успокой мою мятежную душу. Дай мне покоя. Не могу больше. Устал.