Код Шекспира

Андервуд Джон

Они вышли с музейной площади и повернули на маленькую улочку с множеством сувенирных лавок, кафе и ресторанов. Джейк оглянулся через плечо. Крупный мужчина находился в квартале от них и уходить явно не спешил.

— Черт! — выругался он. — Он все еще идет за нами.

— Быстрее, — прошептал Сунир, не осмеливаясь оглянуться. — Сюда!

Он провел их по маленькой улочке, почти проулку, которая заканчивалась крошечной чайной.

— Это же тупик, — запротестовала Мелисса.

— Нет, там есть черный ход. И я не думаю,

что он осмелится последовать за нами внутрь. Заведение такое маленькое, что там не спрячешься, а нас трое против одного — если до этого дойдет.

— О господи! — возмутилась Мелисса.

Чайная, в которой, как и во многих заведениях Лондона, была воссоздана атмосфера другого времени и места, оказалась на удивление теплой и уютной. Даже огонь в камине горел. Бальсавар был прав: их преследователь, или преследователи, не стал заходить внутрь. Так что, по крайней мере, на какое-то время они остались одни и могли спокойно поговорить. Как только они согрелись, благодаря теплу от камина и горячему чаю с булочками, Сунир наконец был готов им все объяснить, а Джейк — его выслушать. Мелисса пила чай маленькими глоточками и с мрачным видом наблюдала за дверью.

— Итак, почему вы решили нам все рассказать? — спросила она. — Если Льюис угрожал вам, а эта книга — такой страшный секрет?

— Потому что он исчез! Разве не это вы сами только что сказали? — вскричал он в отчаянии. — Правда о Шекспире была доступна на протяжении нескольких веков для того, кто смотрел внимательно, — добавил он. — И многим она уже известна. Если книгу не удастся вернуть, если что-то случилось с моим коллегой, тогда, по крайней мере, кто-то еще должен узнать правду. Я убежден, что, если вы, сэр, как журналист изучите известные факты, вы сразу увидите, что Шекспир был вором, укравшим работу другого человека.

Мелисса сердито фыркнула, а Джейк кивнул.

— Это справедливо, — сказал он. — Поэтому давайте начнем с Марка Твена. У меня есть основания полагать, что Льюис изучал не только произведения Роберта Грина, но и его работы тоже. — Он пока не собирался раскрывать Бальсавару содержимое всего списка Льюиса. Как и у Мелиссы, у него не было причин доверять этому человеку.

— Очень хорошо. Значит, вам и о нем известно.

«Ничего нам не известно», — подумал Джейк.

— Расскажите нам.

— Начнем с того, — проговорил Сунир, — что вам следует почитать Марка Твена, чтобы узнать основные факты о Шекспире. Он написал целую книгу на эту тему.

— Марк Твен написал книгу о Шекспире? — удивленно спросил Джейк. — А почему я о ней не слышал?

— Я об этом и говорю. Возможно, кое-кто не хотел, чтобы вы о ней узнали. Она внутри его автобиографии.

— У меня есть эта книга, но в оглавлении о Шекспире ни слова. Правда, дальше оглавления я пока не продвинулся.

Сунир покачал головой.

— Она либо там, либо ее изъяли. Некоторые издатели

по собственной инициативе подвергли цензуре кое-какие скандальные высказывания Марка Твена, особенно по данной теме. Но дело в том, что это не просто голословные высказывания. Они основаны на фактах, известных в его время, равно как и в наше.

— Ну, в моей книге ничего о Шекспире нет, к сожалению.

— Вы уверены? Вы прочитали названия всех глав?

— Да.

— Там упоминается сэр Сидни Ли? Он был знаменитым биографом Шекспира.

Джейк задумался.

— Мне нужно проверить. Имя кажется мне знакомым, но я не уверен.

— Прошу вас, посмотрите. Книга у вас здесь, в Лондоне?

— По правде говоря, да.

Во время их разговора Мелисса как-то странно на него смотрела.

— Папа, ты же не собираешься верить во всю эту чушь собачью?

— Я журналист. Моя работа заключается в том, чтобы собирать факты, представлять их на суд читателя и давать ему возможность самому делать выводы, — раздраженно ответил он.

— Ты попусту тратишь время, — проворчала она, глядя в свою чашку так, словно пыталась прочитать по ней предсказание судьбы.

— Марк Твен расскажет вам основные вещи, — продолжал Сунир. — Поэтому я не стану их повторять. Но есть еще несколько фактов, неизвестных широкой публике.

— Например? — сердито поинтересовалась Мелисса, которую такой поворот событий совершенно не обрадовал.

— Отец Шекспира был контрабандистом и мелким политиком, отсидевшим срок в тюрьме. Это подтвержденные документами факты. Однако если вы отправитесь в Стратфорд, вас попытаются убедить в том, что он был уважаемым общественным деятелем, образованным человеком и гражданином, удостоенным рыцарского звания.

Мелисса нахмурилась и откусила кусок булочки.

— Так и было, именно по этой причине у него был собственный герб, — заявила она.

— Герб можно купить. Родители Шекспира были неграмотными людьми, но он, возможно, ходил в стратфордскую начальную школу и доучился до третьего класса, — сказал Бальсавар.

— Шекспир учился в школе в Стратфорде и получил там прекрасное образование, и это всем известный и не вызывающий сомнений факт, — заявила Мелисса.

— Установленный авторитарно, а не при помощи доказательств, — возразил Бальсавар, который наконец понял, что она не на его стороне.

— Три класса? — переспросил Джейк.

— Деревенская школа была начальной, и в то время в ней было только три класса.

— Которые, да будет вам известно, эквивалентны шести нынешним, — сердито сказала Мелисса.

— Понимаете, моя дочь изучает Елизаветинскую эпоху и пишет докторскую диссертацию.

Сунир удивленно на нее взглянул и пожал плечами.

— Но это же прекрасно. Если мне удастся убедить одного ученого в правдивости моих выводов, она сможет заручиться поддержкой остальных.