Кодекс чести
Шрифт:
– Но умер он не сам. Вы его отправили на тот свет.
Женщина закрыла глаза, опустила голову. И тут на перекресток вылетала машина дпсников с включенной мигалкой. Видно, кто-то уже сообщил о случившемся наезде.
Ваняшин посмотрел на майора Туманова несколько растерянно. Сейчас дпсник начнет свое разбирательство и выяснится подлог. Они увидели, как из машины вылез бравый старшина и первым делом направился к лежащему под пиджаком человеку, чтобы удостовериться в его смерти.
– Я согласна, с вами сотрудничать, – быстро проговорила женщина. – Я все вам расскажу. Честное слово, – пообещала она и попросила: – Только не надо меня в тюрьму.
– Побудь с ней, – сказал
– Понимаешь, браток, нам надо было зацепить хозяйку вон той тачки, – кивнул Федор на красный «Жигуленок». – Она у нас проходит по уголовному делу. Вот мы и разыграли все это.
Старшина, похоже, не поверил Туманову. Или не понимал, так ли это все на самом деле безобидно, как объясняет ему майор. Но за этот участок дороги отвечает он, а не майор опер. И если что, спросят с него.
– Я должен взглянуть на труп… то есть на того человека, – сказал он Туманову. – Извините, товарищ майор, но моя работа отличается от вашей. Вдруг, он действительно умер, – добавил служака старшина и направился к лежащему Греку.
Федор шел рядом, теряя всякое терпение. И встречаются же такие чурбаки, которые ни кому не верят, пока не убедятся сами. И он сказал:
– Ладно. Гляди сам.
Старшина присел на корточки, откинул полу пиджака, вглядываясь в лицо лежащего на асфальте человека. Может, он на самом деле умер, а этот майор опер выгораживает водительницу красных «Жигулей». Старшина за свою долгую работу нагляделся и не такого.
Он наклонился пониже. Показалось, что у лежащего полностью отсутствует дыхание. И вдруг на его глазах, усатая рожа сморщилась. Лежащий широко раскрыл свой хавальник, хватнул воздух, раз, другой и чихнул прямо старшине в лицо.
Гаишник бросил пиджак и резко выпрямился, уставившись при этом не на того, кто обрызгал его слюной, а на майора Туманова. Майор развел руками.
– Я ж тебе говорил, – сказал он старшине.
Гаишник брезгливо вытер с лица последствия чихания и, потеряв выдержку, пригрозил:
– Я на вас рапорт напишу. Устроили тут балаган. У себя там устраивайте. А тут вам не театр, а дорога. Артисты хреновы. Нашли место, где розыгрыши устраивать. Пусть с вами начальство разбирается.
Чуть наклонившись к обиженному старшине, Федор тихонько шепнул:
– Ты можешь написать все, что придет в твою башню. Но сейчас послушай моего доброго совета, исчезни отсюда подобру, поздорову и не наводи меня на грех.
– Угрожаете? Ладно, – завопил старшина и быстро подошел к своей служебной машине. Но испытывать терпение майора Туманова он не стал. И поступил правильно, потому что Федор уже направился к его машине, чтобы объяснить дальнейшее в непопулярной форме. Гаишник это понял и быстро уехал. А Федор вернулся к своей машине. Понимая, что лежащий на проезжей части человек, невольно вызывает определенные подозрения у всех проезжавших водителей, а стало быть, кроме старшины можно ожидать приезда еще кого-нибудь из руководства дорожно патрульной службы, Туманов спросил у хозяйки «Жигулей»:
– Вы не против, если Ваняшин затащит тело пострадавшего в вашу машину?
Женщина безразлично махнула рукой.
– Затаскивайте куда хотите, – опустошенным голосом заявила она.
Ваняшин вылез из машины и пошел к лежащему Греку. Если бы сейчас женщина обернулась назад, то она бы заметила, что труп сначала начал шевелиться, а после того, как к нему подошел Ваняшин, поднялся и, прихрамывая, заковылял к красному «Жигуленку». Развалившись на заднем сиденье, Грек достал из майорского
– И так, что вы можете нам поведать про Рязанцева Олега Романовича? – спросил майор, когда Ваняшин вернулся в машину и не заметно для женщины включил диктофон.
– Романовича? – переспросила женщина. – Я даже не знала его отчества. А вы, знаете, – вздохнула она, прикидывая, с какого места их небольшого жизненного пути ей стоит начать рассказ.
Глава 19
Вика никогда не испытывала дискомфорта от одиночества, в отличие от многих своих подруг. В принципе, одиночество ее вполне устраивало. Никаких обязательств, ненужных проблем. А главное – свобода. Красивая женщина, имевшая практически все, что можно желать себе в этой жизни, она не испытывала недостатка в мужчинах. Она относилась к тому типу красавиц, на которых мужчины западали сразу. Ей это нравилось. Был выбор. Можно пококетничать, пригласить безумного влюбленного к себе на чашку чая, а потом выставить его за порог.
Так поначалу произошло и с Олегом Рязанцевым. Просидев в гостях у своей подруги Софи Бруно до позднего вечера, Вика обнаружила, что заднее колесо ее машины спущено. Сложность заключалась в том, что на Вике была одета обтягивающая короткая юбка, которая не позволяла вот так взять и наклоняться. Выставлять напоказ свою попу с узкой полоской трусиков, которая ровным счетом ничего не прикрывала, не хотелось даже вечером. Все-таки она не какая-нибудь там потаскуха, чтобы позировать задницей перед сидевшим на скамейке мужчиной и равнодушно наблюдавшим над ее горем. Судя по его прикиду, мужчина был не из работяг, скорее белоручка, который тяжелее авторучки ничего в своих руках не держит. Но Вика решила привлечь его в помощники и поманила пальчиком. Мужчина послушно подбежал, как это бы сделала собачонка безумно преданная своей хозяйке и готовая выполнить ее любое требование. Сейчас Вике требовалось немного. Указав носком грациозной туфельки на спущенное колесо, она сказала:
– Видите, какая у меня неприятность?
Мужчина охотно кивнул, хотя в данный момент смотрел не туда, куда указывала ему Вика, а рассматривал красотку. Причем, раздевал ее глазами. Вика к таким взглядам давно привыкла. Наверное, Бог нарочно наградил ее такой красотой, чтобы она сбивала женатиков с пути истинного. Видно и этот такой же. Стоило ей повернуться задом, чтобы открыть крышку багажника, он как зачарованный уставился на ее задницу. А когда женщина слегка прогнулась, чтобы показать, где у нее лежит домкрат, он задышал так, словно воспринял ее жест, как призыв к совокуплению. И Вике показалось, будто она почувствовала его легкое прикосновение к своей полуобнаженной попе. Резко выпрямилась. Вдруг этот тип из стаи безумцев. Не хватало, чтобы он совершил с ней сексуальный акт прямо под окнами у подруги.
Мужчина улыбался.
– Разве это неприятность? Это пустяки. Бывает и хуже. Я с удовольствием помогу вам, – пообещал он и, сняв пиджак, бросил его на заднее сиденье машины. Завернул рукава белой рубашки и принялся за дело. Колесо он поменял довольно быстро. Хорошо, что у Вики оказалась с собой запаска. И когда работа была закончена, попросил подвезти его до ближайшей станции метро.
– А разве вы не здесь живете? – спросила Вика, приглядываясь к своему спасителю и решая, как ей его отблагодарить.