Кодекс чести
Шрифт:
В свою очередь, однажды выбрав подходящий момент, Рязанцев рассказал, что знает человека, который, не моргнув глазом, готов выложить миллион баксов за то, что ее старикашка Луньков хранит у себя в тайнике.
Кажется, вначале Софи не поверила в то, что сказал Рязанцев. Или только сделала вид, что не поверила. Но по ее лицу невозможно было прочесть, чтобы она уж очень заинтересовалась предложением. И только вернувшись поздно ночью от своего старика и приняв душ, она залезла на постель, где, дожидаясь ее, лежал Рязанцев, прижалась к его плечу и сказала:
– Сегодня я узнала,
Погладив обнаженное бедро девушки, Рязанцев улыбнулся.
– Безвыходных ситуаций не бывает, тем более, когда речь идет о миллионе баксов. Ты должна, что-то придумать. Тебе надо вытянуть у него ключик, открыть сейф. Там должен быть кейс…
– И как я выйду из квартиры с этим кейсом, когда в комнате рядом с дверью, всегда находится охранник? – в голосе девушки слышалось открытое раздражение. Ведь советы всегда легче давать, чем выполнять их. Судя по всему, то, что хранится в сейфе, очень нужно Рязанцеву, и вдруг так получится, что когда очередь дойдет до оплаты, он не даст Софи ни цента?
– Ладно. Черт с ним, с кейсом. Его можешь не брать. То, что лежит в нем, переложи в пакет, – посоветовал Рязанцев, бросив взгляд на стул, на котором висел цветной целлофановый пакет.
– Но я всегда хожу с сумочкой, – заупрямилась девушка. Но Рязанцев тут же нашелся, что ей ответить:
– Ничего страшного в том не будет, если ты теперь будешь ходить к Лунькову с пакетом. Важно, чтобы охранник привык, видеть тебя с пакетом. И когда ты будешь выходить, он не обратит внимания на то, что в нем лежит. Понимаешь? Как все оказывается просто. Ну, согласись? – предложил он.
Софи согласилась. И кивнула, сказав:
– Считай, я согласна. Теперь все дело в маленьком пустячке, не так ли?
– Ах, да, ключ, – спохватился Рязанцев, тут же придумывая разные варианты, которые Софи один за другим отвергала. Пока не додумалась сама:
– Его надо усыпить, – вдруг заявила она.
Рязанцев посчитал это решение проблемы гениальным и похвалил девушку за смекалку. А Софи вскочила с постели и голая выбежала в коридор, где в тумбочке у нее хранились медикаменты. Вернулась с пачкой таблеток.
– Вот, – показала она их Рязанцеву, который не мог скрыть восторга:
– Правильно. Подсыпь их ему в бокал с шампанским, – посоветовал он.
Но девушка пожурила его за недомыслие.
– Олег, с шампанского дедушку пучит. После того, как мы с ним позанимаемся сексом, он всегда пьет морковный сок.
Лично Рязанцеву морковный сок не нравился, и сейчас припомнив его вкус, он поморщился.
– Фу, гадость.
– А ему нравится, – категорично заявила Софи. Рязанцев не решился настаивать на своем и убеждать девушку, что кроме морковного, существует масса более полезных и приятных на вкус соков. Видя, как сверкают ее глаза, догадался, девушка представляла себе, как это будет происходить.
– Надо только заранее купить бутылку морковного сока и растворить в нем несколько этих таблеток. Чтобы потом не возиться там.
Оседлав его поудобней, Софи раздвинула широко ноги, погладив его взбунтовавшуюся плоть. Иногда ей нравилось ощущать себя хозяйкой положения. Вот как сейчас. Когда его член сделался тугим и упругим, она ввела его в свое лоно, а, почувствовав в себе, закрыла от удовольствия глаза. Никто не должен мешать ее фантазиям.
Утром она сказала, что сегодня к ней должен придти ее парень и ей не хотелось бы, чтобы он увидел в ее квартире Рязанцева.
– Как скажешь, – поцеловав девушку на прощанье, сказал Рязанцев уходя, договорившись, что как только содержимое сейфа окажется у нее, Софи сразу же известит его звонком сотового телефона.
Теперь оставалось ждать. Сколько продлится это ожидание, он не знал. Но и торопить ее не мог. Хотя директор детективного агентства Вождяев настаивал на скорейших действиях и даже ругался, говоря, что заказчик начинает нервничать. Рязанцев удовлетворял его любопытство ответами, навроде того, что все находится у него под контролем. Хотя, интуиция подсказывала обратное. Софи вела себя так, словно всячески старалась избегать встреч с ним, ссылаясь на неотложную занятость.
В тот вечер Софи приехала к Лунькову как обычно, около восьми вечера. Перед этим дня три они не виделись. Но произошло это не по ее вине. Своей дырки Софи было не жалко, к тому же старичок на многое не способен. Помусолит немного и отпускает ее, наградив за услугу пятистами долларами. Другое дело его охранник. С недавних пор Софи стала замечать, что этот балбес, провожая ее, как бы ненароком норовит прижаться и запустить свои потные руки ей под юбку. Пожаловалась бы на него Лунькову, да вдруг этот олух пригодится. Когда она приходит к вору, охранник как пес цепной сидит у дверей, стережет их покой.
А сегодня старикашечка сам позвонил ей и чуть не расплакался в трубку, рассюсюкиваясь о том, как ему одиноко и тоскливо. Собираясь ехать к нему, Софи достала из холодильника заранее приготовленную бутылку с морковным соком и, убирая ее в пакет, сказала себе:
– Сегодня я развеселю дедушку.
Телохранитель вора Эдик Дубов встретил Софи с улыбкой.
– Проходи, красавица, Георгий Васильевич заждался тебя, – сказал он, при этом как бы невзначай прикоснулся рукой к ее упругой попке. Софи игриво отскочила.
– Эдик, не балуй. Вдруг Жора увидит, тогда и тебе и мне не поздоровится.
Телохранитель вздохнул, мирясь со своей участью сторожевого пса. Все лучшее, даже женщины, его хозяину, а ему лишь то, что перепадет с хозяйского стола. И, похоже, положение такое не изменится.
– Иди. Он ждет, – сказал Дубов уже без улыбки, запирая дверь на замки. Потом исчез в своей маленькой комнатушке, где стоял телевизор. Пока Софи находилась тут, Луньков не велел ему выходить из комнаты. И Дубов закрыл за собой дверь.