Кодекс Хранителя
Шрифт:
* * *
Отмахнувшись от огненного шара, как от надоедливой мухи, Звездунов живо уклонился от вырвавшейся из-под земли «иглы», которая больше была похожа на шип толщиной с палец, и бросился к полю сражения.
Хадису начало откровенно потряхивать. Сила, витавшая в воздухе, была слишком схожа с ее собственной, и это озадачивало. Ее откровенно тянуло к Самсону, сущность внутри бунтовала и жгла, парализуя и замещая адекватность странными картинами.
Октопус не видел этого. Его привлекало другое: основной бой шел в темноте, при свете луны и магических заклинаниях. Судя по красным
Взгляд выхватил из общей картины выбитое окно ректорского кабинета, осевшую стену танцевального зала, алые огоньки на крышах инженерного и медицинского корпусов…
Академия была под колпаком…
Хадиса за его спиной неожиданно упала как подкошенная, словно в лихорадке хватаясь за живот. По ее спине начали гулять алые языки магического пламени, очерчивая вокруг девушки ее сущность… Это было очень некстати…
Похоть двух существ вошла в резонанс. Ударила по мозгам, накладываясь непререкаемой константой на ощущения.
* * *
— Зашибись, — вздохнул Ананьев. Желание будоражило тело, а Дич и вовсе откровенно от него потряхивало. Они сидели в подсобке друг против друга за тем же столом с картами, с той лишь разницей, что их парализованные тела абсолютно не слушались, к тому же были привязаны к стульям. Было темно и шумно. Музыка продолжала играть за запертой дверью.
— Это уж слишком… — согласилась Гемарта, прикрывая глаза — Меня сейчас наизнанку вывернет.
— Время укола пропустили… — покачал головой Ананьев. — Вот и трясет…
— Укола? — Гемарта непонимающе взглянула на него, пытаясь понять, о чем идет речь. Вспомнилась перепалка в кабинете Борин. — Ты о Кирин?
Мужчина кивнул, и вокруг его головы неожиданно колыхнулся ореол заметно подросших волос. Это было странно и быстро.
— У тебя волосы растут, между прочим, — все тем же низким и дрожащим голосом прошептала она, наблюдая, как эти самые волосы начинают все сильнее дыбиться на его голове.
— Перевозбудился… — Объяснение потрясло логикой.
Однако дыбились не только волосы. Гемарта чувствовала его потвердевший член собственным коленом, неожиданно оказавшимся не там, где следует.
— Это как?
— Проклятия в умелых руках — штука веская, — глубокомысленно заметил Анонис, сдувая упавшие на лицо пряди. — А когда у тебя под рукой сорок острых на язык адептов, можно и не такого проклятия добиться…
— Ты о чем?
— Да так, о своем… насущном.
— Анонис…
— Молчать… Оба, — совсем некстати заглянул в подсобку боевой маг и слегка напыжился, грозя энергетической звёздочкой. Яркая блямба над его головой мерцала алым и свидетельствовала о том, что Звездунов уже приложил руку к системе безопасности. Сам маг, по всей видимости, блямбы не замечал. Это радовало, если б не один немаловажный факт.
— Мне нужно поговорить с главным, это архи-важно… Крайне приоритетно. Исключительно необходимо! — начал причитать Ананьев до ужаса писклявым голосом, выдавая лицом такую мимику, что даже его коллега Дич поверила.
— Завянь, — порекомендовал боевой маг, захлопывая дверь.
Повисло
— Что-то заметила? — сказал он Гемарте, а сам удивился тому, как мягко скользит меж его бедер ее колено.
— Полстены, — пожала плечами декан медицинского так, словно ничего не случилось.
Ананьев хмыкнул:
— Голосов не слышно. Музыка есть, а голосов нет… К тому же, твое колено елозит…
— Оно не может елозить… — фыркнула Дич.
— Очень даже елозит, существенно.
Гемарта задумалась и в конце концов согласилась. Конечности она чувствовала, но не контролировала. Поползновение в сторону Раздорца ничем иным, кроме как ментальным влиянием, быть не могло… Она даже знала, чье это влияние. А значит, есть шанс сбросить паралич с тела.
— И что теперь делать? — поинтересовалась она.
— Думаю, максимально расслабиться и дать волю навеянному желанию, — шумно выдохнул он, и его глаза странно взблеснули при этом.
В этом был странный, но смысл, а еще надежда на удачное разрешение проблемы.
* * *
В голове шуршал Улей, это было столь же отчётливо, как и любая другая мысль. Вальяжно пройдя сквозь распахнутые двери Академии, Первый репетитор вздохнул полной грудью и безошибочно нашел своих подчиненных. Новый канал мысленной связи поражал своими возможностями, как и силой, что по нему передавалась.
Новый вдох был еще глубже предыдущего. Гулкое, на грани ультразвука, заклинание сорвалось с его уст дикой силой. Каждый из жрецов, где бы он ни стоял, чем бы ни занимался, — дополнил ее своими страшными партиями.
Звук пробирался всюду: в каждую щель, в каждые уши… В каждое действие, парализуя и наводя беззвучную нетерпимую агонию. Без разницы, куда: в парк, в подвал, на крышу или за задраенные двери.
Где бы кто ни находился, что бы ни делал… Заклинанию были без разницы чужие проблемы, метания и цели. Ему было все равно, куда кто бежал и кого спасал, кого закрывали своим телом, а кого убивали… Черные и белые энергетические цветы простелились вдоль стен и корпусов, расцвели на потолках и ветвях. Мир мерцал и страдал, пока Первый репетитор медленно наслаждался произведенным эффектом.
Глава 61
Было три часа дня. Машина стояла за чертой Арвина. От токарного завода шел шум сверх положенных децибел, и это очень раздражало местных жителей и рабочих. Собственно, поэтому Служба охраны правопорядка и выехала на вызов. Найти позеленевший раздутый труп, нанизанный на один из барьерных маяков, никто не рассчитывал. Развороченную машину рядом, без номеров и с ещё одним трупом за рулем, опознали исключительно по наличию полустертой пространственной магической печати. Судя по следам, останки находились здесь уже не первый день. Следов пространственного перемещения не было, а значит, убили их здесь же. Последнее весьма озадачивало. Переулок нельзя было назвать безлюдным и, как минимум, запах должны были заметить прохожие. Впрочем, и на это нашлось вполне логичное, с магической подоплекой, объяснение: трупы хорошо замаскировали чарами, не сильно заботясь об их реальном уничтожении. Это, в свою очередь, говорило о спешке, с которой заметали следы.