Кодекс Хранителя
Шрифт:
— Эй, что у вас там?! — выкрикнул Влад из-за двери.
Самсон не смог ответить. Щепки рванули в его сторону, и он два успел выставить перед собой щит. Прятаться больше было некуда.
Удар был мощный. Его щит лопнул под натиском, и тело тут же пронзила острая боль. Чертыхнувшись и не дожидаясь, пока Линн ударит снова, Самсон сжал правый кулак, хватая тут же скользнувшую меж пальцев воздушную плеть, и ударил наотмашь.
Влад как раз вышиб дверь, когда Самсон скрутил девчонку и натянул ей наволочку на голову.
— Не спрашивай, — резко отрезал Виртуозов и устало сел возле притихшей Линн. Из его тела все ещё
— Ребята, похоже, нам нужен Кнут, — констатировал Влад, обратившись к столпившимся у двери сокурсникам. — А ещё аптечка…
Глава 15
Линн уложили на койку и подключили к аппаратуре. Пульс был стабилен, дыхание тоже, анализы — в норме. Вот только это не объясняло ни синяков, залегших черными тенями под ее глазами, ни магического истощения. Ни ситуации в целом.
На соседней койке в похожем состоянии лежал второй их сокурсник, Рубин. Рыжий упитанный парень. Последний лежал уже не первые сутки.
Адепт факультета семейного раздора, Влад Мухотряскин, неосознанно скользил по ним взглядом и пытался понять, как такое вообще могло произойти.
Он как-то вообще не заметил пропажи вечно жующего Рубина. Тот обычно сутки напролет тусовался где-то за пределами их корпуса, а тут, оказывается, он валяется без чувств под аппаратом.
Самсон, которого в этот момент умело бинтовала пятикурсница с медицинского, вообще выглядел страшно. И дело было даже не в мелких ранах, испещривших его тело, словно мелкий печатный текст, а в том выражении, которое поселилось на его лице.
Было чувство, что он готов убивать, и если бы сейчас ему сказали, кого, этот парень пошел бы исполнять задуманное незамедлительно.
— Ну вот, готово, — мило улыбнулась девчонка, закончив работу. Забавная, с бирюзовыми глазами и пышной голубой шевелюрой.
Самсону не было заметно, а Влад со своего ракурса видел, как поблекла ее кожа на щиколотках, время от времени становясь совсем прозрачной, как стекло, и каплями воды скатываясь на пол. Девушка явно имела отношение к наядам, а ещё она жутко боялась, иначе была бы более стабильна.
Впрочем, не суть важно.
— С этим что? — ткнул пальцем в сторону Рубина Влад. Девушка затравленно взглянула в ту сторону и неуверенно пожала плечами.
— Декан Дич велела его не трогать. Его Ананьев наблюдает.
— Оставь нас, пожалуйста, — попросил Самсон, натягивая простую трикотажную майку поверх повязок. Девушка послушалась. Стоило ей уйти, как Самсон сделал пас, и их вмиг накрыл магический щит.
— Ананьев что-то говорил? — Он тяжело взглянул на Влада.
— Кроме того, что мы полнейшие идиоты, ничего. — И это было чистейшей правдой. В кои-то веки Кнут ничего не объяснял. Взбесился, конечно. Но это неудивительно. Линн была его любимицей.
— Ну хотя бы действовать не запретил?
— Нет, — жестко усмехнулся Влад. — Здесь он, как всегда, в своем репертуаре. Наше говно — нам и разгребать…
— Знать бы ещё, с чем мы имеем дело…
Влад лишь развел руками. Он, как и его друг, привык, что все просто и однозначно. Кому-то напортачил — заработал балл, искусил — заработал два, свернул человека на другой жизненный путь — заработал три.
Сила не давалась так просто. Многоликий*
Взгляд Влада невольно скользнул к опустошенной Линн. Девчонку было жаль. Свою силу она собирала долго и нудно, и остаться опустошенной в последний год обучения это все равно, что приговор. Хотя, зная ее изворотливость, возможно, не все потеряно. Минимум к ближайшему ритуалу можно наскрести если постараться.
— Линн меня не простит, — неожиданно прошептал Самсон, голос его был непривычно сиплым.
— Из-за наволочки на голове? Уж поверь, она только рада поиграть.
— Я сожрал ее, — сказал, словно выплюнул. Самсон приподнял ладонь, вперившись в нее взглядом, а потом с силой сжал пальцы в кулак. Сырая энергия сразу наполнила воздух прохладой, словно сам Многоликий выполз из своего могильника и дыхнул на них.
— Забей. Это же Линн, она бы тоже тебя сожрала в той ситуации.
Самсон ничего не ответил. Влад был прав, но от этого не было легче.
* * *
Вздохнув, Гемарта швырнула студенческие отчёты на стол и села напротив непривычно задумчивого Октопуса.
Они уединились в подсобке, плотно закрыв за собой двери. За собой оставили тройку лучших студентов медицинского факультета под неустанным контролем всезнающей Полевы.
— Мне нечего сказать, — честно призналась она. — Истощение на лицо. Близнецы отправлены к себе в комнату, им-то их медитация — как пить дать, а за твоей Кирин будем наблюдать ночью. Ее сила явно бунтует.
— Неудивительно, она же демон…
— Давай без расизма. — Гемарта устало посмотрела на него. — Ее демонизм здесь абсолютно ни при чем. Вот… — Она подсунула Октопусу отчеты. — Результаты сегодняшнего практикума…
— На что смотреть хоть? — Мужчина потянул их к себе.
— Кровь, гормоны, записи о телесных повреждениях. Особенно обрати внимание на работы Велены и Горра. Эти в своих суждениях всегда одиночны и всегда оказываются правы, какой бы бред ни писали.
Октопус быстро пересмотрел листы, вытащив нужные. Гемарта не без удовольствия наблюдала, как он хмурится, вникая в суть написанного. Стоило ему оторвать взгляд от листов, как Гемарта озвучила уже зародившуюся в его голове мысль:
— Грубо говоря, твоя Кирин сидит на очень забористом препарате.
Листы были осторожно отложены на стол. Повисло молчание. Октопус не спешил комментировать. Хмурился, думал, но озвучивать не решался. В конце концов он открыл рот и задал тупейший вопрос, который только можно было от него ждать:
— А что это, ты знаешь?
Тушите свет. Гемарта раздраженно собрала отчеты в аккуратную стопочку.
— Октопус, я врач, а не ходячая лаборатория. Я работаю постфактум. Руку пришить, робо-глаз вставить, рану заживить. Если хочешь — поэкспериментирую и перегоревшие каналы магией заполню да амулетиками закреплю… Все. Остальное — парафия Ананьева.