Когда горит вода

Кулаков Сергей Федорович

Чой выжидал не менее пяти минут и только тогда разрешил продолжить движение. Опытный партизан, он знал все тактические уловки и вел себя так, точно видел противника воочию.

Низко пригибаясь, они медленно пересекали кустарник, прячась в нем, как куропатки. Роман мучился такой медлительностью. Упускают время. Американцы уйдут в отрыв. А нам надо спешить, пока на хвост не сели вьетнамцы.

Но Чой пустой спешки не любил и действовал крайне осторожно.

Вот он что-то нашел в траве и неодобрительно покачал головой. Роман увидел

смятую в комок фольгу. Ага, упаковка – Роман понюхал фольгу – от шоколада. Свеженькая, пахнет, аж слюнки текут.

Неаккуратно, господа американцы. Кушать, конечно, можно, но сорить зачем? Так вас найдут даже никогда не бывавшие в лесу новобранцы. Нервишки сдают, так надо понимать.

Роман сунул находку в карман и быстрым шагом двинулся к лесу, обогнав рассматривающего что-то в траве Чоя.

И вдруг старик двумя прыжками настиг его и так дернул за куртку, что Роман чуть не упал.

– Ты чего?! – зашипел он, не на шутку разгневанный.

За пацана его тут считают, что ли? Шагу не дают ступить. Или Чою так не понравилось, что он пошел впереди него? Так вообще-то не он тут главный.

Чой, не обращая на Романа внимания, сделал в высокой траве шаг, другой, поднимая по-кошачьи ноги, и вдруг замер, глядя вниз.

– Сюда, – махнул он Роману.

Тот подошел, недовольно косясь в сторону.

Чой взялся щепоткой за тонкую стальную проволоку, невидимую в траве, показал Роману. Растяжка.

Роман почувствовал стыд. Старик спас ему жизнь. Еще три шага, и он был бы нашпигован осколками, как отварная говядина морковкой.

Ах, хитрецы звездно-полосатые. Специально упаковку от шоколада подбросили, чтобы преследователи, ежели таковые есть, кинулись в азарте вперед и дернули за веревочку. И колокольчик прозвенел бы – будь здоров. И беглецов предупредил бы, и охотников остановил. Они-то, беглецы, помнят о тех, кто сбил вертолет, ни на минуту не забывают. Вот и подстраховались.

Ладно, сочтемся.

Чой нашел привязанную к стволу кустарника гранату, но обезвреживать не стал.

– Солдаты дергать, мы узнать, – сказал он.

Роман только кивнул, дав себе слово больше вперед Чоя не заскакивать. Он в этих партизанских войнах, мягко говоря, не великий знаток. Его приоритетная зона – город. Поэтому дорогу здесь пускай указывает специалист.

18 июня, США, Лэнгли

– Итак, что мы имеем, господа? – спросил адмирал Шеридан, опираясь на столешницу растопыренной пятерней.

За столом сидели: начальник Юго-Восточного отдела Алан Спунер; оба его помощника, начальник оперативного отдела Тед Маршалл и начальник отдела аналитики Пол Орсак; адмиралы Шеридан, Кейси и конгрессмен Уильям Садден.

Последний явился только что, и для него-то адмирал Шеридан и задал свой вопрос.

– Я попросил бы коротко, но полно обрисовать ситуацию, – присовокупил Шеридан, чуть поворотясь к конгрессмену.

Тот кивнул, глядя

на присутствующих маленькими, недоверчивыми глазками.

– В ноль часов по местному времени группа майора Олдена вошла в пещеру, – начал доклад Спунер, как несущий ответственность за операцию. – Там были обнаружены агрегат, который профессор Брэксмар называет синтезатором топлива, и сам профессор. Как и предполагалось, желания к сотрудничеству он не проявил. Более того, пытался уничтожить компьютер с информацией. Пришлось его усыпить и выносить из пещеры в бессознательном положении. Также группа взяла образцы акванона – топлива, полученного из синтезатора, жесткий диск со всей документацией и записи профессора. После чего синтезатор и все оборудование, имеющееся в пещере, было взорвано.

Садден молча и быстро делал какие-то отметки в блокноте. Когда Спунер замолчал, он требовательно уставился на него, постукивая тупым концом карандаша по столу. Было в этом стуке что-то до того недоброе, что Тед Маршалл нервно заерзал на своем стуле.

– Продолжайте, Спунер, – сурово сказал Шеридан.

– Покинув пещеру, группа вышла в намеченный для эвакуации квадрат. По дороге никаких сложностей не возникло. Вертолет также пришел вовремя…

– И что случилось дальше? – отчужденно, как в суде, спросил Садден, когда Спунер замолчал.

– Дальше произошло неожиданное, – хмуря лоб, сказал Спунер. – Когда вертолет собирался произвести посадку, неизвестный выстрелил в него из гранатомета. Вертолет взорвался и упал, придавив сигнальщика. Люди Олдена пытались преследовать стрелявшего, но он ушел. При этом, отстреливаясь, он убил еще одного члена группы.

– Кто мог стрелять по вертолету?

– В кустах был обнаружен гранатомет советской системы. Во время преследования убегающий отстреливался из автомата Калашникова.

– И что из этого следует?

– По всем признакам, это был уцелевший охранник, – не поднимая глаз, сказал Спунер. – Пока группа была в пещере, он затаился поблизости. Затем шел за ней следом, а когда увидел снижающийся вертолет, сбил его из гранатомета. После чего удрал…

– Людей майора Олдена плохо тренировали? – перебил его конгрессмен. – Или он взял новичков? Как можно было так ошибиться?

Тед Маршалл заерзал сильнее. Камень был запущен в его огород, и он жаждал дать достойную отповедь этому выскочке от политики.

Но Спунер укротил его одним взглядом и примирительно сказал:

– Было темно. К тому же джунгли. Задание выполнялось практически с марша, без подготовки, так как время было жестко ограничено. Отсюда ошибка. К тому же нельзя исключать элемент случайности.

– Но не в операциях такого рода, – отрезал Садден. – Если бы речь шла о заложниках или еще о какой ерунде, тогда можно было бы делать скидку на случайности. Но здесь на кону стоит будущее нации. Это вы понимаете?

Спунер опустил голову под градом справедливых упреков.