Когда говорит сердце
Шрифт:
– Да не очень и праздник. Вино тут неплохое. А ты вроде говорила, что любишь иногда шампанским побаловаться.
– А-а-а, да, люблю. Мы с Риткой давно уже втроем с шампанским встречаемся.
Паша кивнул – он был сосредоточен на открывании бутылки. Хотя, по идее, в приличных заведениях этим заниматься должен все же официант. Ну или Пашка здесь частый гость, вот они и знают, чего он хочет.
Бутылка вполголоса пшикнула, светлое вино полилось в бокалы.
– Машунь, за тебя!
– Спасибо,
«Тут какой-то подвох. Сейчас что-то должно произойти. Вот только что? Не предложение же руки и сердца, в самом деле… Но тогда что?»
Время словно остановилось для Маши. Она ждала какого-то продолжения. Но Паша спокойно допил бокал, снял блестящую крышку и принялся есть. Маша тоже взяла в руки ложечку, отковырнула малину и даже положила ее в рот. Но вот вкуса не почувствовала, хотя выпечка тут явно была фирменная.
«Он что, издевается надо мной? Да нет, непохоже… Может, и в самом деле просто решил выгулять и накормить вкусным. Без продолжений и далекоидущих планов».
Маша уже успела заметить, что Паша все, что делает, делает очень сосредоточенно. Если учит кого-то, то будет повторять несколько раз, чтобы человек запомнил, если настраивает машину, то так, чтобы через полчаса опять не прибежать заново, если ест, то весь отдается процессу ощущения вкуса и поглощения.
«Интересно, а как он занимается любовью, – вдруг подумала Маша. – Тоже весь сосредоточен на себе? Или все-таки не только?»
Пока у нее, конечно, ответа на этот вопрос не было. Но она, как мы уже знаем, не торопилась, мудро рассудив, что все еще успеет.
– Маш, попробуй, как вкусно, – возле Машиных губ оказалась длинная полоска поджаренного мяса.
Девушка послушно сняла с вилки ломтик и прожевала. «Да что это с ним? Он почти на себя обычного не похож – кормит, разговаривает, даже почти болтает. Может, вино виновато?»
– Да, вкусно, очень. Это что?
– Индеец…
– Что?!
– Индейка, ну что ты. Кирюха говорил, что тутошний шеф не только фанат Стругацких. Он еще и школу какую-то кулинарную закончил, великую, чуть ли не в Лондоне. А может, в Париже… главное, что он все время что-то такое изобретает. Необычное.
– Как Оливье? – Маша захотела блеснуть знаниями. Только сегодня днем она вычитывала главу из книжки о всяких изобретениях и открытиях, носящих чужие имена.
– Почему Оливье?
– Ну, он же тоже в свое время придумал салат, состава которого никто так и не узнал, а то, что сейчас называется «оливье», к тому салату вообще никакого отношения не имеет. Или почти не имеет.
– Наверное, – Паша безразлично пожал плечами.
Маша поняла, что ее эрудиция как-то… потерпела фиаско, говоря высокопарно. Она полезла
– Машунь, ты погоди, я сейчас соберусь с силами… – вдруг заговорил Павел.
– Ты что, мысли читаешь?
– Ну почти…
Паша, конечно, мог бы сказать, что он видит, как она нервничает, видит, что она совершенно не понимает, что происходит. Но не сказал, считая, что это понятно и без всяких слов.
Тут мы должны ненадолго остановиться и рассказать историю знакомства Паши и Маши. Но так, как это видел он сам.
Паша заметил стайку девушек в коридоре в самом начале рабочего дня. «Студенты», – подумал он, прикидывая, в какой отдел могли отправить девушек. Раньше-то в издательстве практиканты появлялись почти везде – и в редакции, и в электронных каталогах, и даже в архиве, ведь всякие там библиотечные отделения до сих пор учат студентов, которым тоже надо где-то проходить практику. И работающие издательства в этом смысле – совсем неплохой вариант. Во всяком случае, ничуть не хуже районных библиотек.
Обычно в феврале студенты появлялись в редакции и в службе айти. Но программисты еще два года назад взмолились, устав вычищать из системы чудеса, которые успевали натворить будущие винеры и брины. Начальство согласилось, что не дело всяких «гениев» пускать в работающую систему, и с тех пор практикантов принимало крайне неохотно.
За окнами мело – стоял конец января. «Значит, в редакцию…» – и Паша, конечно, не ошибся. Уже к полудню он и двое его коллег скрепя сердце настраивали у выпускающих резервные машины, предчувствуя ежедневные вызовы от испуганных юных редакторш. Но в этот раз их предчувствия не оправдались, если не считать того, что одна маленькая резвая умница – конечно, эта самая Маша – натащила из дома пусть и нужного, но явно пиратского программного обеспечения. Паша «этот хлам», разумеется, из машины вычистил и поставил аналогичное, но лицензионное. Это в его карьере был чуть ли не первый случай, когда девушка, «тупой редактор», мало того что сама собрала все, что ей надо, так еще и молча поставила, да причем так, что все работало, а антивирус молчал, как партизан.
Конец ознакомительного фрагмента.