Когда вдруг решил... что уже... поздно
Шрифт:
— Ответ на твой вопрос полпосёлка знает. Наша с мамой семья вашей аристократической неровня.
— А о том, что папаша мой, пренебрегая тем самым маминым аристократизмом, к твоей сватался, те же полпосёлка будто и не в курсе! — Фыркнул он, и я нахмурилась, ведь о таком и не слышала никогда.
— Что ты такое говоришь? — Взмутилась в голос, а Андрей на меня, будто на дитя горькое глянул, по носу щёлкнул, резко руку вскинул, чтобы за шею обхватить и с силой к себе притянул.
— Наш с ним разговор состоялся, как только я заявил о тебе как о своей девушке. Отец тогда долго кричал, мать странно улыбалась,
Мой, к слову, недолго думал, чтобы назад всё вернуть. Не побрезговал, да и обвинить в чём язык не повернулся. Вот только Александра назад возвращаться не желала, гордо держала нос по ветру и хвост пистолетом. От поддержки отказалась, на чувства наплевала. И наказал мне отец не связываться с вашей сучьей натурой, не верить глазам ведьмовским, не слушать обещаний лживых. Потому что всё равно обманете, всё равно предадите и всё в таком духе. А если честно, то очень уж ты на мать свою похожа. Лицо, волосы, манеры… да даже голос тот же, одними словами вы с ней говорите. Вот ему глаз и мозолишь, напоминая о том, что не случилось, когда так хотелось. Я выслушал внимательно, но, как понимаешь, должной заинтересованности не проявил.
— Когда это было-то… Бред какой-то. — Проговорила я вроде твёрдо, но сомнения в душе зародились. В какой-то момент поняла, что притихла, что к Андрею жмусь в непроизвольном жесте, пытаясь найти защиту. Он неспешно вздохнул, губами к макушке моей прижался.
— Бред, не бред, а о том, что отец твой адвокатом стал, он после не раз обмолвился. Будто в Москве его видел, говорил. Злорадствовал, что мать твоя до сих пор ждёт его и что, мол, не дождётся, ведь он там не скучает, в этом городе соблазнов и пороков.
— Ну… если всё это действительно так…
— Если это так, то ты, солнце, можешь воспользоваться его опытом и его навыками. Ты девочка умная, от такой наследницы не отказываются. А ведь мужики, которым сорок стукнуло, а наследников не приобрели… ох, как им хочется знаниями и умениями делиться… Ты, кстати, куда поступать планировала? Готовишься ведь, не на пустом месте придумала?
— Не на пустом. На Москву я, конечно, не замахивалась, но…
— Но-о… — Понимающе потянул Андрей, заставляя губу закусывать в неравной схватке с желанием раздразнить.
— Ты отпускать меня не боишься, нет? — Пальчиком по его груди провела. — Натуру мою подлую, глаза ведьмовские? — Ноготком подбородок поддела, царапая.
— А я в ручных ведьм не верю. Если уйти захочешь, и время, и место, и повод
— Значит, не боишься?
— Даже думать в эту сторону не хочу, солнце. Я люблю тебя. Я хочу, чтобы ты была счастлива. И что для этого делать нужно, знаю наверняка.
— Жениться на мне? — Приподняла я брови, его намёк не улавливая, а Андрей рассмеялся, по пышной шевелюре меня поглаживая.
— Нет, жениться ещё не время.
— Не знаю, не знаю… для кого-то это отличный задаток, неплохие гарантии.
— Рита, мой отец ушёл из семьи без сожалений и лишних раздумий, даже имея двоих детей. О каких гарантиях ты говоришь?
— Да, да, между прочим. И ещё смеет заикаться о подлости!
— Отвергнутый мужчина страшен в гневе. — Скорчил Андрей страшное лицо, меня под бок подминая. — Я тоже страшен. Не давай мне повода проявить свою звериную натуру.
— Мне нужно поговорить с мамой. — Вздохнула я, погружаясь в раздумья, оставляя просьбу Андрея в стороне.
— Вот завтра этим и займёшься.
— Завтра? Ты же сказал, что на четыре дня приехал.
— Планы поменялись, моё рыжее солнце. Не могу остаться. Мне сегодня позвонили… В общем, надо ехать. — От настойчивого взгляда он бесцеремонно отмахнулся. — Я уеду, а ты думай. И думай хорошо. Основательно. Варианты просчитывай, не бросай все силы в одну бочку, которая может оказаться бездонной.
— Чувствую себя так, будто боевое крещение прохожу. — Решительно отмахнулась я от напутствия, а Андрей рассмеялся.
— А так и есть, солнце! Детство закончилось. У тебя чуть раньше, чем у остальных, но так даже лучше. Всего месяц до выпускного остался. Уже сейчас нужно прикинуть, на что сил хватит. Ты решай, а я поддержу.
— Поддержишь? Как? Если я там буду, а ты здесь…
— Не включай «почемучку», Рита. Знаешь ведь, что мысленно всегда с тобой.
— Я знаю одно: видеться мы ещё реже будем. А куда реже-то?
— Ты многого хочешь. Всего и сразу. Так бывает, но не у всех. У тебя есть мечта и ты должна всё сделать, чтобы её достичь. У меня своя мечта и я ни перед чем не остановлюсь на пути к ней.
— И что делать? Ждать, пока эти наши пути пересекутся?
— Тоже вариант. Но я предлагаю двигаться в одном направлении. Тогда будет быстрее и проще. А теперь… — Он многозначительно замолчал, подмывая меня продолжить.
— А что теперь?
— Теперь спать пора. Второй час ночи, а мы всё кувыркаемся. — Пробурчал он, в постели устраиваясь. Тут же выключил свет и глаза закрыл, а я губами к его плечу прижалась.
— Андрей, ты же знаешь, что надёжнее меня только ты сам.
— Знаю…
— И я всегда буду с тобой.
— И это знаю…
— Я очень не хочу, чтобы ты во мне сомневался.
— Не буду. Только спи сейчас, хорошо?
— И я обязательно выйду за тебя замуж.
— Ну, если именно это твоя цель, то вообще проблем не вижу.
— Я тебя люблю.
— Ты испугалась чего? — Догадался он, на руках поднялся, отстраняясь, надо мной нависая, а я тяжело выдохнула.
— Я не думала, что когда-нибудь уеду от тебя вот так вдруг.
— Нет никакого вдруг. Всё так и должно быть. Счастье не бывает однобоким. Хочешь учиться — учись. Хочешь работать — работай. А когда захочешь стать матерью и женой, никто не посмеет тебе помешать. Ты поняла?