Когорта

Валентинов Андрей

– Товарищ Верховный Главнокомандующий! – отрапортовал Валерий. – Авангард группы прибыл в ваше распоряжение!

– Так это ваши? – поразился генерал. Глебов удивленно взглянул на Алексея, тот развел руками.

– Мои, – вздохнул Лунин. – Товарищи выполняли особое задание и… В общем, отпустите…

– И оружие верните, – сурово заметил самарский доцент, не успокоившись до тех пор, пока не получил обратно свою «Астру». Генерал отошел к машине, где был радиотелефон, и у Николая появилось время, чтобы разобраться с пополнением. Валерий покорно выдержал несколько внушительных пинков

в живот и лишь потом выдал Николаю ответный хук. Келюс обреченно покрутил пальцем у виска, на что бородач радостно ухмыльнулся.

– Можете не волноваться, гражданин начальник, мы даже не замерзли. Нас сразу взяли, так что мы выспались… Там есть второй вход… – добавил он еле слышным шепотом. Лунин бросил взгляд на темнеющий неподалеку горный склон и все понял.

Между тем генерал уже возвращался. Вид у него был почти веселый.

– Все в порядке, товарищи! – удовлетворенно заявил он. – На объекте «Пещера» вас ждут. Сейчас отключат экран. Прибывшие удивленно переглянулись.

– Поглядим, – предложил генерал, – пока не отключили экран. Вы, товарищи, еще такого не видели!

Они прошли к подножию горы и остановились у высокой бетонной стены. Большие чугунные ворота оказались заперты, но по кивку генерала охранники отворили боковую калитку. Келюс вошел вторым, сразу же за начальником станции, но, не пройдя и двух шагов, замер.

…На фоне темного, укутанного предутренним туманом горного склона ярко горел ослепительно белый четырехугольник. Словно живое пламя, экран то вспыхивал, то темнел, будто какой-то шутник-великан наложил на гору горящую заплату…

– Вот. Пройти или пробить совершенно невозможно.

– Да… – Глебов озабоченно покачал головой, Алексей шумно вздохнул, Лунин же не удивился. Такая же завеса, только более тусклая, молочного оттенка, закрывала входы в «Карман». Скантр в нагрудном кармане сразу стал тяжелее, по телу заструилось приятное тепло. Николай обернулся, кивнул Плотникову.

– Мик! Наши скантры!..

– Мой у Виктора, – шепнул тот. – Только нам такой экран не пройти. Я говорил с Тернемом, тут нужен ваш скантр, с портретом. А с этими – сгорим.

Внезапно экран исчез. Там, где только что горел огненный четырехугольник, остался лишь еле различимый в полутьме проход, внутри которого бледно светили небольшие лампы.

– Можно идти? – Глебов повернулся к Келюсу, но голос его звучал неуверенно.

– Они просят, чтобы вначале к ним зашли вы, товарищ Лунин, – подсказал генерал. Николай задумался, но туг к нему не спеша подошел Лхаст. Келюс не без удивления заметил, что длинный сверток по-прежнему находится в руке сына Вара. «Неужели действительно меч?» – поразился Келюс.

– Николай, – негромко, но уверенно проговорил дхар, глядя в сторону склона. – Туда нельзя. Там ярты.

– Точно, – шумно выдохнул Серж. – Холодом несет… Келюс протянул вперед руку и тут же отдернул. Ладонь словно коснулась льда. Генерал удивленно посмотрел на Лунина, но

Глебов насторожился:

– Значит, группа «Бета», программа «СИБ»… Алексей, прикажите зарядить разрывными!

Спецназовцы поспешили зарядить автоматы. Глебов повернулся к Келюсу.

– Нас предупреждали. Вы говорили,

что знаете, как действовать в этом случае…

– Я только что опять звонил, – сообщил вынырнувший из темноты генерал. – Они ждут и не понимают, почему вы остановились.

– Я тоже, – пробормотал полковник. – Мы тут в ловушке..

Всем за стену!

Отряд быстро отошел через калитку и укрылся да стеной. Лунин, удивляясь собственной решительности, велел начальнику станции с его офицерами отойти еще дальше и не приближаться без команды. Тот замешкался, но Келюс повысил голос, и через минуту у ворот остались только спецназовцы. Николай оглянулся и подозвал самарского доцента. Тот выслушал, откозырял растопыренной ладонью, затем подозвал невозмутимого Семина и направился вместе с ним куда-то к дальнему склону горы.

– Так что будем делать? – нетерпеливо поинтересовался Глебов, неодобрительно наблюдавший за всеми этими перемещениями.

– Пойду, – решил Лунин.

– Вы представитель Президента, – возразил Алексей

– Вот именно. Значит, мне и идти.

– Нет, – внезапно вмешался подошедший Плотников, – пойду я. Вы же знаете, Николай, для них я… Ну, вроде свой. Меня там ждут. А если что, сообщу по «уоки-токи». Tам ведь отморозки, увидят кого другого – враз положат!

– Пусть идет, – подумав, согласился Глебов, – только надо говориться о сигнале.

Лунину очень не хотелось отпускать беспутного Мика, но он понял, что тот прав. Там, в глубине горы, ждут не его, там ждут полковника Плотникова.

– Хорошо, – сдался он. – Только, Михаил, ради бога…

– Да что я, маленький? – Мик заметно приободрился, даже постарался расправить пошире плечи. – Все будет в порядке! Если что, успею просигналить…

– Не успеешь. Сделаем так. Если там все чисто, скажи: «Все в порядке, Келюс». Если засада, говори что угодно, но называй меня иначе. Понял?

– Неплохо, – одобрил Мик и, достав «уоки-токи», проверил аппарат.

– Оставьте автомат, – посоветовал Глебов. – Возьмите лучше это. Здесь разрывные.

И он протянул Плотникову большой черный пистолет. Мик, довольно улыбнувшись, сунул оружие за ремень.

– Ни пуха ни пера! – Келюс попытался улыбнуться.

– Возьмите меня с собой, Михаил, – внезапно заявил Ухтомский, с тревогой взглянув сначала на темный склон, а затем на нетерпеливо топчущегося Плотникова.

– Да что вы все! – возмутился тот. – Что я, без няньки не обойдусь? В общем, к черту!

Он весело махнул рукой и бодро зашагал вверх по склону. Вскоре его силуэт пропал в темноте. Глебов достал большой, необычной формы бинокль и направил его на черный провал входа.

– В проходе – никого, – сообщил он. – В скале ничего похожего на бойницы не вижу, но ручаться не могу, сплошные камни…

Пискнул сигнал вызова, в радиотелефоне послышался голос Мика. Плотников сообщал, что подходит к подножию склона. Ничего подозрительного по пути не встретилось.

– Докладывай почаще, – попросил Келюс и взял у полковника бинокль. В окулярах склон предстал совсем другим – не темным, а серебристым, словно залитым лунным светом. Фигурка Мика неторопливо приближалась к черной пасти входа.