Когорта
Шрифт:
Келюс не думал, что увидит здесь Мика. Он просил пригласить только Ухтомского, но, очевидно, Плотников сам напросился на это совещание. Все держались спокойно, только Мик то и дело оглядывался, словно ждал с минуты на минуту какой-то неприятности. Лида положила перед собой блокнот и авторучку.
– Я вам представлю моих друзей, Николай Андреевич, – начал Асх, когда гости расселись. – Это Лхаст, сын Вара, Хранитель Меча.
Сидевший рядом с Лидой бородач поклонился. С остальными он был уже, похоже,
– А это – Сергей, – кивнул Асх на рыжего. – Он предпочитает называть себя Сержем. Серж, садитесь!
– Я лучше постою, – улыбнулся тот. – Дверь тонкая, мало ли что?
– Лхаст и Серж были первыми, кого встретил Фрол Афанасьевич… Николай, думаю, речи произносить не будем, да это и не в дхарских традициях. Вчера Совет Дхаров решил вам помочь. Мы все в вашем распоряжении…
– Спасибо, – кивнул Келюс. – Я бы и не обращался к вам…
– И этим бы нас смертельно обидели, – прервал его Асх. Лхаст молча кивнул, а рыжий Серж укоризненно покачал головой.
– Но это моя война!
– Почему только ваша? – возмутился Мик, – Николай, вы меня даже не пригласили, а ведь я был с вами в подземелье! Разве это честно? Ведь вы взяли бы дядю Майкла! А я, значит, хуже?
– Не будем об этом, – заметил Шендерович, – выбор все равно за товарищем Луниным.
– Давайте по порядку, господа, – вмешался Ухтомский. – А то это уже не военный совет, а какие-то, прошу прощения, посиделки!
К удивлению Николая, после этих слов все дхары послушно склонили головы. Ухтомский это тоже заметил и явно смутился.
– Вы знаете, что нам предстоит, – заговорил, наконец Лунин. – В Крыму остался еще один скантр, такой же, как тот, что уничтожил Фрол. Сейчас его хотят вывезти, причем не правительство и не армия. Наши боссы думают скантр, бином, перехватить, но если его охраняют так же, как и тот, из Института…
Дхары переглянулись, и Лхаст, Хранитель Меча, впервые подал голос:
– Вчера Совет Дхаров решил, что с Николаем пойдут Анх и я. Гэгхэн Виктор тоже согласился отправиться с нами.
– Извините, Лхаст, – вмешался Ухтомский. – Я не гэгхэн. Тот покачал головой, и Келюс понял, что вопрос о потомке Ранхая дхары считают решенным.
– Сержу Совет поручил охранять вас, Николай, – закончил дхар.
Келюс удивленно поглядел на рыжего, тот осклабился и подмигнул.
– Хорошо, – согласился Лунин. – Я сказал, что возьму с собой пятерых. Значит, решено, со мной поедут Лхаст, Анх, Серж, Виктор и Мик…
– И ничего не решено! – вскочила Лида. – Я тоже должна быть там! Меня не было, когда погиб Михаил Модестович, меня не было с Фролом, и на Чабан-Кермен меня тоже не взяли! Это… Это нечестно, Николай! Это жестоко…
– Может быть, – кивнул Лунин. – Но у тебя будет особое задание.
– Сидеть у окна и ждать? – резко бросила девушка. – И думать, кто
– Да. А если не вернется никто, то дело продолжишь ты. Я передам тебе все материалы, назову один телефон… В общем, ты возглавишь наш штаб. Если не вернемся – действуй сама…
– Не сама, – возразил Шендерович. – Николай, если такое случится, то меня не удержит никакой Совет. Но лучше возвращайтесь…
Когда все расходились, Келюс отозвал в сторону Ухтомского.
– Виктор, – неуверенно начал он, – вы решили идти с нами…
– А кому же еще идти? – удивился тот. – Мы с господином Плотниковым получили ясный и недвусмысленный приказ командования, который и выполняем. Кроме того, если бы я остался, так сказать, на печи, кем бы я себя считал?
– Так вот, – перебил его Келюс, – меня могут убить…
– Меня тоже. Лунин поморщился.
– Само собой, бином. Я о другом. За скантром идет охота. Он нужен всем…
– Кроме меня, – усмехнулся бывший штабс-капитан.
– Так вот, если меня убьют или ранят… Генерал хочет получить скантр. Не отдавайте! Спрячьте, уничтожьте…
– Так точно! – кивнул Ухтомский. – Но… Господин полковник… То есть, Михаил тоже имеет на него виды. Правда, мне не приказывали отдавать скантр именно ему… В общем, будьте покойны, Николай!
– Что, мужики, думаете, как от меня избавиться? В голосе только что помянутого Плотникова звенела обида. Лунин и Виктор переглянулись.
– Не думаем, – поспешил заверить Николай.
– Все меня за маленького держите, да? Дядю Майкла вы бы так не отфутболили…
Келюс и Ухтомский вновь переглянулись.
– Это ведь и мое дело, Николай! Я ведь за Канал отвечал, а теперь… Батя в трансе, в первый день чуть «Скорую» не вызвали.
Правда, потом он подсчитал, что успел зашибить… По-моему, он не в накладе. Да Аллах с ним!
– А полковничьих погон не жалко? – ненароком поинтересовался Николай.
– Жалко, – честно признался Мик. – Там меня за мальчонку не держали… Мы ведь Договаривались, что вместе за скантром пойдем!
Келюс не стал спорить. Кажется, Плотников отнесся к этой истории далеко не так легко, как хотел показать…
Мик подбросил Келюса к Дому на Набережной. Спешить Лунин не стал – в большой квартире на четвертом этаже его не ждали. Он закурил и, не торопясь, пошел к своему подъезду. Ранние осенние сумерки загнали жильцов Дома в тепло квартир, и Келюс оказался почти один в огромном неуютном дворе. Почти – потому что напротив своего подъезда он сразу же заметил одинокую фигуру. Некто в серой куртке и странной старомодной кепке посвечивал огоньком сигареты, время от времени поглядывая по сторонам. Келюс мельком подумал, не Генерал ли распорядился выставить у его квартиры пост, и пожалел мерзнувшего филера.